же, плевать мне! Спасём и всё тут! — Акула зло сверкнула глазами исподлобья.
Я всё чаще вздыхаю… старость, наверное. Почему в тандеме с этой великовозрастной дурой, старшей себя чувствую я? Рыбина перемахнула за двадцатку, а поведением — дитя дитём.
— Хорошо, я согласна помочь, однако сразу оговорюсь: моя миссия первостепенна. Пройдёмся по набережной, поглядим. Если никого не найдём отложим эту идею до лучших времён, по рукам?
— Договорились! — кивнула Хокори, её лицо просветлело.
13. Древний
Астра:
С момента становления дзе, я примерила множество масок. Довелось и врачом побыть, и дипломатом Небес, и даже ненавистной всеми ведьмой. Наставник в своём письме обмолвился: «Ты превзошла свои мечты». Вот кукиш! Я хотела выучить боевую магию, стать всесокрушающей вестницей справедливости! Распахнув крылья белоснежные, карать подлецов силой ангельской! Меня же заставляют языком трепать, а не магией пользоваться!
И вот новая маска: бонной подрабатываю. Наказала рыбине помыться и постирать одежду. Сложнее всего оказалось заставить её чистить зубы. Я ей и мягкую щётку сотворила из маны, и приятную на вкус пасту, без толку. Хокори плевалась и жаловалась. Благо заветный ключик «Протею понравится», всегда при мне.
Покинули гостиницу мы при параде: чистые и ухоженные. Повезло, что благодаря Эфии, хотя бы мне мыться-стираться не нужно.
[Здесь направо], — скомандовала я.
Иду позади Селёдки, слежу, чтобы не горбилась.
[Подбородок выше! Плечи расправь!]
[Достала! Сколько можно-то⁈]
[Столько, сколько потребуется. Руки у талии держи, не самолёт сажаешь! Знаешь, как меня бонны муштровали? Да я спала по стойке смирно! На-ле-ВО!]
Чувствую себя рыбьим пастухом, хи-хи-хи.
Рабочий день кончился, город завалился на бок, протяжно зевнул, его глаза застлала сонная пелена. Людей на улицах было мало. У пристани я взяла «компаньонку» под руку и замедлила шаг. Леди не бегают.
— Что за чудесный вечер, — нежно произнесла я, создавая атмосферу непринуждённой светской беседы.
— А-ага, мы… просто гуляем, — постаралась подыграть рыбина.
В этом спектакле не было особой нужды. Рядовому моряку, что шевалье, что лорд — всё одно. Моей задачей было научить Хокори.
— Ах, дорогая, вы ведь знаете, как я люблю парусники? Их величие восхищает.
Акула вопросительно покосилась на меня, а затем окинула взглядом округу. Давай же, пойми мой намёк!
— О да, корабли… красивые, они такие… деревянные. Здесь, как раз есть один, не хоче… не хотите ли взглянуть ближе, мисс?
Отлично! Молодец!
— Прекрасная мысль, так и поступим.
Портовые грузчики, подобно муравьям, бегали туда-сюда возле стоявшего на якоре одинокого брига. Боцман что-то хрипло кричал, матросы тянули канаты, ничего примечательного…
— Шевелись, скотина!
Прежде, чем я сумела «переварить» слова, долетевшие с палубы, а щелчок бича растворился в гомоне рабочих, мои руки сжали локоть Хокори. Усиления тела едва хватило, чтобы удержать Селёдку на месте. И знаете, я впервые её не виню.
Вниз по трапу спускался акулин, закованный в цепи. За ним, мусоля плеть, шёл погонщик. Соплеменник моей спутницы выглядел… плохо. Его светло-серая кожа была усеяна глубокими шрамами, несколько плавников вырваны с корнем.
Воительница зарычала… я и вообразить не могла, что человеческое горло на такое способно! Девушку всю трясло. «Тиски», которыми она себя сдерживала… невозможно представить! Благо нас с людьми разделяла добрая сотня метров.
[Умоляю, тише! Мы обязательно его спасём, клянусь!]
Хокори сделала несколько глубоких вдохов, разжала кулаки и одарила меня убийственным взглядом.
[Его спасёшь ты. Покажи, на чьей ты стороне.]
[Я на стороне свободы и справедливости! Эфия, пусть спутники отслеживают пленника с орбиты.]
[Принято.]
Акулин нёс на своих богатырских плечах пивную бочку. Похоже, они направляются в какой-то кабак. Железка успел составить карту города. Его вычислительный гений предскажет маршрут цели точнее любой гадалки. Принцип нестационарности в действии! Прижмём погонщика вдали от напарничков.
Мы скрылись в переулке. Самим следить за ними избыточно: сбежать от небесного ока смертным не суждено. Да и Селёдку лучше лишний раз не провоцировать.
* * *
Астра:
Звон цепей колыхал холодный воздух. Акулин шёл, пыхтя переставляя ноги. Окна домов на эту улочку не выходили — идеальное место для засады!
— Живее, уродец, еле плетёшься! Послал же Господь работничка! — Крики надзирателя сопровождались беспрестанным свистом хлыста.
При ближайшем рассмотрении выглядел самец ещё хуже: белки глаз стали серыми, чешуйки (там, где они ещё остались) почернели. Казалось, он вот-вот рухнет замертво. Доковыляв до нагромождения ящиков, за которыми мы прятались, дракон-акула и вовсе встал.
Как человек ни старался, раб не реагировал. Да и мог ли? Поняв, что это мой шанс, я высвободила ауру и выскочила из укрытия.
— Ты ещё кто… кхак!
Волшебная рука сжала горло рабовладельца.
— Меня послал Всевышний, дабы вершить правосудие! — гордо объявила я.
На этом мой запал кончился. Свой план я продумала ровно до этого момента.
— Убей его! — Сзади меня возникла Хокори.
У…бить? Кхм, да, логично, но… своими руками? Мы ведь уже победили, нет?
— Сделай это! Отомсти за моих ро́дных! — наседала воительница.
Оборвать жизнь… такую хрупкую… такую… ничтожную под натиском магии… Губы погонщика дрожали, глаза застыли в немой мольбе. Может… оглушим и…
— Убей! — рявкнула мне на ухо рыбина.
[Боюсь, у нас нет выбора, офицер. Очнувшись, этот человек пойдёт жаловаться в гильдию чародеев. Расследование — помешает вашей миссии.]
Хах, «дева-ангел», хотела карать грешников? Получи и распишись! Кто же знал, что отнять жизнь так сложно⁈
Зажмурившись, я отвернулась и сделала короткий жест кистью. Послышался звук упавшего на брусчатку тела. Моё первое умышленное убийство… Мерзко. Я будто кусок души себе вырвала!
[Мастерское исполнение. Короткий разряд молнии между первым позвонком и мозгом даровал врагу быструю смерть. Более того, медики Лампары не обнаружат…]
[Не надо меня хвалить!!]
