то, что мне показали здесь, я все равно его люблю. Любым. Плакала, потому что устала, так дико устала от всего. От учебы, от документов, от переживаний, от той же подготовки к свадьбе, да от всего просто!
— Ну что ты, маленькая моя, все хорошо, все будет хорошо — говорил мне Роберт, пока я, вцепившись в его идеальный пиджак плакала.
Меня гладили по спине и волосам, говорили успокаивающие слова на ушко, дарили поддержку и любовь. И только когда я успокоилась и затихла, Роберт поделился своими страхами:
— Милана, ты…все еще любишь меня?
Я тихонько выдохнула, вытерла глаза, пытаясь не представлять, насколько размазался макияж, посмотрела в его обеспокоенные глаза и…просто поцеловала. Так, как чувствовала. Вкладывая всю свою любовь, преданность и ласку, на которую только была способна. Не знаю сколько длился наш поцелуй, но я окончательно успокоилась и размякла на руках у Роберта.
— Родная, нам нужно идти, нас ждут.
— Обязательно сейчас? Мы не можем еще здесь побыть? — печально вздохнула я, потому что никуда идти и вправду не хотелось.
— Нет, мы и так задержались — разрушил все мои мечты по поводу отдыха, Роб.
— У меня поплыл макияж, я…
— Это не важно, когда мы выйдем, на тебе будет другое платье, другая обувь, причёска и макияж. Не переживай на этот счет. Как ты себя чувствуешь?
Шмыгнув носом в последний раз, ответила:
— Нормально.
— Ну, тогда пошли?
Я кивнула и слезла с Роберта, у которого уже давно сидела на коленях. Оправила платье и прическу, на что мой муж лишь усмехнулся. Он предложил свою руку, я с удовольствием согласилась, и мы пошли вместе. На заключительное, видимое не только нами, испытание.
Мы шли в абсолютной тишине, в тронном зале был слышен лишь звук моих каблуков. Все молча взирали на нас. На новых правителей самого сильного государства в этом измерении.
Я не могла полностью разглядеть себя, но могла осмотреть Роберта. Золотой костюм поверх белоснежной рубашки, такие же, белые перчатки, держащие мою подрагивающую руку, черная обувь и черные узоры на штанах, единственные выбивались из его образа. Мой муж был просто великолепен.
— Поверь, я никогда не смогу сравниться с тобой, Вы прекрасны, моя королева.
И что-то было в этой фразе такое… собственническое.
— Ты права, я никогда не отдам тебя никому, никогда не позволю сделать больно, и никогда не отпущу тебя. И сейчас, глядя на тебя я разрываюсь от двух чувств от ревности и от гордости. Не знаю, что хочется больше, спрятать тебя от всего мира или позволить всем любоваться твоей красотой.
— Звучит, как угроза.
— Это не угроза, это осознание. Я никогда не смогу отпустить тебя Милана, я буду с тобой честным. Ты моя жизнь, мое дыхание. Ты все для меня.
Каждое его слово заставляет меня удостовериться в том, что он мой. Мой мужчина. И я его тоже никогда не отпущу.
— Приятно слышать.
Медленным шагом мы дошли до наших тронов. С двух сторон к нам подошли слуги и низко поклонились, в руках у них были подушечки с коронами. Я их видела на балу у родителей Роберта. Теперь, по наследству они переходят нам.
Очень аккуратно, атрибуты королевства одели на нас, и тут же, я почувствовала жжение в местах, в которых корона прикасалась к коже головы. Уже было подумала, что это яд, но Роберт крепче сдавил мою руку, которую он все это время продолжал держать, сказал:
— Все хорошо, так, она настраивается под тебя.
В смысле? И тут я вспомнила, что на портретах семьи Район в картинной галерее, у всех правителей были разные короны. Что ж, еще одна традиция.
Неожиданно, зал раздался овациями, после практически гробовой тишины. Что ж такое? Мне кажется, из всех королев на церемонии, я обладаю самым недоуменным лицом.
Роберт усмехнулся. Ну да, ему смешно, а вот мне совсем нет. Корона у него, кстати, сильно изменилась. В отличие от предыдущей, массивной и тяжёлой, новая была значительно попроще, но лично мне, она нравилась больше. Тонкий без каких-либо излишеств ободок, и зубцы разной длины и формы, в совокупности, создавали образ солнца. Очень элегантно и красиво. И подходит под образ Роберта.
— У тебя похожая, но диаметр поменьше, а зубцы подлиннее, солнышко ты мое.
Я просто улыбнулась, потому что говорить в этой ситуации, мне казалось излишним. Громкие аплодисменты не стихали, и под них, мы встали со своих, уже полностью законных, тронов и повернулись друг к другу. Пришло время приносить клятву, которую мы давно принесли и себе, и королевству. Оставалось только ждать богиню. Кажется, сегодня, мы окончательно обескуражим народ.
В физическом теле, она к нам не явилась, но потрясенным людям хватило и ее голоса.
— Вы, новые правители королевства Изихи, сейчас не нуждаетесь в клятве, ведь вы уже принесли ее. Но после испытаний, я обязана спросить вас: Роберт Район, готов ли ты быть поддержкой и опорой для Миланы Район, готов, нести ответственность за сохранность ваших жизней, готов ли, быть преданным Милане и государству?
— Да
— Милана Район, готова ли ты быть поддержкой и опорой для Роберта Района, готова ли ты, нести ответственность за сохранность ваших жизней, готова ли ты, быть преданной Роберту и государству?
— Да.
— Тогда, я подтверждаю ваш брак истинными силами. Ваше правление, будет самым правильным, самым чистым и самым счастливым для народа. Ваши чувства истинны, ваша связь нерушима. Будьте счастливы.
И снова в зале поднялся шум, кто-то хлопал, кто-то кричал поздравления, были и те, кто совмещал. Но я смотрела в его глаза и понимала, что все это, только благодаря ему.
И неожиданно я почувствовала отголоски не своих, его эмоций. Восторг, дикий восторг и столько восхищения мной. Я почувствовала его счастье, ликование, и любовь.
Дальше был поцелуй, который выбил все мысли из мой головы. Очнулась я уже в наших комнатах. Получается, мы сбежали с собственной свадьбы?
— Не сбежали, а покинули зал и предоставили народу возможность гулять и праздновать без нашего чуткого королевского надзора. Гостям, кстати, это очень понравилось — сказал обнимающий меня Роберт.
Я лишь улыбнулась и крепче обняла своего мужа. Хочется стоять вот так и никогда не отпускать его.
— Мне тоже очень этого хочется, но кажется ты хотела посмотреть, как ты выглядишь.
О да!
Меня просто развернули на сто восемьдесят градусов и обняли уже со спины. Зеркало передавало просто какую-то невероятную картину. Я, в очень красивом, облегающим фигуру платье, с распущенными чёрными, развитыми в большие локоны волосами, и красивой короной, стою
