На этот раз ему удалось высвободить правую руку и дотянуться до меча. Выхватив клинок из ножен, он принялся рубить колючки. Разведчик отдал бы сейчас год жизни за хорошее стальное мачете, но даже тупой бронзовый меч был эффективнее голых рук. После продолжительного и кровопролитного сражения он наконец выбрался из проклятых кустарников. Его пошатывало, он был исцарапан и перепачкан с головы до ног и при других обстоятельствах предпочел бы провалиться сквозь землю, но не стоять в таком виде перед красивой женщиной. Впрочем, важна не одежда, а осанка. С этой мыслью Блейд пошарил в кустарнике, нашел свой топорик и развернулся к незнакомке, приняв позу гордого вызова.
Ее реакция на такую воинственность была совершенно естественной: она снова расхохоталась и долго не могла остановиться. Блейд охотно отпустил бы пару крепких выражений, но предпочел на этот раз сдержаться. В ее оскорбительном смехе звучала некая странная нотка, словно женщина собиралась спросить: «Ну, герой, и что ты намерен теперь делать?» Блейд рассудил, что самым разумным будет стоять спокойно, предоставив ей самой решать его судьбу. Опустив меч, он замер, стараясь по возможности сохранять невозмутимое выражение лица, что было не так-то просто: вокруг, привлеченная запахами пота и крови, вилась целая туча какой-то гнусной тропической мошкары.
Наконец женщина завершила свой придирчивый осмотр.
— За тобой была погоня, друг мой? — спросила она. — Ты с такой резвостью перемахнул через стену, словно тебя преследовала стая голодных оранков.
Блейд не знал, насколько он может доверять незнакомке. Она, вероятно, была из высшей знати, раз так свободно разгуливала по летней резиденции владыки. Это делало ситуацию неопределенной: чуть ли не половина правящей элиты Гонсары относилась к культу Айокана с великим почтением, тогда как вторая половина ненавидела его с той же яростью, что и простой люд. К какой же партии принадлежала его собеседница: к мушкетерам короля или к гвардейцам кардинала?
Заметив, что он колеблется, женщина нахмурилась.
— Я жду ответа! — сказала она почти сурово. Блейд решился. По каким-то причинам он чувствовал симпатию к этой молодой насмешнице.
— За мной гнались Священные Воины Айокана, — ответил он. — Так получилось, что мы с Айоканом не в ладах,
Глаза у женщины на мгновение округлились. В следующий миг на ее лицо вернулось спокойное выражение. Блейд невольно задержал дыхание.
Затем, к его великому облегчению, она поджала губы и сплюнула на дорожку.
— Проклятие! Тамбрал мне клялся, что никогда не впустит Священных Воинов в Гонсару! А может, эти двуличные твари провели свое воинство тайно… Ты уверен что тебя преследовали именно Священные Воины?
— Уверен, — кивнул Блейд.
Сообразив, что женщина, похоже, на его стороне, он немного расслабился.
— Прости мне эту дерзость, о прекрасная незнакомка, но не могли бы мы для более подробной беседы перейти в другое место, — продолжал разведчик. — В саду нас могут подслушать, а мои преследователи все еще поджидают за стеной, и в руках у них копья. Если бы мы…
Дальнейших объяснений не понадобилось. Кивнув на возвышающийся за деревьями дворец, женщина властно бросила:
— Расскажешь позднее. — Теперь она говорила совсем другим тоном: тоном властительницы, привыкшей к безоговорочному подчинению. — Нам в самом деле лучше уйти отсюда.
Не произнося больше ни звука, она повернулась и направилась к дворцу прямо через пышный ухоженный сад. Она шла так быстро, что разведчику, не ожидавшему такой молниеносной смены настроения, пришлось поторопиться, чтобы не отстать.
Остановилась она у небольшой, полускрытой высоким кустарником и карликовыми деревьями двери, пробитой прямо в дворцовом фундаменте. От порога вглубь здания вела узкая лестница с такими низкими сводами, что Блейду с его немалым ростом пришлось пригнуться, чтоб не удариться головой о каменные плиты. Наверху лестницы открылась еще одна дверь, а за ней — небольшой круглый зал, тускло освещенный парой чадящих факелов. По окружности зала шли несколько арок, ведущих в другие комнаты. Женщина приглашающим жестом указала на кресло, стоявшее между двумя арками и заваленное подушками.
— Побудь пока здесь, мой друг. Прежде всего следует заняться твоими ранами. Они неопасны, и лекарь будет излишней роскошью, но сейчас я позову своих слуг. Наш разговор мы продолжим позднее.
Блейд вопросительно вздернул бровь. Она прекрасно поняла его беспокойство.
— Мои слуги ничего никому не расскажут, — добавила она с усмешкой. — Они глухонемые.
Повернувшись, незнакомка потянула за шнур, висевший у самой арки. Должно быть, он приводил в движение Какой-то механизм, который могли видеть слуги, потому что через несколько секунд в одной из дверей возникла стайка девушек. Женщина что-то приказала им жестами, значения коих Блейд не уловил — местный язык глухонемых сильно отличался от того, который был известен ему. Поклонившись, служанки исчезли столь же беззвучно, как и появились.
Через некоторое время они вернулись с большим чаном, полным горячей воды, множеством чистых полотенец и куском ткани. Повинуясь приказаниям госпожи, девушки смочили полотенца в воде и принялись обтирать Блейда, Он не мог определить, что именно было подмешано в воду, но это оказалась какая-то смолистая пахучая субстанция, потому что вода будто бы приобретала вязкость и тяжесть меда. По мере того как служанки обмывали его тело, боль и зуд от множества царапин и ушибов постепенно проходили, а рана, нанесенная брошенным копьем, перестала кровоточить.
Разорвав на полосы большой кусок ткани, девушки перевязали его ссадины на бедре и левой руке, затем снова ушли, появившись теперь с большим серебряным кувшином и двумя чашами. На кувшине и на чашах пламенел выложенный рубинами уже знакомый Блейду символ правящего дома Гонсары — красный вол.
Стражник нагнулся над одной из чаш и втянул терпкий пряный запах, исходящий от горячего питья. Женщина ободряюще кивнула ему — пей! Все время, что служанки занимались ранами пришельца, она внимательно наблюдала за ним — с бесстрастным, ничего не выражающим лицом. Но что-то мелькало в ее глазах… Любопытство?.. Если так, то его вызвал не только рассказ о Священных Воинах, но и некие иные причины…
— Пей! Это тебе не навредит, — сказала она. — Наоборот, поможет. Неужели ты думаешь, что я захочу твоей смерти до того, как мы… — Женщина запнулась и с легкой улыбкой продолжила: — До того, как мы обсудим твои разногласия с Айоканом?
При последних словах в глазах незнакомки промелькнул хищный, недобрый огонек, и всю расслабленность Блейда как рукой сняло. Что означали этот взгляд и эта обмолвка? Еще одна местная леди желает поразвлечься — до, после или во время обсуждения важных дел? Он, не улыбаясь, посмотрел на незнакомку. Заметив выражение его лица, она погасила свою ослепительную улыбку.
