станут живым щитом для нас и, быть может, перетянут часть монстров на себя. Не вижу тут ни одного минуса.
— Ага-ага, конечно…
Их спор остановил новый гонец.
— Шихан Хо! Шизан Хо! Беда!
— Что на этот раз?
— Морская крепость «Эдо» передала красный сигнал! Они идут ко дну!
— Да твою ж…!
* * *
Со стороны Киото раздаётся оглушительный треск. Прямо на моих глазах одна из крепостей не выдерживает собственного веса и разрывается на две части, начав идти ко дну.
Даже такая махина не выдержала атаки морских существ⁈
Хотя на палубу уже не сыплются рыбы, но под водой бой продолжается. О происходящем там мы можем судить только по раненым ныряльщикам.
Некоторые, поднявшись на поверхность просто вырубаются. Растопыриваются на воде как морские звёзды, теряя сознание. Моряки быстро ловят их верёвочными петлями, пока пловцов на сожрала какая-нибудь гадость.
Но вот, очередной ныряльщик, поднявшись на поверхность рассыпается блестящей пылью…
Следом за ним ещё один…
Мы теряем людей! И я, находясь на палубе даже не знаю, чем им помочь!
Уже по докладам боевых тюленей они безвозвратно потеряли троих.
И число потерь всё продолжает увеличиваться!
— Где Фортуна? — неожиданно спрашиваю я.
Каждый из ныряльщиков поднимается на поверхность, чтобы вздохнуть и восполнить кислород в лёгких.
Но только не Фортуна!
Не может же так статься что…
— Её окружили монстры! Мы не можем добраться! Вместе с ней её отряд патрулирования! — выныривает Жоржи, — Если ничего не сделать… их просто перебьют по одному!
— Не в мою смену, — рычу я, оглядываясь по сторонам.
Вижу укреплённый на носу «Берсерка» клюв спрута, которого мы победили в Бухте Уилсона. Он ещё давал защиту от мелких морских гадов. С «Хрюши» его перенесли на флагмана.
Иронично, но мелкие гады вред судну и так не могли нанести. Опасность для него представляли гады крупные. Зато мелочь успешно уничтожала людей.
Моих людей!
Подскакиваю к нему и принимаюсь рубить древесину, отделяя клюв от судна.
— Что ты делаешь? — подскакивает Алиса.
— Просто помоги, — отвечаю.
Ей дважды говорить не нужно. Моя супруга подхватывает с палубы меч и принимается рубить вместе со мной.
Ухватив покрепче артефакт, я скидываю с головы железный шлем.
И как был, в кожаной броне, прыгаю за борт.
Самое то, чтобы погрузиться в дивный подводный мир!
Глава 16
Секунда дезориентации, и я оказываюсь под кромкой воды.
Тут же кручу головой из стороны в сторону, изучая обстановку.
Вода уже приближается по своему цвету к багрово-чёрному, так много крови в ней пролито.
В самой большой такой кровяной кляксе как раз и проглядывается наибольшая активность морской живности.
Очевидно, что об этом окружении и упоминал Жоржи.
Я моментально направляюсь в эту сторону, изучая реакцию морских гадов.
Что примечательно, закреплённый на моём поясе клюв спрута действительно отпугивает мелочь.
Несколько орд мелкой рыбёшки, которые своими плавниками едва ли сдирают кожу с противника, тут же бросаются прочь от меня.
Так же поступают и остальные.
Уже приближаясь к «окружённым» ныряльщикам, я на полной скорости влетаю в группу небольших акул.
Уровня они низкого, а потому ничто не останавливает мою атаку.
Копьё меткими движениями пронзает шкуры акул, проливает кровь, вынуждает монстров переключить всё своё внимание на меня. И меня единственного.
Созданной передышки оказывается достаточно пловцам, чтобы они начали собираться в группу.
Играет в нашу пользу и то, что всякая мелочь вынужденно отступает за пределы действия клюва спрута.
Вокруг меня появляется самая настоящая сфера отчуждения, войти в которую осмеливаются исключительно опасные гады, уверенные в своих силах.
А ведь именно мелкие твари причиняют наибольший урон ныряльщикам. По ним трудно попасть кинжалом или копьём, они атакуют стаями, дезориентируют…
С крупными же можно биться достаточно спокойно
Одним из таковых становится электрический угорь, который обвивает Фортуну, точно питон, и бьёт её током. Огромная тварь, подобных никогда не было в природе прежней земли.
Девушка дёргается из стороны в сторону, но выпутаться у неё уже не хватает сил. Видно, как её встряхивает с каждым ударом и как она слабеет.
Тогда я просто бросаю свою копьё в угря, придав тому ускорения телекинезом.
И этот манёвр срабатывает!
Я ожидал, что магия под водой окажется куда сложнее в применении, но… похоже, мой контроль намного выше моих ожиданий!
Да, усилий приходится прилагать куда больше, зато водная стихия лучше держит заданное направление. Копьё здесь словно совсем ничего не весит, и мне удаётся разогнать его до невероятной скорости.
Снаряд с шипением вонзается в шею угря, убивая того на месте.
Фортуна тут же освобождается от цепких объятий. По её бледному, почти синему лицу видно, что у неё острая нехватка кислорода.
Не медля ни секунды, я подплываю к главной ныряльщице и, закинув её руку себе на плечо, поднимаюсь на поверхность.
Несколько долгих секунд плавания, и вот наши головы снова над водой!
— Кха-кха-кха, вот же чёрт… Думала, что там и помру уже, — откашливается Фортуна, распластавшись в виде звезды.
— Не благодари, — киваю я.
Я также использую короткую передышку, чтобы набрать побольше кислорода.
Хоть мелкие монстры теперь и держатся на расстоянии, никто не списывал со счетов крупных тварей.
А они только сейчас осознают тот факт, что больше не могут оставаться в стороне.
К «Берсерку» двигается новая волна. Количество тварей не иссякает. Это уже не похоже ни на провокацию Киото, ни на стихийное бедствие.
Чёрт, ни минуты покоя!
— Вот вам и тихий, спокойный вояж! — ворчу я себе под нос.
Настоящий бой только-только разгорается!
* * *
С особенностями артефактного клюва спрута ныряльщики получают столь необходимую им передышку.
Перегруппировавшись, восполнив кислород, боевые тюлени теперь работают в группах по 2–3 игрока, чтобы противостоять атаке морской фауны.
Тем самым скорость, с которой мы теряли личный состав, заметно так уменьшается.
А это уже очень даже хороший показатель!
Впрочем, поводов для радости также особо не наблюдается. Волна противников следует одна за другой, продолжая «пробовать на зуб» нашу оборону.
И в какой-то момент ныряльщики дадут слабину. Хоть и не сразу, но этот момент неумолимо настанет.
И тогда я не мог утверждать, что всё и дальше пойдёт по плану.
Позволить ныряльщикам подняться на поверхность сейчас значит обречь на невероятный риск наши корабли.
А стоит только тем пойти ко дну, как не только боевые тюлени будут вынуждены сражаться под водой, но и все остальные
