никакого результата. Кажется, с каждой минутой, отсчитанной бездушными часами, я всё больше сходил с ума и впадал в отчаяние. Я даже подумать не мог о том, чтобы выделить хоть секунду на отдых, не зная, где моя лисичка и что с ней, поэтому уже трое суток не спал, практически беспрерывно исследуя лесную чащу.
Аман и Шьям, кстати, тоже. И если в дядиной готовности помочь я никогда и не сомневался, брат действительно удивил, бросив все силы на поиски моей жены, и изо дня в день становился всё измождённей, наглядно демонстрируя, что и он забыл о сне и отдыхе.
– Успокойся, – подбодрил Повелитель, вынимая из моих рук ложку, которую я усердно скручивал в замысловатую загибулину. – Отсутствие результата – тоже результат! Мы же не нашли её тела, значит, вероятность того, что она жива, огромная...
– Ты такими речами только усугубляешь ситуацию! – рыкнул в ответ и сжал кулаки, пытаясь утихомирить вспыхнувшую пожаром ярость.
За обедом мы собрались в основном посовещаться, так как даже крошки никто из троих не съел, угрюмо рассматривая содержимое своих тарелок.
По-настоящему действенная помощь пришла поистине с неожиданной стороны...
– Господин ректор, можно с вами поговорить? – голос Эранса вынудил перевести удивлённый взгляд на неловко переминающегося с ноги на ногу вампира. – Это касается Селении.
Положив ладонь на мой кулак, Аман кивнул на стоявший рядом с ним стул:
– Присаживайся, что у тебя?
Заняв предложенное место, Коллин склонился над столом и доверительным шёпотом произнёс:
– Понимаете, я сейчас столкнулся с миссис Гровер, и от неё отчётливо пахло Лени, а ведь ещё вчера, да и утром этого запаха не было! Значит, она видела её совсем недавно, я бы сказал, что не более двух часов назад!
Я сейчас сам не знал, чего хочу больше: придушить вампирёныша за то, что он помнит, как пахнет моя жена, или чмокнуть в макушку от осознания того, что он вывел нас на след.
– Так, дальше моя работа! – решительно поднялся Шьям, от чего его стул со скрипом проехал ножками по деревянному полу.
– Без меня? Даже не надейся, что я это пропущу! – рявкнул я, присоединяясь.
Скривившись и отведя глаза, брат пробормотал:
– Не надо тебе на это смотреть...
– Шьям, хватит думать, что я святой! Я – демон! Всегда им был и буду! Правда считаешь, что меня испугают пытки и вид крови? За свою лисичку я сам на куски разорву любого и даже не поморщусь при этом! Пошли искать каргу! – махнув рукой, позвал я его за собой и стремительным шагом направился в комнату декана ведьминского факультета.
Достав из кармана универсальный ключ, приложил к двери и, не соизволив постучать, решительно её толкнул. Увидев, кто пожаловал, женщина вскочила с кресла, испуганно попятилась и, посмотрев в моё хмурое лицо, пролепетала:
– Что-то случилось, господин ректор?
Брат шагнул к ней, схватив за шиворот, ощутимо встряхнул и толкнул её обратно в кресло. Присев на стол, поставив ногу на подлокотник, отрезая ведьме пути к отступлению, он спокойно поинтересовался:
– Где Селения?
– А мне почём знать? – взвизгнула та в панике.
Из тела Шьяма потянулись клубы чёрного тумана, окутывая миссис Гровер с головы до пят. По комнате тут же разнёсся треск сломанных костей и болезненный крик.
– Итак, ничего не вспоминается? Учти, я долго могу так играть, и ты всё равно признаешься, но если опоздаешь и супруга моего брата умрёт, я буду развлекаться с тобой не меньше года, сначала ломая кости, а потом вызывая в твою камеру целителей. И таким образом по кругу, три раза в день... Как тебе перспективы?
– Я ничего не знаю! – от звучавшей в голосе фальши, я дёрнулся с намерением самолично встряхнуть эту даму как следует.
Жестом остановив меня, брат усилил нажим тьмой и не меньше трёх минут с ледяным спокойствием наблюдал, как корчится и извивается ведьма. От охватившей её боли по вискам декана струился пот, и если бы не наложенный мной полог тишины, её крики были бы слышны даже на улице.
– Ну как? Продолжим, или тебе всё же есть что нам рассказать?
Глядя на то, как невозмутимо себя ведёт братик, подумал: пожалуй, он у меня и правда маньяк, но сейчас мне это в нём даже нравится.
– Я в тебе не ошиблась: как есть зверь! – вдруг зло усмехнулась ведьма, придерживая рукой явно сломанные рёбра.
– Спасибо, я стараюсь! А поподробней? При чём тут я и как здесь замешана Селения?
– Когда ваш отец предложил мне заключить брачный договор, я пришла в шок оттого, что моей дочери, обладающей семьюдесятью тремя процентами тьмы, сватают всего лишь Люциуса! Вообще-то, я рассчитывала, что моя малышка станет женой Повелителя, а не его советника. Вывод напрашивался только один: для тебя нашли невесту сильнее. Тогда-то я и устроилась на должность декана, чтобы отслеживать потенциал поступающих в академию ведьм. Взорвавшийся измеритель не оставил сомнений в том, что мисс Фелисти и есть твоя наречённая. Дальше всё ещё логичней – если она погибнет, то Самерсет вынудит именно старшего сына жениться на второй по силе ведьмочке, а младшего оставит с носом, даже мне известно, что Люциуса он терпеть не может, – пожала плечами миссис Гровер.
– А после нашей свадьбы? Ведь ты же всё равно пытаешься устранить мою супругу? Шьям отказался от женитьбы перед самым исчезновением Лени, значит, план был составлен заранее.
– А к чему мне было рисковать? Ведь ты тоже претендент на трон, но после смерти девчонки ты просто выбываешь из игры, и Шьям остаётся единственным возможным кандидатом. В этом случае его отказ взять в жёны мою дочь уже не будет иметь никакого значения, Самерсет всё равно бы его заставил, а Айсенем ещё бы помог надавить, пытаясь исправить ошибку своей молодости. Очень уж он переживает, что оставил престол без наследника, – усмехнулась ведьма самодовольно.
– Получается, Кат пострадала только ради того, чтобы я не стал Повелителем демонов? – да уж, такого варианта я и предположить не мог. – Где она? Если моя девочка мертва, сценарий твоей дальнейшей жизни, обрисованный Шьямом, станет не просто реальным, но и продлится не год, а два. После же умрёшь в страшных муках и похоронят тебя в общей яме с особо опасными преступниками, так что твоя доченька даже на могилку к маме прийти не сможет!
– В
