меня воздействует. В душе как-то слишком резко становится тепло, сердце забилось чуть чаще. Негодник. А говорит, что не злоупотребляет своими способностями.
Хотя… Я и не против, на самом деле. Мне хорошо, все происходящее – вполне порядочно. Так что фиг с ним, что сердечко изменило свой привычный ритм.
– Сотни лет назад этот мир не знал магии. Люди жили в таких же городах и деревнях, как живут сейчас. Горы были такие же высокие, моря такие же синие…
– А воздух чист и сладок, – перебила я мужчину насмешливо.
– Вроде того. За хребтами простирались зеленые земли, которые сейчас называют землями драконов – Наввирой. Но в те времена эти территории заселяли наги. Люди-змеи, которые любили селиться в скалах и возле водоемов. И среди этих племен была одна особенная девушка – Наввира. Она была прекрасной, сильной и мудрой, несмотря на юный возраст. Племя гордилось ей.
– Ты говоришь так, словно знал ее…
– Не лично… – Энлиль усмехнулся. Он же сейчас просто шутит? Не может же Энлиль быть настолько старым? Он выглядит чуть моложе меня. – Наввира имела безгранично светлую душу, и когда Азхар встретил ее – не смог не полюбить.
– Бог?
– Азхар никогда не был богом! – Энлиль брезгливо махнул рукой, а после обнял меня еще крепче. – Но ему нравилось, что его богом называли. Как я уже сказал, этот мир не знал магии. Поэтому чужеземец, пришедший ниоткуда и творящий чудеса, казался чем-то большим, чем он есть. Подобные ему иногда посещали наш мир, об этом даже оставались записи в книгах, но другие никогда не задерживались надолго, чтобы отпечаток в истории можно было посчитать значимым. Так что до Азхара люди относились к магам, как к сказочным созданиям.
– Забавно, – поерзала я на месте, устраиваясь удобнее. – У вас тут наги и драконы, а в магию не верили…
– Но Азхар влюбился без памяти в нагу Наввиру. И остался здесь… – Энлиль не обратил внимания на мое замечание. – И очень скоро мир начал меняться. Сначала люди тянулись к чудесам новоявленного божества. Затем у Азхара и Наввиры родился первый ребенок. Дракон. Существо, сотканное из чистейшей магии. С появлением драконов среди людей стали пробуждаться те, кто мог подчинять себе новую энергию. Они желали учиться. А Азхару, как я уже говорил, нравилось то внимание, которое он получал…
Могу себе представить. Приехал отдохнуть, а тебя целый мир на руках носит.
– Азхар был счастлив в этом мире. У него была любимая женщина. Его дети вызывали восхищение у всего живого. Но подрастая, они сеяли страх. Неотличимые от людей, мощные и неукротимые. Первые примы обращались в ящеров столь огромных, что даже одного хватило бы, чтобы сжечь самые крупные города за считаные минуты. Но драконы не делали этого. Великая мать Наввира учила своих детей любви и состраданию. Учила быть защитниками. Она была хорошим родителем, в отличие от своего супруга. Азхар купался в любви миллионов – его последователи осваивали азы магии, избавляли земли от голода и невзгод, возводили храмы с огненными статуями. За всем этим он совершенно не заметил, как пролетели годы. Для бессмертных время всегда течет иначе. И полюбив смертную нагу, Азхар должен был понимать, что его счастье не будет длиться вечно.
– Должен был?
– Но не понимал, – вздохнул Энлиль. – Забылся, заигрался в бога. И в один день обнаружил, что его любимая состарилась и готова покинуть этот мир. В тот день небо окрасилось в цвета огня. Наввира обратилась к любимому с последней просьбой – она хотела увидеть море. Прожив всю жизнь в скалах, Наввира мечтала увидеть большую воду хотя бы перед смертью. Азхар мог перенести ее к любым морям любых миров, но гордая нага хотела преодолеть свой последний путь сама, как это делали ее предки. Она хотела пройти по этой земле, чтобы увидеть ту жизнь, которую ее любимый подарил людям. Вместе, рука об руку, Наввира и Азхар выдвинулись на восток, где великая мать своими глазами увидела зеленые земли Мьернира и богатые деревни Антраина. Везде она видела любовь, с которой люди относились к ее мужу, и сердце Наввиры успокаивалось за будущее их детей. Чистая душа наслаждалась каждым оставшимся ей днем, видя, что в мире не осталось места страданиям.
И куда подевался тот идеальный мир? Жаль, но грусти я почти не испытывала. Уже скучаю по всему спектру эмоций, на который способна в здоровом состоянии.
– В этом путешествии было прекрасно все, кроме неба над головами влюбленных. Азхар страдал от понимания, что скоро потеряет ту единственную, которую так любил. И его боль вырывалась в этот мир иссушающими ветрами. Наввира шла вперед и видела зелень, но за их спинами впервые за долгие годы засуха уничтожала урожай. Ни маги, ни драконы, не могли справиться с буйствующей стихией.
– Они дошли до моря?
– Дошли. Последнее желание Наввиры было исполнено. Великая мать встретила свой последний рассвет, глядя на бескрайнюю синюю гладь. Говорят, она зашла в воду со своим возлюбленным. После чего перестала дышать.
На моих глазах выступили слезы.
– Для Азхара это стало последним ударом. Даже зная, что ждет его любимую, он не мог подготовиться к подобному. Когда сердце Наввиры сделало последний удар, Огнекрылый потерял контроль над своими эмоциями и способностями. На весь мир прогремел небывалый взрыв. Скалы пошатнулись и раскололись, оставив на землях Наввиры лишь высокие мертвые пики. Ледовые шапки гор растаяли и у подножий образовались озера. Земля раскалывалась, холмы востока плавились, леса рассыпались пеплом. Дети Наввиры взмыли в небо, и их плач разносился всю ночь, вызывая ужас у людей.
– Как такое возможно?
– Азхар был фениксом. А фениксы, возможно, одни из сильнейших созданий вселенной. Скорее всего, Азхар и сам не осознавал своей силы до этого момента. Его пламя осушило море, о котором так мечтала Наввира, оставив на этом месте Мертвую пустошь. Огонь был настолько горяч, что не только изуродовал этот мир, но и разрушил душу Наввиры. Расколол на миллионы кусочков. Часть из них спеклась с песком, образовав в Мертвой пустоши исполинские призмы, которые теперь украшают Мертвую пустошь, часть – провалилась в другие миры, к которым Азхар прожег пространство. С тех пор Азхара больше никто не видел. Он бросил этот мир, оставил своих детей. И никогда не объявлялся…
– И после этого ему еще все поклоняются?
– Кто как. Драконы – нет. – Энлиль погладил мои волосы. – Азхар был никудышным отцом. Когда он исчез, самому младшему из его потомства не было и года. Но и будучи здесь… Азхар видел в
