ее до оргазма.
— Вот так, милая. Кончи на мой член, — рычу я, прежде чем укусить ее за плечо.
Ее киска сжимается вокруг меня, и она выкрикивает мое имя, когда кончает несколько секунд спустя.
Я убираю руку и встаю во весь рост. Мои руки хватают ее за волосы, и я отрываю ее голову от прилавка, набирая темп. Я знаю, что мне нужно для того, чтобы кончить.
Я должен вырваться сейчас. Она кончила, и это все, что имеет значение. Эта часть не про меня. Но когда я смотрю вниз на свой скользкий член, движущийся внутрь и наружу из ее бритой киски, я чувствую, что мое дыхание участилось, а яйца напряглись. Я не могу остановиться.
— Блядь! — рычу я, врезаясь в нее так сильно, что наши колени ударяются о шкафы под прилавком. Она выкрикивает мое имя, и это звучит так, будто она вот-вот кончит снова.
Я не останавливаюсь.
Не могу. В этот момент я на пределе.
Она, блядь, моя!
Ее глаза закрываются, и она выкрикивает мое имя, когда кончает еще раз. Я вытаскиваю член из нее как раз вовремя, чтобы кончить на ее идеально круглую попку, на которой остался отпечаток моей руки.
_________________________________
Я подъезжаю к дому ее отца на ее машине, а Дик подъезжает ко мне на своей с Бекки.
— Дай мне десять минут, — говорю я ему, когда он опускает пассажирское окно.
— Не торопись. — Он улыбается, а затем тянет Бекки к себе через центральную консоль, чтобы поцеловать.
Я вытаскиваю Остин из машины и несу ее в дом. Она потеряла сознание еще до того, как я выехал на шоссе. Поднявшись в ее комнату, я кладу ее на кровать. Я снимаю с нее туфли на каблуках, рубашку и джинсы, а затем накрываю ее одеялом, прежде чем выйти. Я уже подхожу к входной двери, когда слышу голос Селесты.
— Коул?
Я поворачиваюсь к ней лицом. Она спускается по коридору и стоит в фойе. Ее светлые волосы распущены и немного спутаны, давая мне понять, что я ее разбудил. На ней шелковый персиковый халат в пол, а вокруг талии обернут соответствующий поясок, но я могу сказать, что под ним она голая. Воображению ничего не остается, а соски у нее твердые.
Она смотрит на верхнюю ступеньку лестницы, а затем снова на меня. Ее глаза медленно осматривают мою помятую рубашку и взъерошенные волосы. Засос на моей шее.
— Ну, это не заняло много времени. Не могу сказать, что я удивлена. Ты всегда получаешь то, что хочешь.
Моя челюсть напрягается, но я не обращаю внимания на ее слова.
Она тихо смеется, подходит ко мне и кладет свою правую руку мне на щеку. Затем поднимается на цыпочки, чтобы поцеловать меня в губы. Я не целую ее в ответ.
— Ты не торопишься? — Она отстраняется. — Пойдем, я приготовлю нам кофе. — Она поворачивается и уходит.
— Я знаю, что ты трахаешься с Килланом.
Она останавливается и медленно поворачивается ко мне лицом.
— Я не знаю…
— Я позволил ему взять мою машину на прошлой неделе, пока его машина была в мастерской. Он приехал повидаться с тобой, не так ли?
Она нервно провела рукой по своим светлым волосам. Я надеялся, что у нее хватит смелости признаться в этом. Она такая же, как ее жалкий муж.
— На днях я разговаривал с отцом. Он сказал, что Брюс знает, что я трахаю тебя. — Ее глаза расширились. — Что его надежный персонал сообщил ему, что моя машина была здесь всю ночь. — Я окидываю ее взглядом и затем говорю: — Я никогда не трахал тебя, но я сразу понял, кто это был.
— Коул…
— Я не отрицал этого.
— Господи, Коул! — шипит она.
Я пожимаю плечами.
— Мне все равно, что он думает обо мне.
— Он мой муж, — огрызается она.
Теперь она заботится о своем браке.
— Видишь ли, я никому не говорил, что я знаю. Даже Киллану. — Я делаю шаг к ней и улыбаюсь, радуясь, что мой отец дал мне эту информацию. — Теперь, пока я буду хранить твой секрет, ты будешь мне обязана.
Ее глаза сузились на меня.
— Я не такая, как она, Коул. Ты не можешь меня шантажировать.
— Да неужели? Ты трахаешься с несовершеннолетним мальчиком. — Киллан — самый маленький из всех нас. Ему исполнится восемнадцать только после окончания школы. — Ты хочешь попасть в тюрьму, Селеста? Ты все время будешь видеть это в новостях. Этот город разорвет тебя на куски. Брюс, конечно, бросит тебя. У него есть деньги, он может найти другую женщину. Для таких мужчин, как он, они на одно лицо. — Ее губы сжались. — Он не собирается оплачивать судебные счета жены-изменницы. — Я быстро оглядываю его многомиллионный особняк. — Вот почему ты остаешься с ним, верно? Ради того, что он может тебе дать? — Она открывает рот, чтобы заговорить, но я продолжаю. — Ты бы потеряла все.
Ее дыхание перехватывает, и она смотрит на меня с ненавистью.
— Я дам тебе подумать об этом. — Я отступаю от нее и иду к двери. Моя рука уже коснулась ручки, когда она снова заговорила.
— Чего ты хочешь?
Ее голос дрожит от гнева.
Я поворачиваюсь к ней лицом.
— Я хочу, чтобы ты отцепила Киллана от Остин.
Она вздыхает.
— Он злится, что я никогда не рассказывала ему о ней.
— Никто из нас не знал о ней, — огрызаюсь я.
— Он хочет, чтобы она ушла. Боится, что она будет предана ему. Что она расскажет Брюсу о нас. Я пыталась объяснить ему, что она ненавидит своего отца. Она
