— Что сейчас?
— Все говорят о том, как ты дала пощечину Коулу. — Она шевелит бровями. — Они говорят, что он выпорот.
Я откидываю голову назад и смеюсь. Если бы они только знали правду. Коул садится рядом со мной, а Дик садится рядом с Бекки.
— Предатель, — бормочу я, и она широко улыбается мне, прежде чем поцеловать его. Единственный друг, которого я завела, теперь спит с одним из врагов. Это плохо для меня закончится.
Киллан садится справа от меня, и я напрягаюсь. Даже Коул расправляет плечи, но не смотрит на него.
Шейн и Беннетт присоединяются к нам, и все ребята говорят о всякой ерунде, за которой я не успеваю следить.
Дик на секунду засовывает в рот немного еды между спорами с Шейном, когда я поднимаю на него глаза.
— Могу я взять номер Шелби?
За столом воцаряется тишина. Его глаза встречаются с моими, и они сужаются.
— Зачем тебе нужен ее номер?
— Откуда ты вообще ее знаешь? — рычит Киллан.
— Она накладывала мне швы. Мне нужно снять их на этой неделе, — говорю я.
— Какие швы? — спрашивает Шейн.
Коул и Дик не отвечают ему. Я хмурюсь. Неужели они не рассказали им о том, что произошло той ночью? Я смотрю на Коула, и он смотрит на меня. Я смотрю в ответ, не отступая от него.
— Я отвезу тебя сегодня после школы. — Коул нарушает молчание, и я даже не пытаюсь спорить, пока они продолжают свой разговор.
Маленькая победа, но все же победа.
— А что насчет этих швов? — спрашивает Киллан.
Коул опускает взгляд на свой телефон.
— Это не касается тебя, Киллан, — говорит он. Бекки делает губы буквой О в ответ на тон Коула. Дик запихивает в рот еще еду, давая мне понять, что он не собирается говорить об этом ни слова. Шейн и Беннетт тоже опускают руки, зная, что больше информации они не получат. Киллан ставит бокал на стол и встает, уходя.
ГЛАВА 15
КОУЛ
Однажды я уже совершил ошибку, оставив ее наедине с Шелби. Я не собирался делать ее снова. Я слышал, как она говорила обо мне с Остин, когда мы были здесь в прошлый раз. Поэтому в этот раз я стою с ними на кухне, пока они сидят за столом, а Шелби снимает швы.
— Выглядит очень хорошо, — говорит ей Шелби, осматривая ее. — И шрамы будут минимальными.
Остин улыбается ей.
— Спасибо.
— Конечно, — говорит Шелби, отмахиваясь от ее благодарности и обнимая ее.
— Могу я воспользоваться твоей уборной? — спрашивает Остин, вставая.
Она кивает и показывает, где она находится.
Я прислоняюсь к кухонной стойке, когда Шелби снова входит. Ее улыбка исчезает с ее лица, когда ее глаза встречаются с моими. Она останавливается передо мной, скрестив руки на груди.
— Почему ты так с ней поступил?
Я не отвечаю.
Она вздыхает из-за моего молчания.
— Почему ты подходишь к ней так близко? Я видела видео, которое Дик выложил в сеть. Ты играешь с ней. Но вопрос в том, зачем?
— То, что я делаю с ней, тебя не касается, — решаю сказать я.
— Коул. — Она проводит рукой по волосам. — Ты не можешь так поступать с людьми.
— Я могу делать все, что захочу.
Она сжимает руки в кулаки по бокам, явно расстроенная. Я снова смотрю на нее немигающим взглядом, демонстрируя безразличие. У Шелби слишком большое сердцп. У меня его практически нет.
— Я видела новости. И что Джефф пропал. — Она меняет тему, ее глаза ищут в моих любые признаки того, что я имею отношение к его исчезновению. Она знает меня лучше, чем кто-либо. Я — стена. Она прикрывает меня спиной и нервно смеется.
— Это должно прекратиться, Коул.
— Ты собираешься остановить меня?
Она снова поворачивается ко мне лицом.
— Это серьезно! Это твоя жизнь!
Я отворачиваюсь от нее, так как чувство вины начинает пожирать меня. Жизнь, которой я не должен жить.
— Коул. — Она смягчает свой голос. — Это была не твоя вина.
Я напрягаюсь. Никто не говорит со мной о том, что произошло в ту ночь, когда я убил трех друзей. Они знают, что я никогда не переступаю эту черту, но Шелби не волнуют чужие границы.
— Ты не можешь исправить все ошибки в мире. Илай бы понял. Это был несчастный случай. Это могло случиться с любым из нас.
— Мы оба знаем, что он заслужил это, — прорычал я, сосредоточившись на Джеффе, а не на своих друзьях.
— Господи. — Она тихо шипит, понимая, что я только что признался в убийстве Джеффа. — Кто еще знает?
Я зажимаю рот. Она отводит от меня взгляд.
— Дик был замешан?
Я смотрю на ее затылок, отказываясь поддаться желанию посмотреть на пол. Я не отвечу на ее вопрос, но и не дам ей повода для предположений.
Из-за моего молчания она снова поворачивается ко мне лицом, и в ее нежно-голубых глазах появляются слезы. Она тянется ко мне, ее руки обхватывают мои плечи, и ее глаза встречаются с моими.
— Он нужен мне, Коул. Ты не можешь забрать его у меня. Ты понимаешь?
Мои глаза ищут ее, по ее щеке скатывается слеза. И моя грудь сжимается при мысли о потере Дика. Мы с ним, безусловно, самые близкие. Он, Илай и я были неразлучны. Он должен был быть с нами в тот вечер. Но планы изменились, и в итоге он не поехал
