новый напарник извлёк свой двуствольный биоревольвер. Деревня болтался на спине. Хоть он и мощнее, но оперативно целиться из этой махины в подвижную цель сложновато. Не учёл я это при создании ТЗ формовщика. Не военный, кем относительно являются планетарные десантники, даже не следопыт, хоть и служил в крайне непростом отделе.
Мы молча доходим до коридора, где я и Искатели нарвались на гон. Передвигаемся дальше с крайней осторожностью, но никого нет. Ни мобов, ни мутов, ни таинственного незримого охотника. Вот и зал с колоннами у наружного спуска, чей козырёк напоминает того самого безглазого ксеноморфа. Площадь, где мы замираем у стенки, но никто не хочет нас обстрелять.
Добегаем, постоянно оглядываясь, до входа в шпиль, но никого не видно. Мысленное присутствие спракса также не ощущается, однако мои клинки в боевом положении, пальцы сжимают трофейные метательные диски, которые называются фэс. Внутри, не считая останков волгаров, опять никого. Поднимаемся по лестнице наверх. Мысленной командой открываю заблокированную мембрану, и мы попадаем на нижний уровень.
Нас не атакуют. Стрелок держит под прицелом вход, который я снова закрываю. Тут мы расслабляемся, но потом вспоминаем про провал в стене. Боевики Майры смогли подняться по ней после крушения кильма, а чем хуже мутант, который может становиться невидимым. Прыгаем в кабину подъемника, который несёт нас на шестьдесят третий уровень. Ури, который повёл Тэй к секретному проходу, объяснил Стрелку, где искать его приятеля.
— Вы это чего? — спрашивает увидевший нас Хауфи, который как раз сидел в знакомом мне по шахте зале. Винтовку странник подтянул к себе поближе. Там только усыпляющие иглы, но в Танате бывший писатель не мало оборотов прожил.
— Спракса ждём, — отвечаю я, заставив нашего нового знакомого побледнеть. Хотя что серый, что белый, но разы в любом случае выглядят как ожившие мертвецы. Отчасти по этой причине я и оставил себе то монохромное зрение, что этой оболочке дали изначально.
— Наш всеядный друг его почуял. Сам все проходы внизу заблокировал, а всё равно никак не расслабиться.
— Пролом в стене, Стрелок, — перебиваю я наёмника, а потом достаю из кефлов парочку кертулов. Одновременно отдаю мысленную команду на открытие контактных полостей в колонне нейроузла.
В этот момент мы с домом ощущаем затылком знакомый взгляд.
— Хауфи, пошёл, — кричу и кидаю страннику пару хрустальных шаров. Сам я, отпихнув ногой к стене кефлы, разворачиваюсь и, сделав шаг в сторону, слегка приседаю. Руки выставлены перед собой, костяные клинки смотрят вперёд. И мы снова едины.
Спракс не преследовал нас. Хищник терпеливо ждал нас у следующего пункта назначения. Он действует бесшумно и умеет прятаться от акустического обнаружения. Это мы знали на площади и понимаем сейчас. Кроме нас троих тут никого нет, но Дим перед слиянием конкретно так напрягся.
Что он почуял? Запах? Нет, так как отстройка от запаха есть и у нас. Мы даже можем выдать определённый отпечаток, чтобы замаскироваться. Вселенная не терпит пустоты.
От этой мысли чуть не выпадаем из слияния, но волевым усилием удерживаем связь. Вот что почуял Дим — пустоту. В спину вдруг перестал бить поток воздуха снаружи. Будто кто-то зашёл нам за спину, а потом резко ушёл в сторону.
Позади к узлу идёт Хауфи, правее, у стены, движется Стрелок. Спиной он прижимается к стене. Делает шаг, останавливается и прислушивается. Руку с оружием он держит близко к телу, не выставляет вперёд, где длинные когти спракса могут её легко отрубить.
Анализируем ситуацию. Наша эхолокация не работает в воздухе. Всегда распространяется в камне или плоти. Спракс не абсолютно не видим. Его окружает воздух, а при резких движениях его мимикрия мало эффективна. Что из этого сейчас важно? То, без чего ему не обойтись и над чем он сейчас не имеет власти. И это воздух.
Внезапно, под удивлённым взглядами своих спутников, начинаем крутиться на месте. Руки совершают резкие движения, напоминающие удары. Ветерок от наших действий совсем лёгкий, но этого хватает. Особенно когда мы погружаемся в совсем глубокое слияние и бьём звуковыми волнами во все стороны.
Эти действия приносят плоды. Вибрирующие от волн эхолота димортула стены среагировали на воздух, который отразился от них. Но в одном месте ноу хомо. Впереди выход, позади колонна и Хауфи, справа Стрелок, а слева та самая пустота. Попался.
Руки сдергивают с пояса фэсы. Первый летит в сторону слепого пятна, но мы опоздали. От стены отделяется пятно, напоминающее рябь в воздухе. Тварь прыгает, но не к нам, а в сторону Хауфи. Не успеваем вовремя среагировать.
Первый диск промазал, воткнувшись в стену. Второй пронзает тело твари, которая с криком падает на пол и становится видимой. Тут же в неё вонзается пара кристаллических дробин и ничего не происходит. Да у этой твари устойчивость к кислоте на уровне шкуры димортула. Стрелок это понимает и следом в голову твари со свистом входят иглы с упрочненными наконечниками. Спракс дёргается и снова падает. Теперь он замирает навсегда.
Всё произошло очень быстро, так что только сейчас Хауфи болезненно вскрикивает и падает на колени. Поперёк его спины набухает пара горизонтальных ран, которые сочатся кровью. Спракс успел его достать.
— Странник, держись, — кричит охотник за головами, бросаясь к раненому.
Только мы стоим на месте. Что-то не так, мы это чувствуем. Из безглазой головы спракса сочится сукровица вперемешку с мозговым веществом. Этот мёртв. Вон какие дыры от выходных отверстий. Но нам тревожно. Мы слушаем ветер, что гуляет по залу, отражаясь от его стен.
Мы слиты в единое целое так, как никогда до этого раньше. Ушли глубоко внутрь себя. Здесь нет звуков, а всё вокруг движутся медленно, будто сквозь густой кисель. Стрелок только начал приседать у тела Хауфи, а мы чувствуем, как слева позади нас резко меняется течение ветра. Пустота движется к нам, но она не знает, что мы вычислили её намерения.
Клинки скрещены на груди. Снова слегка сгибаем ноги. Плавно, но очень быстро разворачиваемся вокруг своей оси лицом, вернее мордой димортула, к надвигающейся на нас пустоте. Вот и знакомая рябь появилась. Руки резко разгибаются в стороны. Острые лезвия, растущие из предплечий отрубают ещё одному спраксу лапы в в области предплечий. Возвратным движение наносим удар вперёд и одно остриё пробивает мутанту грудь, а второе входит в подбородок и выходит из затылка.
— Танат, что за фигня?
Стрелок выхватил свою пушку, но не стрелял. Только внимательно смотрел краем глаза, как я сбросил с клинков
