смотрела на него. Видимо, с ней впервые заговорил на родном языке кто-то из хранителей.
— Она что-то увидела, что-то важное, — продолжал Дима.
— Увидела?! — вспылила Ульяна. — Она видит несколько тысяч вариантов, которые могут и не произойти! Хоть бы толком разобралась, что видит! Мы как бараны бились десятилетия над тем, чтобы попасть к Цахире! И нулевой результат! Мы вдвоем никак не могли проскользнуть мимо этой скотины! — она снова стукнула по карте, только уже по солнечной точке. — Просто проскользнуть… мы даже не дрались с ним… вели себя как две трусливые зайчихи… бежали при малейшей опасности. И я устала от заячьей жизни!
— Поэтому вы поссорились?
Ульяна выдала себя взглядом, посмотрев в ту сторону, где еще недавно стоял Карлей.
— Катя… хочет вернуть свою семью, а я хочу создать свою, — призналась она под очередной взрыв, нервно озираясь. — Я не могу жертвовать ради её глупых идей своим счастьем… с ним. Он… предложил остаться с ним и забыть о заячьей жизни, а я не смогла отказать…
Диме очень не хотелось продолжать этот разговор. Он уже знал от Кати, какими методами действовали некоторые хранители, дабы заполучить желаемое. Они с лёгкостью шли на обман людских женщин и притворялись влюбленными…
— Он предложил объединение с ним? — всё-таки не удержался от вопроса Дима с некоторой неприязнью в голосе.
— Нет… но разве такие мелочи важны для настоящих чувств? Разве… он… не остался со мной?
«Молчи» — приказал сам себе Дима, понимая и так, что зашел слишком далеко. Сидящая напротив него женщина совсем не походила на его маму. Ульяну бы сладкими речами ни один соблазнитель не смог бы обаять — она видела их насквозь и никому не верила.
Не прошло и пяти минут, как в квартиру ворвался довольно потрепанный и подкопченный Мак. Дима недоуменно перевел взгляд на карту. Точка показывала Катю, а глаза — Мака в человеческом обличии.
— Некогда объяснять! Надо бежать! — подскочил на ноги «Мак» и устремился к Ульяне
— Я никуда с тобой не пойду! — заупрямилась Ульяна. — Хватит! Я остаюсь с Карлеем!
— Ты сдохнуть здесь хочешь?! Люус сейчас весь город разнесет!..
И первая смерть произошла под обломками дома и как ни странно, дар Димы сработал быстрее Ульяниного. Откат перенес как раз за мгновение до появления незваного гостя.
— Дом сейчас рухнет! — заорал он, беря Ульяну за руку. — Где выход?!
— Что?!
— Меня откатило, потому что нас обломками прибило!
Ульяна сама повела Диму к выходу, они отошли недалеко, когда в дом угодил снаряд.
— Мои вещи… мои труды… — упала она на колени.
К ним подскочил «Мак», едва не сбив Диму с ног.
— Надо бежать из Данджа!
— Это ты виновата! — закричал Ульяна, набрасываясь на него. — Ты! Ты! Ты!
— Я пыталась тебе объяснить, что Люус никогда не забывает врагов, сколько бы ты не откатывалась и не меняла имена, он везде тебя найдет!
— Если бы ты не втянула меня в это дерьмо, он бы не охотился на меня!
— Хватит ругаться! — разнял их Дима. — Надо бежать!
— Он прав! — поддержал «Мак».
Втроем они побежали через узкие улицы Данджа.
— Надо добраться до портала, пока он тут все до основания не разрушил! — кричал на ходу «Мак». — Мы его сильно разозлили в одном из прошлых откатов! Едва сумела его опередить! Он нашёл какой-то способ, как блокировать мои способности! Едва к твоему дому подошла, как я перестала видеть будущее!
Дима виновато скривился. Он уже догадался, что под личиной Мака скрывалась на самом деле Катя и это из-за него она не видела будущего.
Под массированной атакой города Дима оказался впервые и масштабы разыгравшейся битвы заставляли сердце замирать от ужаса. Наблюдать разрушение многоэтажных домов оказалось не так круто, как это выглядело в кино. Внутренности сводило от холодного ужаса. Люди кричали, бежали и умирали под обломками летящих камней и снарядов.
Несколько раз они и сами погибали, однако дар Димы в экстремальных условиях работал исправно. Через боль, через страх они бежали к ближайшему порталу, но к моменту как они до него добрались, портал уже был разрушен.
— Бл…ть, — ругнулся «Мак», глядя на разрушенное спасение, — бежим к другому!
И снова бег по обстреливаемому городу, но второй портал так же оказался разрушен.
— Он уничтожает порталы, чтобы мы не смогли сбежать, — побледнел «Мак»
— Надо искать какой-то локальный портал… — подсказала Ульяна.
— Он по всем бьет… всем, что есть в списках, — отвечал «Мак» в ужасе наблюдая, как рушились дома. — Надо вырваться из города…
Дандж как мог оборонялся, но город оказался совершенно не готов к нападению столь грозного противника. Вырваться сквозь обезумевшую от страха толпу оказалась практически невозможно, а затем в город ворвалась закованная в броню армия…
Им пришлось спрятаться в ближайшем магазине с выбитой витриной и перевернутой верх дном мебелью. Там же на «Мака» упал камень, убить не убил, но ногу прижал крепко.
— Он тебя блокирует? — спросил «Мак», безуспешно пытаясь вырвать ногу из капкана.
— Меня да… его нет, — повернулась к юноше Ульяна.
— Как далеко ты можешь откатиться? — спросил его «Мак».
— На пару часов…
— Мало… слишком мало…
Среди других звуков, Дима отчетливо услышал знакомый рык мотора. В толпу тэасов со всей возможной силой врезался грузовик, за рулем которого сидел Саша. Без всякой жалости брат давил противника, не сбавляя скорости.
— Какого хрена?! — заорал «Мак», провожая шокированным взглядом мчащийся грузовик.
К магазину подъехал мотоцикл с Ульяной впереди. Она перестреляла как кроликов оставшихся тэасов и слезла с транспорта, направившись к убежищу, где прятались беглецы.
— Тебе сказали, чтобы ты в туннели не совался, так какого хрена ты туда поперся?! — на русском заорала мама, ногой добивая еще одного тэаса.
— Прости, я забыл… — поднялся Дима под ошеломленный взгляд своих недавних спутниц.
— Тебе выписать таблетки от склероза?! — взяла она его шею. — Тебя могли убить! Это не игра с функцией сохранения! Уничтожат кристалл, тогда тебя даже Катя не вернет с того света!
— Он был такой здоровый и страшный…
— Это не значит, что ты не должен думать вот этим! — мама больно ткнула его в голову пальцем. — Меняющий реальность и обманщик времени залог выживаемости всей группы!
— Я помню…
Не глядя, она выстрелила куда-то назад.
— Твоя задача не сражаться, а бегать и выживать! Любой ценой! Ты понял?!
— Да… — Дима вовремя прикусил язык, чтобы не назвать её мамой.
— Ульяна!
В магазин дымом просочился Карлей и Дима не успел остановить маму, как она заорала:
— А тебе чего надо, шоровская шавка?!
Хранитель отстранился как от пощечины.
— Шоровская шавка? — в неверии повторила уже Ульяна
