лесную чащу к небольшому возвышению над мелководной речкой, где на берегу сидела Оля и сохла после купания.
— Скоро сюда придут трое красных тэасов. В них стрелять я буду с этого места.
— Зачем ты привела меня сюда?
— Ты сказал, что я не права. Реши задачу по-другому, а я поступлю так, как ты скажешь, — и вручила ему бинокль, рукой указывая куда смотреть.
К Оле в действительности направлялось трое тэасов. Пока они её не видели, но скоро должны были пересечься с ней.
— Убью их, — продолжала Ульяна, — до Оли так и не дойдет, что они за существа, меня еще и в садизме обвинят. Заставлю уйти, аналогичная ситуация. Слова до Оли не доходят. Она не слышит никого из нас.
По мере того, как мама говорила, в душе Димы происходила революция. Согласиться с ней, означало признать поражение и что другого выхода действительно не существовало, а твердолобость Оли прошибалась только грубой силой.
На выручку пришли отцовские воспоминания:
— Мама, ты же умеешь очищать красный кристалл!
— Что с того? — скрестила руки на груди Ульяна.
— Тот, что посередине, захвачен красными взрослым! Захватите того, что посередине! Он — жертва! Он заговорит, если ты его освободишь! Ему она должна поверить?
— Как ты понял, что его захватили взрослым? — нахмурилась мама.
— Папа знал его до плена…
— Хорошо, попробуем по-твоему.
Она снова коснулась его плеча, и картина сменилась, а рядом с Димой стоял Иро…
— Привет, па…
— Идём, — отвернулся от него родитель.
Скривившись с досадой, Дима последовал за безмолвным отцом. Лагерь немного изменился, и среди знакомых лиц появилось одно новое…
Новое лицо довольно активно участвовало в каком-то обсуждении. Ситуация с Олей тоже переменилась — с кислым выражением лица она помогала Светке собирать сумки.
К Диме со спины подошла Катя и положила ему руки на плечи.
— Классный кадр, Детар зовут, — сказала она. — В технике разбирается. Поездами управлять умеет и стреляет неплохо. Правда, он нашу Олю в порыве гнева периодически прибить пытается, но это терпимо, — и совсем близко к уху родственница шепнула: — А еще он агрессивный гей, который на дух не переваривает женские особи и мечтает об идеальном мужском царстве без оных.
— Мне ты это зачем говоришь? — с округлившими глазами повернулся к Кате Дима.
— Он на жгучих брюнетов падок, — добивала родственница с ехидной ухмылкой. — В его царстве ты бы занял почетное место любимой жены.
Дима усомнился в её словах, когда увидел, какой взгляд бросил Детар на проходящую мимо Ульяну.
— Ты меня сейчас спецом разыграла с его ориентацией? — проворчал он.
— Не-а-ат, — еще шире ухмыльнулась Катя. — Просто он твою маму за женскую особь не считает — она для него мужик в юбке. Ты ж помнишь, что она часто в мужском облике ходит. Вот он от неё и тащиться, едва слюни не пускает, когда она перевоплощается и винтовку в руки берет.
— Катя…
— Я не возвращала ей память и никогда не верну, — перестала улыбаться Катя. — Так что помнить будет лишь ограниченный круг лиц. Понятно?
— Да.
— И чтоб ты знал, Детар — сын Оли из предыдущего отката. Она же его и воспитывала в одном городке, где мы её оставили.
— Чего?!
— Все вопросы к твоему папаше — он решил за каким-то хреном его сохранить.
— Но… но… я думал, это тэас, на которого я указал маме…
— А не, того домой отправили на длительное лечение — у него совсем крыша протекла.
— Детар помнит, кто Оля для него?..
— Увы, да, поэтому Оля его и бесит. Она ж и имя ему другое дала при рождении: Акакий. И это Детар не захотел, чтобы ей возвращали о нём воспоминания — он её люто ненавидит. Мне иной раз кажется, что он её карма…
— Мама могла…
— Могла, — согласилась Катя, перебивая, — но ей не до него было, а сейчас уже поздно.
Дима скрестил руки на груди.
— Как ты мне Костю напоминаешь, — поделилась Катя, — тебе снова не нравится то, что произошло. Но менять уже, Дима, никто ничего не будет. все живы и относительно здоровы. И… не смей с Детаром говорить о лечении, он и в рожу заехать может. Удар у него не слабее Сашиного.
— Катя…
— Не все можно исправить и учесть, Дима, даже с моим даром и твоим, иначе бы мы давно жили в раю, где все счастливы, а не мотались по откатам в попытке спастись, — и она снова повторила: — Лучше когда появляется кто-то новый, чем исчезает старый. Наше счастье, что время этого мира ленивое и ему легче вписать нового, чем стереть старое.
Она похлопала его по лопатке и отошла к Светке с Олей. Дима заметил направленный на него взгляд нового члена команды. На Олю парень был совсем не похож, скорее всего, переняв полностью отцовские черты и расу. Немного ниже, чем Саша и тоньше в кости. Лицо смазливое, обрамленное короткими светлыми волосами. Одевался как хранитель в хитиновую зеленую одежду.
Дима отвернулся. Сколько еще сюрпризов преподнесут забавы с откатами? И стоило ли вообще играть со временем? Его попытка изменить события могла стоить кому-то жизни или же вообще стереть всех кого он знал и любил. И похоже на то, что мама ему об этом намекнула, пойдя на поводу его максимализма…
Глава 13
Руки ныли, ноги ныли, спина ныла и даже крылья с хвостом ныли. Дима никогда бы не подумал, что самое обыкновенное бревно может оказаться приятнее кровати и подушки. Последний месяц для него оказался адским. Пару раз даже ногу прострелили, пока он бежал, тогда же выяснились некоторые неприятные наклонности Мака и что ранения лучше не получать при докторе-садисте…
С территорий Харура они перебрались в Дандж, где смогли сделать небольшой перерыв.
— Почему она не растет? — спросил Дима у Кати, устало наблюдая за играющей Дегой. — Детар вырос, твои дети выросли, а она как была ребёнком, так и осталась…
— По той же причине, почему я остаюсь вечно юной, — проворчала Катя, отхлебывая из бутылки травяного напитка. — Она попадает под откат Махарат вместе со мной.
— В этом есть какой-то сакральный смысл?
— Есть, еще пару откатов и она вспомнит все, как я и Костя…
— Не знал, что Костя помнит все откаты… а Махарат?
— На наше счастье эта стерва помнит только свои откаты. Она со мной допустила ту же ошибку, что Люус с Бахо. Жена Бахо — Нехо — меняющая реальность ха. По меркам Махарат и Люуса очень слабая, но в паре с обманщиком времени
