на ротик Дега.
— Я бы и сам не отказался от ам-ама, — посетовал Дима.
И как назло ни ягод, ни фруктов поблизости не оказалось. Реки пустые, грязные. Животность не бегала, да и не летала. Было ощущение, что харурцы всю округу почистили и даже животных всех съели.
Дима очень надеялся, что у Кати найдется чего перекусить, иначе их ждала бесславная голодная смерть.
Но едва он показался из-за деревьев, как в него открыли стрельбу.
— Катя, это я! — заорал Дима, едва успевая спрятаться за деревом.
От громких выстрелов заплакала девочка и едва не свалилась с рук Димы.
— Кто ты такой и откуда знаешь меня?! — закричала Катя из укрытия.
— Я — твой двоюродный брат!
— Выйди, чтобы я тебя видела!
Он осторожно вышел, прикрывая ребёнка руками и крыльями. Катя и Мак так же вышли на открытое пространство, не опуская оружия.
— Слушай, не смешно, я только, что удрал от Махарат…
— Что ты сказал?! — заорала Катя с расширенными от изумления глазами.
— Удрал от Махарат, — поморщился Дима. — Ты что… забыла?
Катя опустила оружие и очень медленно приблизилась к нему, пока Мак держал его на мушке. Она с недоверием разглядывала Дегу и Диму. Девочка радостно потянулась к ней, встретив знакомое лицо.
— Мак, всё в порядке, — крикнула Катя назад. — Они не представляют угрозы, — и обратилась к Диме на русском: — Ты сказал, что ты мой двоюродный брат. Я не ослышалась?
— Ну, да… я вроде не так сильно изменился, чтобы ты меня не узнала.
— И как тебя зовут?
— Дима…
— У меня нет двоюродных братьев с этим именем!
— Я — сын Ульяны. Мама тебя каждые выходные приглашала, потому что к тебе домогались ухажеры Светки.
— Из какого ты, мать его, года? — в полнейшем шоке спросила Катя.
— Две тысячи семнадцатого.
— Такого быть не может! Это год моего исчезновения!
— Что там эта морда квакает? — спросил Мак, закуривая и не торопясь приближаться.
Наконец, Дима осознал страшную истину, медленно присаживаясь прямо на землю:
— Я понял… меня закинуло не в тот откат.
— В каком смысле в не тот откат? — уточнила у него Катя.
— Эм…твои… родственники умеют путешествовать между откатами. И мы направлялись к Цахире, когда я, кажется, попал под откат Махарат или что-то в этом роде и оказался здесь…
После его слов Катя стояла с таким выражением лица, словно собиралась упасть в обморок.
***
— Ты нам ничего не рассказываешь о своём времени, — инструктировала его Катя, уверено ведя их маленькую группу через заросли. — Ни куда направляемся, ни какими дорогами шли.
— Но я никак не могу повлиять на исход событий… — жевал жесткий кусок валенного мяса Дима. — Я вроде как просто помеха…
— Ты нет! — сорвалась на крик родственница. — А он может! — и указала на Мака. — Мы не знаем, как повлияет твои знания на следующие откаты, если ты, конечно, нам не солгал!
Она устало помассировала переносицу.
— Если в твоем времени я помню все откаты, значит, я должна вспомнить, где тебя потеряли. И они должны за тобой приехать.
— Да?
— Это не точно, — проворчала Катя, отворачиваясь. — Может твое появление вообще всю картину будущего исказило…
— Надо просмотреть пути, — напомнил Мак.
— Да, точно.
Она взмахнула руками, один раз, второй, но ничего не выходило. Катя ошеломленно повернулась к Диме.
— Ты мешаешь мне просмотреть будущее. Но как?
— Не знаю, раньше ты смотрела при мне, и всё было нормально.
— Ничего не понимаю. Может, это потому что ты из отката, который еще не произошёл?
— Мы не можем идти на поезд, не просмотрев пути, — пыхнул дымом Мак.
— И стоять не можем. Забыл кто у нас на хвосте?!
— О таком не забудешь…
Они вошли в город и в этот раз к Диме не придирались, так как он вспомнил о личине. Браслет прекрасным образом скрыл его от людей.
— Запомни, ты…
— Раб Мака, — закончил за Катей Дима. — Я помню, как местные относятся к иномирянам.
— Отлично, и лучше помалкивай. Разговаривать будет Мак. И старайся не отставать, а то знаешь… тебя уворовать могут.
— Даже так?! В Дориске меня никто не пытался украсть!
— Сравнил. В Дориске не так много волшебников высшего уровня, так как они чистоплюи не разбавляют свою кровь с иномирянами, тэасами и хранителями, а здесь каждый десятый с даром благодаря смешению кровей.
Дима вздрогнул, когда пересекся взглядом со знакомым норвежцем, проходя мимо группы волшебников. И сразу получил оплеуху от Мака.
— Голову опустил, морда! — рявкнул он.
— Хаит решил прикупить себе рабов? — в задумчивости поднял бровь Ингварр.
— Не имею права? — с вызовом закурил Мак.
— Я не смею вам указывать, хаит, вы вправе делать какие угодно покупки. Но вот мальчишку я бы у вас выкупил, будь у меня достаточная сумма. Нам второй расэж нужен.
— Да у вас же полный комплект.
Ингварр удрученно вздохнул и бросил себе под ноги самокрутку, чтобы затоптать.
— Джейсона еще месяц назад прибили, а замены мы так и не нашли.
— Разве доктор смерть ему мозги не вправил?
— Вправил, да вот опыта оказалось у Джейсона маловато, первой же волной голову снесло.
— Думаешь, у мальчишки больше опыта? — Дима снова получил оплеуху от биомага.
— Возраст юный, воспитать успели бы… Вас, кстати, Лёха искал, хаит. Где вы пропадали?
— Да вот в Дориск ездил покупать этих бесполезных ктулухов для помощи в лаборатории, как жена померла, так мне скучно одному сидеть. Да сейчас поеду в Хаздид, там мне обещали хасэж дополнительно продать. Ты бы мог там себе кого приглядеть. Говорят, ра много в этом году продают.
— Не люблю Хаздид с этими барыгами на каждом шагу, — брезгливо поморщился Ингварр. — Может, Лёху пошлю глянуть. Он зубастее.
На этом они разошлись каждый своей дорогой.
— Мы же не собираемся в Хаздид? — подозрительно уточнил Дима.
— Разумеется, нет, — стукнул его по голове Мак. — Махарат, конечно, не поверит, что я туда поехал, но кого-нибудь проверить обязательно пошлёт.
— Почему она на вас вообще охотится?
— Хочет из меня сделать свою марионетку.
Через некоторое время они сели в то, что местные называли поездом, внешне напоминающее механическую гусеницу. Катя заметно волновалась, когда они садились в купе, и постоянно посматривала в окна.
— Не понимаю, они должны были тебя уже забрать, — поделилась она вслух соображениями.
— Может у тебя память отшибло? — хмыкнул Мак.
— Если я — человек, то могло, — потерла она подбородок. — Но магией можно извлечь любое воспоминание, так что всё равно странно, что они не торопятся за мальчишкой.
Час они ехали в тишине, никто ни с кем не разговаривал, даже Дега спала на руках у
