на путь хранителя миров. Не хотелось бы потерять перспективный заповедник, лучше послать кого-то постарше. Лакруты — коварная раса.
— Менять посланника не будем, — несколько насмешливо отвечала женщина, разглядывающая Диму. Она как раз коснулась отверстия, где должен быть кристалл на его груди, хотя самого прикосновения юноша не ощутил.
— Императрица! — очень быстро поклонилась правительнице белокурая четырехкрылая девушка. — Я не разочарую вас! Я выжгу леса дэгруа и спасу расу тэасов от уничтожения!
Она распрямилась. Взгляд её небесно-голубых глаз сиял радостью. Дима смотрел на неё с удивлением, ведь в мире тэасов Цахиру едва ли не за божество считали, а перед ним стояла хрупкая девушка, едва переступившая двадцатилетний порог.
— И что, мы промолчим? — снова раздался шёпот.
— Решающее слово всегда за ней, привыкай к этому.
Собрание разошлось. Уходя из зала последней, Цахира едва не подпрыгивала от радости и счастливо оборачивалась на императрицу. Остались только двое. Императрица и, как понял Дима, император в страшной маске, скрывающей нижнюю часть лица.
— Разве ты не видишь, что её ждёт провал? — спросил до сих пор молчавший император. — Ты отдала девчонку на съедение. Разве у нас так много хранителей миров, чтобы ими разбрасываться?
— В этом и суть. Она должна провалиться.
— И ты говоришь об этом сейчас?!
— Тише, провал не значит поражение, дорогой. Дайка посмотреть, что ты нарисовал, — попросила императрица, продолжая удерживать Диму за крыло.
Император со вздохом передал ей довольно реалистичный рисунок, который в точности копировал… Диму.
— Да, это он, — кивнула императрица, опуская взгляд на рисунок и поднимая обратно на Диму. — Хотя я вижу его не так чётко, как ты. Далеко… очень далеко.
— Кто это? — спрашивал император.
— Дэгруа.
— Быть того не может! Это какая-то новая разновидность?! — он вырвал рисунок у неё из рук. — Они никогда так не выглядели!
— Они появятся после провала Цахиры, и возможно… из лап тьмы вырвется еще одна раса. Очень хочется посмотреть на лица лакрутов, когда их зверушки выйдут из-под контроля благодаря несмышленой девчонке.
— Ради этого ты приносишь её в жертву? — скомкал рисунок император.
— Не надо перекладывать на меня всю ответственность, дорогой. Она сама этого хотела, и мы бы потеряли её в любом случае. Откажи мы ей, и в молодом сердце поселилась бы тьма, а в ком живет тьма, тому хранителем не быть.
— Отсылай мальчишку обратно, — встал с трона крайне недовольный император. — Хватит его разглядывать.
И когда он вышёл, императрица отпустила крыло Димы.
— Где мы находимся?! Что происходит?! — спрашивал юноша, с опаской осматриваясь.
— Остался последний сорняк, — улыбнулась она ему, по-прежнему не отвечая. — Пора его вырвать и заставить лакрутов паниковать и допускать ошибки.
У неё в руках появилось нечто очень напоминающее сердце леса в миниатюре. Она запустила в него пальцы и вытащила из него извивающееся подобно червяку красное растение.
— Вот и все, а тебе пора домой, малыш, — ласково сказала императрица.
Дима больше не успел ничего у неё спросить, как снова начал падать…
Глава 10
После пробуждения Дима едва не оглох от мощного взрыва, а от боли в теле он с трудом поднялся на ноги. Сверху на него посыпалась земля. Снова видение? Или же его накрыла другая реальность?
Вместо сердца леса зияла огромная дыра. Дима выбрался из ямы с помощью торчащих из земли корней и осмотрелся. То тут, то там, лес горел. Никого из хранителей поблизости не оказалось.
— Папа? — позвал Дима. — Эфо?
Ему ответом был очередной мощный взрыв и треск падающего дерева. Дима чудом отскочил в сторону и закашлялся от поднявшейся пыли.
Кто-то схватил его за плечо и рывком поставил на ноги. И этим кто-то оказался Эфо. От него пахло дымом и кровью, а в выражении лица читалась напряженность.
— Что происходит?! — закричал Дима в полнейшем недоумении.
Ничего не объясняя, Эфо потащил его в сторону деревни.
— Где сердце леса?! Где папа?! — продолжал спрашивать юноша, но лесной ему не отвечал.
Хранитель привел его к остальным, находящихся под защитой белого барьера, который удерживали множество потрепанных белых хранителей. На противоположной стороне барьера бесновались вперемешку красные тэасы и свирепые рогатые создания, очень напоминавшие звероподобных демонов. И судя по тому, как трещал барьер, скоро они должны были пробить его и добраться до центральной части леса.
Деревня… превратилась в груду камней, жителей не наблюдалось ни живых, ни мертвых. Родственников Дима тоже не увидел, за исключением Саши, которого ранили в плечо и его перевязкой занималась кто-то из лесных. Все выглядели так, словно побывали в боевых действиях, которых закончился их полным разгромом.
Покрытая копотью Катя в облике хранителя сидела на земле и раскачивалась взад-вперед, в панике повторяя:
— Не вижу, не вижу, не вижу, не вижу…
— Сергей? — обратился Эфо к сыну, даже не взглянув на дезориентированную супругу.
— Ничего…
— К ктулуху это дерьмо, откатываем, — вышел из машины Мак и направил оружие на Диму.
— Стой! — рявкнул Эфо, не дав тэасу выстрелить подростку в голову. — Если дар обманщиков времени не работает, вполне вероятно, что не сработает и дар меняющих реальность.
— И что ты предлагаешь делать? Мы не знаем, как с ними сражаться! — Мак указал на барьер. — Надолго мы их не удержим! Надо уходить хотя бы в другой откат!
Эфо повернулся к еще одному сыну, но тот отрицательно покачал головой, обняв себя руками.
— Похоже, что красная стерва пошла на крайние меры, чтобы от нас избавиться. Ей надоело с нами играть, — проворчал Мак и довольно агрессивно обратился к Диме: — И где тебя носило, морда?!
— Я не знаю! Папа… он толкнул меня в сердце леса, а затем я оказался среди сородичей Цахиры! И… и… там была императрица… и Цахира до того, как отправилась сюда!
— Морда, что за бред ты несешь?! — прищурился Мак. — Или падение в сердце леса тебе окончательно мозг повредило?!
— Это Иро тебя столкнул в сердце леса? — более спокойно уточнил Эфо.
— Да…
После его ответа Эфо обернулся к Сергею.
— Я этого не видел, — отвечал огненный хранитель. — Он… как-то скрыл от нас это видение.
— А где мама?! — оглядел присутствующих Дима.
— Она завершила перерождение и уехала в другой откат вместе с Иро и твоими бестолковыми человеческими родственниками.
— Сколько… прошло времени?
— Достаточно, чтобы Махарат привела войска, — провел рукой по лицу Эфо под очередной взрыв.
— Ну что ж, — закурил Мак, — не скажу, что знакомство со всеми вами доставило мне удовольствие, но я прожил довольно нескучную жизнь. Как говориться у моего народа: «смерть в бою — почетная смерть».
— Ты рано нас хоронишь, — прорычал Эфо.
— Они
