В ночь перед визитом на Луну, тело мне не смогли заменить. Ведь я тогда спал на одной кровати с Антоном. А сделать всё так, чтобы он не заметил, было невозможно. Конечно, Андрей обо всём знал, но вот посвящать Антона во все эти дела никто не имел ни малейшего желания. Так вот, тело мне не заменили. Но Лек всё же обещал, что мы полетим на Луну, а свои обещания, данные мне, он выполнял неукоснительно. Но и что-нибудь обещал мне он очень редко. Для того чтобы и в этот раз выкрутиться, они придумали ещё один вариант - движущийся ретранслятор, машину с транспространственной рацией, которая была бы неподалеку от меня и подпитывала меня уже обычными радиоволнами. Рикст выделил для этих целей один из экспериментальных гравитационных катеров, созданный в секретной лаборатории ЦИВПа, и проходящих обкатку, такой катер как нельзя лучше подходил для ретрансляции, тем более что на нём уже была своя неплохая ТП-рация. За остаток ночи катер был окончательно превращён в ретранслятор и даже испытан. И ещё, вместе с катером Рикст предложил и себя, как пилота этого катера. А от такого пилота, как астрокапитан, наверно никто бы не отказался. Сначала у нас всё шло нормально. Мы добрались до Луны, быстрее, чем на рейсовой ракете, гравикатер был скоростной машиной. Начало этого ты видел вчера. За весь полёт Рикст не сказал нам ни слова. Когда же мы прибыли на Луну, он сказал:
– Через двенадцать часов я отправлюсь обратно, на Землю. Захотите - можете лететь со мной. Нет - летите на транспорте. Договорились?
– Хорошо, - ответил за нас Андрей.
Когда мы вышли с космодрома, я сказал:
– Странный человек этот Артур Рикст.
Андрей ничего на это не ответил. Антон же округлил глаза и удивлённо переспросил:
– Рикст? Ты сказал Артур Рикст?
– Да, а что?
– Неужели это тот самый Рикст?
– Какой тот самый?
– Ты что, не знаешь что ли? Астрокапитан, бывший командующий Дальней Разведки. Помнишь об экспедиции к новой звезде две тысячи триста восемьдесят восьмого года, той самой, что едва не погибла?
– Нет, что ты, это не тот Рикст. Тот сейчас уже очень старый, он ведь по возрасту в отставку вышел. А этот - ровесник моего брата, он сам сказал. А Леку тридцать один.
– Доктор медицины и кибернетики, академик Закат… А ты уверен, что ему только тридцать один?
На этот вопрос Антона я не ответил. От разговора на эту тему нас отвлек Андрей. Он-то прекрасно понимал, куда этот разговор может завести, и не хотел, чтобы я узнал о том, кто я есть на самом деле. Ведь это он рассказал у костра "сказку" о мальчишке-роботе, не зная, кому рассказывает, и в ней было сказано слишком много лишнего. Если честно сказать, в тот момент я вспомнил её и удивился - если внести кое-какие поправки, то станет очень похоже на меня. Но об этом я подумал так, не всерьёз. Потом нас отвлёк Андрей, да и мы как-то закрутились и больше к этому разговору не вернулись.
Мы тогда начали продолжительную и очень интересную экскурсию по Луне. Экскурсоводом вызвался быть Антон и прекрасно справился со своей задачей. Мы мотались по всем лунным континентам и океанам. Побывали на месте первой высадки землян в этом мире. Посмотрели и на первую постоянную базу людей на Луне. Побывали в первом лунном городе-музее под сохранённым для истории куполом. Прошлись по улицам десятка лунных городов, искупались в паре океанов, постояли на вершине высочайшей лунной горы, на которой никогда не заходит Солнце и всегда видна Земля. Нам всё было интересно, да и вообще, мы загулялись и не уложились в те двенадцать часов, которые давал нам Рикст. Вообще-то Рикст должен был оставаться на Луне, пока я там, но откуда нам было это знать. Мы с чистой совестью посчитали, что опоздали, и решили отправиться на Землю на рейсовой ракете, как все обычные люди. Антон перед этим поговорил со своими родителями, они уступили ему и разрешили вернуться домой из лунной ссылки…
Рэй тяжело вздохнул и замолчал. Я не стал ему мешать и задавать вопросы, а просто ждал, когда он продолжит свой рассказ. Он промолчал минут пять, потом посмотрел на меня и виновато улыбнувшись, сказал.
– Вик, тебе наверно трудно понять меня?
– Ничуть. Я ведь как-никак побывал в твоей шкуре. Я тебя прекрасно понимаю.
– Ну, ладно, Вик, тогда продолжу…
Если бы тогда, на Луне, мы немного, всего лишь на пару минут поторопились или на те же минуты задержались, то всё сложилось бы по-другому. Хотя сейчас я понимаю, какая в этом к чёрту разница. Максимум, что я мог бы получить тогда, это отсрочку на несколько лет. Ещё несколько лет, которые бы я провёл беззаботным и не знающим правды мальчишкой Рэем Закатом. Но это только предположения, случилось же именно то, что случилось.
Мы сели на идущий на Землю рейсовый лайнер. Причем, это был не обычный лайнер, челноком снующий по трассе Луна-Земля, а большой пассажирский корабль, идущий к Земле из системы Юпитера и делающий промежуточную посадку в лунапорте. По сравнению с обычным лунным лайнером этот корабль был более скоростной машиной и вместо обычных трёх часов, он должен был лететь до Центрального космодрома Земли только два.
Корабль плавно поднялся с лунного космодрома на плазменных движках и, обогнув Луну по активной орбите, направился к Земле. Мы с ребятами расположились на полупустой обзорной палубе и через прозрачные стеролитовые стены смотрели, как уменьшается позади голубая Луна, а впереди вырастает на фоне чёрного космоса исполинский голубой шар Земли. Это такое зрелище, Вик… когда-нибудь ты обязательно его увидишь… Ну, так вот, мы были на обзорной палубе, когда начались те роковые события. Ты помнишь удар, когда мы столкнулись с частицей на релятивистской скорости?
– Ещё бы не помнить.
– Так вот, на подлёте к Земле лайнер настиг такой же удар. Так никому и не стало известно, откуда взялся в Солнечной системе релятивистский кусочек вещества. Проведённое потом расследование так ничего и не дало. Естественным этот крошечный кусочек с околосветовой скоростью вряд ли мог быть. Наверно он откололся от какого-нибудь звёздного корабля, но неизвестно когда и где. Неизвестно, сколько лет и километров он летел в пространстве. Но судьбой было уготовано так, что он не пролетел мимо, не затерялся в пространстве, а настиг именно наш лайнер, и именно тогда, когда на нём летели мы. Но внутрисистемный лайнер - это далеко не звездолёт, толщина обшивки на нём просто смехотворна. Так что этот кусочек прошил лайнер почти что насквозь, со взрывом, разворотил огромную дыру. И что самое печальное, в этом взрыве погибли пятьдесят три человека. И ещё, он полностью вывел из строя систему управления. А лайнер, ещё и не начинавший торможения, падал на Землю. До падения оставалось только чуть больше четырнадцати минут. И, как почти что всем показалось, ничто уже не могло его спасти. Спасательные корабли не успевали выйти на перехват, аварийные буксиры тоже, все они, как назло, оказались с другой стороны Земли, заводя на посадку лишённый хода грузовоз. Конечно, резервные спасатели тут же поднялись с космодромов, но и им не хватало времени, чтобы в оставшиеся минуты выровнять свою скорость с лайнером. Рухнув на Землю, лайнер не только бы погиб сам, во взрыве пострадала бы немалая территория, погибли бы тысячи людей. Чтобы не допустить этого, начала инициироваться и разворачиваться система стратегической защиты, накачивались линейные излучатели, покидали свои орбиты перехватчики. Если лайнер не сможет остановиться, он будет уничтожен, чтобы не допустить более страшных последствий. Всё это я узнал в тот самый момент, даже не поняв, откуда. И меня охватило настоящее отчаяние. Но тут же я понял, что окажись я не человеком, а роботом, то наверно сумел бы спасти корабль. Как только я успел это подумать, то услышал у себя в голове голос Лека.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
