Алиса медленно перевернулась со спины на бок, не открывая глаз. Мысли выплывали словно из тумана, путаясь, причудливо переплетаясь. Почему она так болезненно переживала разрыв с Вадимом? В ее жизни были и другие приключения. Вспомнить хотя бы неудавшийся первый опыт общения со взрослым мужчиной, окончившийся банальным абортом. Господи, сколько раз ей снился потом этот кошмар! Но ведь отпустил, а здесь – приковало, приварило намертво.
Нужно было что-то делать. Алиса давно поняла, что появление ребенка многое могло изменить. Она бы переключилась на заботы о крошечном существе и забыла о своих женских проблемах. Пора выполнить самое заветное желание мужа – родить ему сыночка и принять на себя все изъявления благодарности Гарика. Только и в этом была загвоздка. Мало того, что Алиса физически отвергала его ласки, каждый раз настраивая себя на очередную близость, так ведь и организм женщины тоже отвергал их попытки. Каждый месяц в определенные дни она испытывала знакомую боль в пояснице и внизу живота, понимая, что появление Молчанова-младшего снова отодвигается на неопределенный период. Алиса принимала ответ своей природы двояко – с благодарностью и страхом. С одной стороны, она понимала, что пока не созреет для того, чтобы иметь ребенка именно от этого мужчины, ждать можно чего угодно. С другой – она боялась, что необдуманный, совершенный в горячке поступок многолетней давности не даст ей вообще реализоваться как женщине. Подпольный аборт для многих девчонок закончился бесплодием. Кто знает, не случилось ли что-то подобное и с нею?
Тайком от Гарика Алиса решила все выяснить. Обследование, которое она более полугода проходила у самого лучшего специалиста в этой области, показало, что она – здоровая женщина. Только нервишки нужно привести в норму. От опытных глаз врача не укрылось не совсем обычное поведение пациентки. За свою почти сорокалетнюю практику Аюбовь Степановна повидала многое.
– Не шутите со снотворным, детка, – сказала она Молчановой на прощание. – К этому легко привыкнуть, а вот отказаться гораздо сложнее. К тому же вы еще не рожали – подумайте, не скажется ли это на ребенке? Вы ведь в недалеком прошлом врач, нужны ли вам мои уговоры?
Алиса согласно кивала головой, оценив деликатность Аюбови Степановны и пряча глаза, а приехав с последнего осмотра, не нашла ничего лучше, как принять несколько спасительных таблеток. Сразу прошла дрожь в руках, нервозность, чувство безотчетной тревоги. Она сказала себе, что у нее все в порядке, все под контролем. Молчанова бессовестно лгала сама себе. Она даже домой в Горинск не приезжала потому, что от маминых глаз ничего бы не укрылось. Софья Аьвовна не переживет такого. Вот почему общение с родителями последние месяцы свелось к телефонным разговорам, и даже на день рождения отца Алиса не приехала.
Отец, мама, Марина, Гарик – все ее близкие проносились перед глазами, и каждый осуждающе смотрел на нее. У каждого был повод упрекнуть ее. Родители – в недостатке внимания, в явной попытке отчуждения; Маринка – осталась одна и тосковала, и никакие подарки не могли компенсировать щемящее чувство разлуки; Гарик – не получал в ответ на свои чувства ничего кроме лжи. Алиса понимала, что год – немалый промежуток времени, чтобы разобраться в себе. Если ее затея не удалась, то это нужно признать сейчас. Обманывать столько людей она больше не в силах. Она сама превращается в высохшую, с дрожащими руками, серой кожей обычную наркоманку, доказывая себе, что все в порядке. Нельзя жить в постоянном конфликте со своим «я». Алиса открыла глаза. Веки едва повиновались ей, их приходилось удерживать в таком состоянии усилием. Не спеша женщина поднялась и села. Ощущая слабость в теле, оперлась спиной о высокую спинку дивана. Она решила, что сегодня же поговорит с Гариком. Она откроет ему правду, иначе ее ложь будет похожа на то, что сделал с нею Вадим. Она не должна сломать жизнь хорошему человеку. Он молодой, успешный мужчина. Сколько женщин, достойных, красивых, могут осчастливить его совершенно искренне, без напряга.
От принятого решения Алисе стало легко на душе. Она смогла потихоньку встать и зайти на кухню. Чашка холодного кофе практически привела ее в чувство. Алиса поставила локти на стол и положила голову на ладони. Волосы рассыпались по плечам, изогнувшись, она легла грудью на гладкую поверхность стола. Алиса равнодушно смотрела на свои волосы. Каждая волосинка казалась такой яркой, блестящей, словно тоненькая медная проволочка. Гарик любил говорить, что у его жены самые красивые в мире волосы, и он жалеет, что не принадлежит к королевской фамилии. Достойным украшением такой красоте могла бы стать корона, а он не может ей этого дать. Молчанов хотел быть оригинальным, а у его жены все чаще возникало желание сделать самую короткую стрижку. Услышав телефонный звонок, Алиса подняла трубку.
– Алло!
– Аля, привет, как дела, милая? – Гарик говорил необычайно радостным тоном. Это могло означать, что он подготовил какой-то сюрприз или намеревается сделать жене подарок. Так было не раз.
– Все в порядке.
– Слава где?
– Я отпустила его до завтра.
– Как жаль, – разочарования Молчанову скрыть не удалось. – Ну, да поправимо. Я пришлю за тобой свою машину.
– Когда? Зачем?
– Я немного опережаю события, но ты должна это увидеть. Иначе меня разорвет от нетерпения. Ты будешь готова через час?
– Всегда готова! – сделав пионерский салют, ответила Алиса. Она не ошиблась – Молчанов сделал какую-то суперпокупку.
– Мне кажется, ты посмеиваешься…
– Разве можно смеяться над стариками и детьми? Ты у меня – большой ребенок, – ответила Алиса, в этот момент веря в то, что говорила и испытывала подобие нежности к мужу.
– Новость какая, – задумчиво произнес Гарик, но тут же встряхнулся. – Отставим лирику до вечера.
– Договорились.
– Целую тебя, скучаю.
– Я тоже, – Алиса положила трубку с гримасой презрения. – Лицемерка чертова!
Она чувствовала, что сегодня не удастся поговорить с мужем по душам. Алиса понимала, что просто побаивается и, кажется, есть повод отодвинуть неприятный разговор. Закурив, женщина подошла к окну. Она смотрела на жизнь там, за стеклом, пытаясь соизмерить свои проблемы и проблемы этих незнакомых людей. Наверняка большинство из них озабочены поиском хлеба насущного, а не копанием в собственном прошлом. Алиса поджала губы и вдруг в порыве необъяснимой, неконтролируемой ярости бросилась к кухонной полке. Открыла дверцу, и тут же несколько баночек с приправами полетели на пол, чудом не разбившись, а из одной с надписью «ваниль» Алиса сама высыпала содержимое в мусорное ведро, отшвырнув баночку в сторону. Маленькие зеленые таблетки зашелестели, падая в полиэтиленовый пакет.
