запахи южного моря, смешанные с ароматом мяса на гриле. Внутри аж что-то вертится, встает с ног на голову. Какой-то неописуемый восторг и чувство безграничной свободы. Я полностью заслужил это чувство, можно сказать заработал. Так что отдыхать буду на полную катушку!
По дороге к дому Антонины Сергеевны заглянул к механику дяде Саше, поздоровался, дал знать, что приехал. Подходя к ее роскошному, по местным меркам, особняку метров за двадцать во дворе залаял Пират и сам попытался открыть калитку.
— Слышу, слышу, — бурчит на пса Антонина, подходя к калитке.
Не успела открыть дверь как Пират бросился вперед и закинул на меня передние лапы.
— Ну привет обормот! Я и про тебя не забыл!
Антонина тоже полезла обниматься.
— Смотрю подрос, окреп! Как успехи кадет?
— Лучше всех! Умотался так, что надо выдохнуть.
Антонина провела меня в дом, в котором на кухне уже чем-то вкусно пахло.
— Мои кулинарные таланты ты знаешь, но надеюсь, что хоть курицу запечь мне удастся.
— А вот у меня дикое желание устроить кулинарную оргию с вкусовыми извращениями. Больше семи месяцев на пищевом синтезаторе, хоть и первого класса, а все равно гадость редкостная.
— Суровая стажировка, нечего сказать, — ухмыляется Антонина. — Ничего кадет, тяжело в учении легко в бою.
— Это верно. Кстати, на счет учения, — я достал из рюкзака заготовленный для Антонины подарок. — Вот, Антонина Сергеевна, это вам. Голографический инструктор по фехтованию. В нем собраны пятьдесят семь боевых техник разных рас, в том числе скрытые техники, семейные. Все в подробностях. Не просто приемы, а методы тренировок, с учетом особенностей анатомии разных видов.
— Ничего себе! Большое спасибо! А разве это не секретная информация? За раскрытие тайн таких техник могут и голову открутить.
— Там, — указал я пальцем вверх, — да, могут. Но не здесь. Будет вам с кадетами развлечение.
— Стратегические знания. А чего это от тебя дорогой мой кадет порохом пахнет?
— Да, — отмахнулся я, — с утра нормативы по стрельбе сдавал.
— Вот свистит и не краснеет, засранец. У тебя же приемный отец дипломат, наверняка пристроил куда-нибудь в дипломатическую академию, в тихий офис.
— Меня, в тихий офис⁈ Да я же там с ума сойду уже к концу дня! Мне надо чтобы все искрило и громыхало, чтоб адреналин кипел. А вот кабинетная возня, это точно не мое. Да и дипломат из меня, мягко говоря фиговый, я же сначала стреляю, и только потом разговариваю.
— Тогда дуй в ванную и будем ужинать, стрелок.
К счастью контора где я теперь числюсь агентом первого ранга, не предполагает ношение какой-то специальной формы, знаков отличия. В лучшем случае у оперативников есть удостоверения подтверждающие полномочия.
Утренний инцидент конечно немного выбил из состояния, расслабленности которое я себе преждевременно позволил. Сейчас следствие начнет копать так глубоко и долго, что очень многие просто не удержатся на своих местах и в своем положении. Эти вопросы полностью в рамках тайной стражи. Сам факт того что кто-то задавал мне вопросы о надгосударственном проекте, уже говорит о том, что в империи существуют альтернативные силы, ищущие себе инструментарий власти. Учитывая то в какой глухой изоляции все это время жила Земля, отдел контрразведки судя по всему, ковырялся в носу и особо не напрягался. Все перетягивали на себя другие внутренние службы. Но если уже сейчас появились частные космические корпорации, то в скором времени можно ожидать контактов с мирами Содружества по частной инициативе. Если империя считает, что готова к подобному, то пусть попробует. Это как капиталистический запад для бывшего советского союза. Ничего не понятно, но что-то пестрое и соблазнительное там мельтешит и мелькает. Какая-то альтернативная реальность, в которой все кажется легким и воздушным. В этой связи, у контрразведки забот должно прибавиться.
Ложные цели
Понадобилась неделя, чтобы я вновь запустил свои синтезаторы в гараже у Антонины Сергеевны и провел некоторую модернизацию своего глайдера. В прошлом году я отрабатывал на нем маневры и построения, но не позиционный бой, а это оказалось тоже очень важным аспектом космического противостояния.
Пока печатались дополнительные детали дронов, я написал им несколько программ и свел в одно целое с программным обеспечением самого глайдера. Как только собрал полный комплект отправился на пустынный остров в море, который очень хорошо подходил для тактических тренировок. Созданные мной дроны имитировали вражеские корабли вставая в то или иное построение, а я отрабатывал варианты атак оглядываясь на те немногочисленные бои что провел в прошедшей экспедиции.
Сейчас, задним умом, как говорится, я бы немного изменил тактику и не дубасил бы дорогущими боеприпасами с короткими перерывами. А делал бы все без азарта и адреналина в кураже и угаре, на холодную голову как говорится. Но какая к чертям «холодная голова», когда выдаешь себя за психопата. Тут надо соблюсти баланс. Скорее всего придется кому-то из команды синтов меня одергивать.
Работа над ошибками важный момент. Прокручивая в голове все совершенные маневры, я понял, что действовал очень лихорадочно, порой даже не дожидался результата уже проведенной атаки и пускал новую. Так делать нельзя, это не рационально, и может стоить потери огневой мощи и преимущества на поле боя.
Заканчивалась третья неделя моего бессрочного отпуска. С острова вернулся немного уставшим, но прежде чем лететь домой, направил машину в центр города чтобы пройтись по магазинам.
Припарковался на центральной площади городка, чтобы не корячить свою громадину на узких улочках центральной части города. Кстати, свой глайдер я назвал «Кочевник», о чем громко заявляла красиво сделанная надпись на лобовом обтекателе.
Рядом на парковке примостился флаер патрульной службы жандармерии. Парочка жандармов заняли столик в кафе под навесом напротив парковки.
Как только заметили мой глайдер и меня перекидывающим ногу через седло, сначала подошел один жандарм, надевая фуражку, а затем и второй с бумажным стаканчиком кофе в руке. Оба офицера с интересом разглядывали мое творение, а когда я снял шлем, обратили внимание и на меня.
— А ты не маловат, на такой машине гонять, парень? — спрашивает офицер со стаканчиком кофе.
— Все возрастные ограничения стоят, как положено, — тут же заверил я офицеров щурясь от яркого солнца.
— Я такой модели никогда не видел «Кочевник», на вид мощный зверь. Кто выпускает?
— Никто не выпускает, — с улыбкой отвечаю я, — это самоделка, полностью. В прошлом году собрал.
— А это
