Мэг покачала головой.
– Но как же сообщения о Томасе, преследующем эту пару, словно дьявол?
– Подозреваю, просто отличная шутка. Почему бы этому весельчаку не вернуться назад и не проскакать часть пути по собственному следу, чтобы потом снова вернуться к ней в маскарадном костюме? Потом они наверняка хохотали до безумия.
Мэг помолчала, а потом спросила с замирающим сердцем:
– Так вы все время знали, что это Томас?
Даффид кивнул.
– По крайней мере, это казалось мне очень вероятным. В этом свете побег в Плимут и попытка сесть на корабль, отплывающий в Новый Свет, приобретают гораздо больше смысла. Все, кто знал спутника Рози, говорили, что он отчаянный человек с буйным воображением, поэтому побег посреди ночи на континент был очень в его духе. Правда, когда он не поехал в Дувр, а продолжил двигаться на юго-запад, я был изрядно озадачен. Теперь-то я понимаю, что к чему.
– Мне очень жаль. Я не знала, что это так важно…
– Откуда вам было знать – вы ведь доверяли ей. Но теперь это уже не имеет никакого значения; мы уже здесь, и скоро все выяснится само собой.
Мэг вздохнула.
– По крайней мере, все выглядит так, что Рози не легкомысленная обманщица. Для меня это большое облегчение. На самом деле она не плохая, просто своевольная; ей кажется, что она пытается найти свою судьбу, соединиться со своей истинной любовью. Я могу это понять, а вот ее родители – вряд ли. Я даже сочувствовала ей, считая, что мы друзья, а не просто компаньонки. Возможно, все это чепуха, ведь мне платили за то, чтобы я присматривала за ней… Мы не слишком различаемся по возрасту, и мне больше нравилось читать, а ей нравилось разговаривать; тут у нас было мало общего, но зато мы вместе смеялись… Как я могла так ошибиться! Кстати, Рози знала, что мне нравится Томас. Почему она не доверилась мне, почему не рассказала мне все?
– Почему? Да потому что вы милая, порядочная, законопослушная, добродетельная девушка с сильным чувством ответственности. Рози отлично знала это, так же как и то, что вам платят за заботу о ней. Сомневаюсь, чтобы она хоть на мгновение забыла об этом. Аристократы редко относятся дружески к тем, кто ниже их, хотя, наверное, бывают и исключения. Уверен, что вы это заметили. – Даффид быстро взглянул на нее, чтобы проверить, заслужил ли он улыбку, и хотя улыбки не было, продолжил как ни в чем не бывало: – В любом случае я готов поспорить: ваша Рози не сказала ничего, зная, что у вас есть чувство ответственности. Разумеется, она понимала, что вы тут же передадите все ее родителям.
Мэг печально вздохнула:
– Полагаю, что сказала бы. Или вы считаете, что это было бы неправильно?
Даффид пожал плечами.
– И да и нет. Вы из тех людей, кто честно выполняет свою работу. Если бы вы этого не сделали, у вас были бы неприятности, даже большие, чем сейчас. Самое неправильное во всем этом то, что Рози не оставила оправдывающую вас записку.
Мэг опустила глаза, и Даффиду неожиданно стало жаль ее.
– Перестаньте терзать себя. Сколько бы Рози ни говорила о поездках за границу, вы не могли знать, что она сбежит, да при этом еще и изменит внешность. Сами вы такого никогда бы не сделали.
– Но я это сделала, – сказала она так тихо, что он едва услышал ее.
– Вовсе нет. Вы помчались за ней, вы пытались спасти ее, а это совсем другое.
– Я пыталась спасти себя! – Мэг всхлипнула.
– Вы так отлично умеете обвинять себя, что не оставляете другим возможности делать это. – Повернув голову, Даффид попытался заглянуть ей в глаза. – Но я все равно не могу согласиться с этим. Вы были вынуждены искать Рози, которая хотела приключений, и только. Вы стараетесь ради пропитания, а она сбежала ради шутки. Хуже всего, что она могла попасть в беду, и вы были правы, поехав за ней, каковы бы ни были ваши личные причины. Ваша подопечная до крайности наивна. Дорогие меха не валяются на улице, они растут на диких животных, которые совсем не хотят расставаться с ними. В Канаде повсюду непроходимые леса, а Рози, похоже, из тех, кто не может защитить себя даже в собственном саду. Ее возлюбленный тоже действует, не думая, но удача сопутствует влюбленным, так же как и дуракам, и она еще может выпутаться из всего этого невредимой. Тогда все кончится тем, что она выйдет за своего воздыхателя, если уже не вышла. Заметьте, именно этого хотели ее родители, и, может быть, он все-таки сможет защитить ее. Их побег был спланирован достаточно хорошо, но я не верю в безумные планы и не полагаюсь на везение. Так что давайте попытаемся добраться до них вовремя, чтобы помочь удаче.
Мэг молча кивнула и стала смотреть на пейзаж за окнами, пока они мчались по длинной извилистой дороге к порту.
Посещая прибрежные районы Лондона, Мэг однажды даже съездила на рыбный рынок в Биллингсгейте, просто желая посмотреть, что это такое; однако ничто не подготовило ее к плимутским докам. В этом городе моряков люди из всех стран мира ходили по деревянным тротуарам у моря или энергично проталкивались через окружавшее их столпотворение. Среди них встречались подтянутые морские офицеры и симпатичные молоденькие лейтенанты, а также простые матросы всех мастей. Люди с бородами и длинными волосами, татуированные-с. ног до головы, мужчины с яркими пиратскими платками на головах и мальчишки, доставляющие сообщения от морских компаний на суда, стоящие в доках, а также докеры и матросы плотной толпой заполняли пристань. Между ними сновали проститутки, легко узнаваемые и днем и ночью по своим почти невидимым нарядам. Респектабельных на вид женщин, окруженных слугами, можно было заметить, только когда они спешили от корабельных контор к судам и обратно.
Даффид остановился и, прищурившись, уставился в какую-то бумагу.
– Это список отплывающих кораблей. Сначала мы проверим корабли, отплывающие в Северную Америку. «Дорис» отправится в Новую Шотландию с началом прилива; «Материнская любовь» идет в Мэриленд, а «Мечта Черного Джека» в Нью-Йорк. «Дикая роза» должна сегодня днем отправиться в Бостон, поэтому ее мы осмотрим последней, но сперва посетим конторы корабельных компаний и изучим списки пассажиров. Ни один здравомыслящий человек не ступит на палубу корабля без билета, не имея веской причины для того, чтобы рисковать. Список пассажиров даст нам представление о том, кто присутствует на борту, даже если некоторые путешественники назвались чужими именами. Несколько монет тому, кто заполняет декларацию, и мы у цели. Идемте же.
Первым, на ком Даффид опробовал свою теорию, был флегматичный клерк, проверявший список пассажиров «Материнской любви». Он положил монеты в карман достаточно быстро, но единственными подозреваемыми, которых он смог предложить, оказалась пожилая пара, собравшаяся навестить сына, живущего в Новом Свете.
