Принцесса, однако, не разделила его энтузиазма.
- Мне интересно, что станет с бабами в империи, если мы разобьемся насмерть, - сквозь зубы процедила она, поднимаясь и отходя от края провала.
Некоторое время Ниавир наблюдал, как она достает из мешка съестное и раскладывает на одеяле. Взгляд его переходил с угрюмого лица Марики на таинственный провал и возвращался обратно. Маг сильно колебался. Благоразумие боролось в нем с любопытством, пока, наконец, последнее не победило.
- Меня... ну словно что-то тянет туда, - Ниавир допил остатки из фляги и некоторое время занимался тем, что яростно массировал плечи, чтобы притупить пульсировавшую в них боль. - Ты... даже превращение в женщину тебя не изменило. Вон то, ради чего мы спустились сюда! Только руку протяни! Там... должно быть, там сама Темная Лия! И она призывает нас! А тебе... Да что там. Вам, романам, всегда было плевать на все, кроме ваших завоеваний!
Принцесса встревожено подняла голову. Голос мага звучал по-иному, чем всегда. Теперь Ниавир уже не смотрел в ее сторону, хотя до того пожирал глазами фигуру прекрасной романки всякий раз, когда ему выпадал случай взглянуть.
- Не хочешь со мной - не надо, - маг, тем временем, еще раз посмотрел в провал, на льющийся оттуда желтый свет. - А я, пожалуй, слетаю налегке. Не успеешь нарезать ветчину, как вернусь.
- Стой! - сообразив, что он всерьез, и испугавшись не на шутку, заорала Марика, бросая нож и вскакивая на ноги. Но маг оказался быстрее. Встряхнувшись, он вновь обернулся птицей. И, не дожидаясь, пока разъяренная принцесса окажется рядом, спрыгнул в провал.
- Стой, болван! - рука Марики поймала воздух в волоске от ускользнувшего мага. - Это может оказаться ловушкой! Я уже встречался с похожим! Оно помутило твой разум! Вернись! Вернись, тебе говорят!
Ее крик эхом отразился от близких стен, но маг словно и впрямь оглох. Некоторое время подскочившая к разлому романка смотрела за тем, как фигура крюкоклюва, которая была хорошо различима на фоне желтого свечения, стремительно спускается в темноту каменной трещины. Пальцы прекрасной женщины стиснули край провала. Марика больше не кричала, сознавая, что это бесполезно.
- Твою ж мать, - неслышно пробормотала она. В ее груди кипела бессильная ярость.
Марика дождалась того, чтобы Ниавир исчез из ее видимости, но не ушла от дыры, продолжая ждать. Она ждала терпеливо и долго. Камень, который она успела зажечь, неровно горел за ее спиной, разгоняя тьму на маленьком пятачке подле напряженно замеревшей юной женщины, забытой снеди и разбросанных вещей. Внутренние часы принцессы Веллии отсчитывали каждую временную меру от одной до шестидесяти.
Однако спустя даже бессчетное число временных мер, маг так и не вернулся.
***
С момента поимки нарушителя - первого, за долгие десятилетия, не прошло и часа, как стражи уже выбрались на поверхность. Отсутствовали они недолго. Вернувшись обратно, почтительно разложили перед жрицей два походных мешка, одеяло и камень-огневик, с которого, по-видимому, недавно сбили пламя, так как исходящий от него жар еще не ослаб.
Некоторое время жрица безмолвно созерцала их добычу. Потом, брезгливо подцепив край одного из мешков, вывалила его содержимое на одетый в камень пол. Второй мешок постигла та же участь.
- Нарушитель спустился в одиночку? - голос ее, с заметно тянущимся шипением, звучал ровно, но посланники отчетливо угадали угрозу. - Так вы говорите?
- Мы проверили поверхность Убежища на долгие меры в обе стороны, - один из стражей склонил голову, стараясь не глядеть в большие раскосые глаза госпожи. - Нашли только его мешки. Больше никого!
Некоторое время жрица сверлила глазами старательно избегавшего ее взгляда служителя. Потом поддела ногой нечто, валявшееся среди других разбросанных вещей нарушителя.
- Это что?
Не выдержав, стражи переглянулись.
- Кружка, госпожа, - рискнул пробормотать очевидное один из них, потому что жрица по-прежнему ждала ответа.
- Тогда что это?
Носок туфли жрицы несильно пнул вторую жестяную кружку, какими обычно пользовались в походах. Стражи переглянулись вновь.
- Нарушитель мог взять другую про запас... - неуверенно пробормотал все тот же смелый страж. Однако госпожа уже не слушала. По знаку обе кружки легли в ее протянутые ладони. Она медленно поднесла к лицу сперва одну, потом другую.
- Они смердят по-разному, - служительница хаоса вскинула лицо. Раскосые змеиные глаза прошлись по застывшим перед ней мужским фигурам в темных плащах. - Нарушителей было двое! Вы проворонили второго!
По рядам стражей прошло волнение.
- Возвращайтесь на поверхность и найдите его! Живее!
Фигуры шарахнулись. Глядя, как они поспешно уходят к подъему, оскальзываясь на гладких поверхностях плоских кристаллов, жрица хаоса кривила губы - презрительно и зло. Она потеряла счет векам, в течение которых была оставлена в самом сердце мира охранять его важнейшую тайну. До сей поры она хорошо справлялась с этой задачей, несмотря на тех, кого приходилось брать в подручные. Помощники из героев, которые не выдерживали мучений быть обращенными в камень и соглашались служить хаосу, не были надежны. Но других у нее не было. За этими же приходилось неусыпно следить, в противном случае...
В противном случае ее делу грозил провал, допустить которого было нельзя. Ни при каких обстоятельствах.
***
Отвернувшись от своих горе-помощников, горгона окинула взглядом вверенные ей владения - то, что составляло ядро этого мира. Стены огромной пустоты в самом центре между двумя половинами одной земли поросли грязно-белыми и мутно-желтыми кристаллами. Кристаллы были везде. Местами они были длиной не более ладони, местами - разрастались до чудовищных размеров, создавая впечатление не то давних развалин человеческого города, не то остовов окаменевшего леса. Из трещин между кусков каменного стекла поднимались ядовитые испарения от жгучей воды, что мгновенно растворяла и плоть и железо, которые в нее попадали. Кристаллы служили защитой тайны, не пропуская сквозь себя никакой магии этого мира. Даже силы Предвечного было недостаточно для раскрытия тайны - жрице хаоса это было известно лучше других.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
