Кристаллы не росли только на небольшом участке плоти земли, который тонул в сиянии. Жрица помнила времена, когда сияние это было ослепительным. Теперь оно горело ровным белым огнем. Горгона надеялась дожить до того мига, когда свечение погаснет окончательно. Тьма в центре этой земли будет означать, что задание жрицы здесь выполнено - до самого конца.
Горгона снова окинула взглядом пробиравшиеся к выходу на поверхность фигуры. Смертные были неуклюжи от природы. Даже то, что эти были наиболее ловкими среди таких, как они, и пробыли здесь достаточно долго, не уберегало их от ненужных, нескладных движений. Герои древности, ставшие прислужниками хаоса, то и дело оступались и оскальзывались, хватаясь руками за режущие грани. Как всегда, они не мешкали, но и не слишком торопились исполнять ее приказание. Особенно один из них, низкорослый и худощавый, имени которого не удавалось припомнить. Этот страж уже заметно отделился от остальных, словно его целью была не тропа к трещине в самом потолке пещеры, а сияние тайны мира, приближение к которому все еще означало верную смерть как для самой горгоны, так и для любого из ее слуг.
Вспомнив о смерти, жрица хаоса бросила невольный взгляд на свежую каменную статую у входа в свое обиталище. Мужчина, который прилетел с поверхности, оказался очень сильным магом. Настолько, что она едва успела обезвредить пришельца до того, как он догадался, с кем его свела судьба и оказать сопротивление. Впрочем, он был не первым и не последним людским героем, дерзнувшим спуститься на дно мира. Горгона довольно усмехнулась. Пройдет время, и этот герой, не выдержав мучений быть обращенным в холод камня, согласится сделаться ее слугой. Конечно, к тому времени он потеряет способность творить магию. Но так будет даже спокойнее. Добиться послушания от мага куда сложнее. Ведь здесь, в близости к поверхности, магия еще имела свою силу - пусть и не такую полную, как в отдалении от поглощающих кристаллов.
Жрица хаоса потрепала статую по каменным волосам, словно по песьему загривку. Потом взглянула на почти скрывшихся с ее глаз прочих подопечных и ухмылка медленно сползла с ее лица.
Тот самый невысокий щуплый служитель очень сильно отделился от прочих. Нарочно стараясь двигаться так, чтобы не привлекать внимания, прячась за кристаллами, он пробирался к центру. Туда, где сияние тайны все еще выжигало глаза любому прислужнику хаоса, если он намеревался приблизиться.
- Эй, ты!
Пораженная внезапной догадкой, горгона покинула свое гнездо, в котором сидела на свитых кольцах хвоста. Резко выпрямившись, она толкнула свое змеиное тело вперед.
- Ты! А ну, стой!
Ее грозный окрик разнесся по всей пещере. Те стражи, которые еще не успели исчезнуть в расщелине, что вела на поверхность, в испуге задергали головами. Они не могли уразуметь, к кому обращалась госпожа.
Нарушитель обернулся тоже. От резкого движения капюшон упал с его головы.
С ее головы. Не веря себе, горгона смотрела на перетянутые кожей густые темные волосы маленькой хрупкой смертной женщины. Она не могла поверить себе. Эта женщина, по-видимому, и была вторым нарушителем. Немыслимым образом смертные проведали о тайне, и теперь стремились приблизиться к ней. И эта женщина, тайком проникнув в самое логово хранительницы и убедившись в гибели своего спутника, теперь изо всех сил пыталась достичь того, для чего они явились на самое дно мира.
Но как нарушительнице удалось скрыть свою сущность от жрицы? Горгона могла поклясться, что не учуяла запаха женщины, даже когда та находилась близко от нее.
Впрочем, это было уже не важно. Видя, что ее обнаружили, темноволосая женщина сбросила плащ, мешавший движениям. Взорам горгоны и ее прислужников открылись короткие посеребренные мечи, привешенные к поясу нарушительницы. Стражи, которые веками не видели женщин, в немом изумлении и восхищении разглядывали прекрасное лицо пришелицы и ее совершенную фигуру. Казалось, само время остановилось для замерших людей.
- Чего вы стоите, болваны? Взять ее!
Окрик горгоны заставил всех очнуться. Резко отвернувшись от застывших недругов, женщина бросилась бежать. Подчиняясь приказу жрицы, мужчины ринулись за ней.
Теперь, когда исчезла нужда скрываться, цель нарушительницы была обозначена несомненно. Прекрасная гостья неслась к сиянию сферы, так быстро, как позволяли ей ноги и выраставшие на пути препятствия.
Горгона, не надеясь на слуг, стремительно пробиралась меж каменных осколков и острых кристальных наростов вслед за незваной гостьей. Однако, к ее удивлению, стражи бросились выполнять приказ госпожи с необычайным для них рвением. Несмотря на то, что прекрасная юная женщина двигалась быстро, она явно проигрывала в скорости стражам, которые изначально находились гораздо ближе к нарушительнице и теперь быстро нагоняли ее. Прислужники хаоса не один век провели среди разломов, трещин, бугров и торчащих везде кристаллов. Потому их движения были куда стремительнее и увереннее, чем у хрупкой темноволосой красавицы. И, хотя юная женщина торопилась изо всех сил, стражи были явно быстрее. Несколько мгновений потребовалось жрице хаоса для того, чтобы понять причину такого необычного усердия ее прислужников.
- Хватайте ее! Не дайте добраться до сферы!
Нарушительница мельком обернулась вновь. Вид нагонявших преследователей прибавил ей резвости. Однако было видно, что она начала утомляться. Все чаще ее маленькие ноги оступались на одетой в стекло земле, а изрезанные ладони оставляли кровавые следы на острых кристальных гранях. Ранее молчаливые, преследователи приближались, подбадривая себя азартными криками. Вынужденные против воли служить хаосу смертные мужчины, в отличие от горгоны, не трепетали от осознания того, что пришлая нарушительница может достичь охраняемой ими тайны раньше, чем они настигнут ее. Но нарушительница была молода и красива. Ее появление внезапно разбудило в прислужниках хаоса давно позабытые страсти, что были присущи смертным. Потому они торопились изо всех сил.
И, все же, незваная гостья по-прежнему не давалась в руки. Она быстро пробиралась между острых выростов, скакала по стеклянным камням, перепрыгивала через расщелины, из которых поднимался жгучий пар. И все ближе подбиралась к словно манившему ее свечению.
Горгона метнула в нее сгустком огня. Однако нарушительница была уже так близко к цели, что даже магия хаоса теряла там свою разрушительную силу. Беглянку лишь осыпало горячими искрами, заставив на несколько мгновений пригнуться, прикрывая голову руками. В ярости жрица сделала еще один бросок огнем. Женщина обернулась только мимолетно, однако жрица сумела разглядеть мелькнувшее на ее лице выражение брезгливой досады.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
