что у Юффт просто был целительский дар – ее мана лучше подходила для лечения, чем, например, Огуноровская или моя. А Алюминь была прирожденной целительницей, а потом уже все остальное. Да, небольшая побочка в виде болезненных ощущений у пациентов, ну да это того стоило. Серьезно.
Разумные мобы выглядели… Странно. Даже Огунор растерялся с определением их биологического вида. Четыре ноги, похожих на пушистые паучьи лапки, растущие из одной точки. Из этой же точки вверх растет длинное волосатое туловище. На верхнем конце туловища также, как снизу ноги, растут четыре руки, по две из одного плеча. Шеи нет, голова – одно целое с телом, слегка возвышается над плечами, словно лампочка. Пара больших, грустных, коровьих глаз, и четыре маленьких кошачьих, сверху и снизу от основных. Пасть широкая, зубастая, но зубы не хищные, не клыки. Ушей нет. Короче, наверняка – какой-нибудь магический эксперимент, который система решила использовать в качестве самостоятельного народа.
Оружия у этих существ не было, и воевали они с нами с помощью магии. То же ледяное дыхание, те же ледяные некроиглы. Но помимо этого и прочий набор заклинаний тьмы, льда и смерти. Облако пепла, подразумевающее, что все, чего оно коснется, обратится в прах. Ледяные шары и копья, взрывающееся при поражении цели, лужи тьмы, из которых высовываются лапы, щупальца и пасти неведомых зверушек… И после смерти эти твари тоже доставляли неприятности. Сначала их сородичи поднимали трупы в виде зомби, и такие юниты были сильнее, выносливее и злее живых. А когда мы зомбака побеждали, из его тела вылетала супер-морида, которая уже, в отличие от звериных, не была просто батарейкой для Лиу. С ней уже приходилось попотеть. Хорошо, что эти местные обитатели жили небольшими группками, по трое-пятеро, в снежных квадратных домиках с куполообразными крышами.
И так по всей дороге. Относительно легкая ночная зимняя прогулка по заснеженному полю. А в конце нас ожидала и вовсе какая-то сюрреалистичная картина. Огромная снежная гора, высотой метров десять, и на ней наверху небольшая кучка снега, на которой, раскинув по склонам этой кучки ноги, сидит тощий абориген. Руки, ноги, тело, голова – все покрыто толстым слоем льда, но даже на расстоянии и в темноте было понятно, что лед этот – зачарованный. Конечно, этот чувак нас заметил. Но даже не почесался при виде нашей гоп-компании. А вот местность ожила. Хотя не, не то… Разве можно огромную стаю духов смерти, начавших летать по всей округе, назвать оживлением? О, точно! Все вокруг пришло в движение!
Да, вокруг было темно, а мориды сами – темные. Но они темнее темноты, если вы понимаете, о чем я. И в окружающей ночи было заметно, как начинают клубиться и шевелиться тучи, как воздух начинает темнеть еще больше от того, что издалека в нашу сторону начинают слетаться эти черные тряпки с черепами. Я даже не сразу заметил, что босс, у которого даже имени с уровнем не было из-за отсутствия системы, слез со своего снежного трона-холмика и, сделав в нашу сторону шажочек, мерзким тонким голосом проскрипел.
- Зачем вы пришли в мои холодные полумертвые края?
Глава 25
- А ты угадай с одного раза. – с усмешкой ответил ему Огунор и сыграл короткую мелодию, придавая нам сил и бодрости. – Или тут прям много вариантов?
- Конечно, конечно, вариантов мало. – проскрипел ему в ответ ледяной хмырь. – Вы пришли сюда, чтобы умереть.
- Эх, ни ума, ни фантазии. – хмыкнул Жакронвэль и, окутавшись своим пламенем полностью, ринулся в бой. – Щас мы твою броню растопим!
Но само собой, босс был не так прост, чтобы вот так, с наскока, его можно было одолеть. Целая туча морид рванула по направлению к этому правителю недоледяной недокороны. Но, вместо того, чтобы атаковать Жака, они одна за другой принялись вселяться в тело босса. И драконорожденный как-то неожиданно вдруг запнулся и, хоть и удержался на ногах, но остановился и растерянно потряс головой. После этого посмотрел на свои руки, потом на главнюка, а затем зарычал и медленно попятился обратно.
- У этого сукина сына аура смерти. – сквозь сжатые от злости зубы процедил Жакронвэль, приблизившись к нам. – Мы сдохнем раньше, чем приблизимся к нему на достаточное для атаки расстояние, даже если все будем исцеление кастовать!
- Значит, надо бить издалека. – пожал плечами древний, после чего наклонился к земле, зачерпнул снега и так сильно его сжал в ладонях, что у него вместо снежка получился ледяной шар, вдобавок напитанный маной до самого физического свечения.
Осмотрев творение, Огунор довольно хмыкнул, подбросил шарик в воздух и резко, с разворота, вдарил по нему плоской стороной своей ломовидной гитары. Однако результат заставил удивиться даже бога войны. Забавно было наблюдать, как у него челюсть медленно отвисает, а ледяной шар теряет свое красное свечение, заметно замедляется и прямо в воздухе распадается на красную, слегка светящуюся ледяную пыль. А когда снаряд полностью распался, настала пора боссу ответить на атаку. Он вытянул вперед одну из рук, и из нее, увеличиваясь на глазах, вылетела крупная морида и стремительно направилась в нашу сторону. Мы приготовились, было, отражать эту атаку, но тут нас удивила Алюминь. Мама выпустила в духа смерти светящееся пламенное серповидное лезвие, и оно легко рассекло мориду, утонуло в ней, и там внутри что-то произошло, после чего дух втянулся сам в себя, сжался до состояния точки и бесследно исчез. Но такое заклинание не было, судя по всему, легким. Мама тяжело дышала, и даже на лбу испарина выступила.
- Понятно, что много не сможешь, но хотя бы одну штуку сделаешь? – поинтересовался у нее Огунор.
- Если этот похмельный выкидыш не повторит без передышки, то и две штуки смогу. – ответила она древнему.
- Отлично. – довольно ухмыльнулся берсерк и повернулся ко мне. – Твори копье-матрешку. Метровое, больше не надо. Сердцевина из орешника, затем оболочка из железа. И поверх ясеневый наконечник. – А вы… - Огунор повернулся сначала к Алюмини, и затем к Жакронвэлю. – Вы заряжайте. В сердцевину лезвие жизни, в оболочку – спящее драконье пламя. А потом в наконечник заклинание инкапсуляции.
- Инкап… Чего? – поинтересовался у древнего дух меча, пока мы втроем принялись выполнять требуемое.
- Инкапсуляция. – пояснил ему берсерк. – Целительское заклинание такое. Применяется, например, когда пациент заражен очень быстро развивающейся магической заразой, с которой непонятно, как бороться.
