class="p1">— Странно, — я поерзал, ища удобные точки опоры на врезавшемся в спину сиденье уазика, уже сам скоро как сидушка автомобильная буду — такой же формы. — Кто бы это мог быть?
Федя тоже занимался всякой ерундой от вынужденной неподвижности — то рукой в потолок упрется, то пятку задумает почесать. Но руки из окна высовывать я запретил — нечего отсвечивать.
Хорошо, что у нас ещё не все разговоры переговорены были.
— Я Никите Егоровичу об этом доложил. Тот с начальником милиции поговорил уже, но ничего не узнал. Получил в ответ что-то в духе, мол, парень молодой, горячий, не стоит ему жизнь на корню губить и карьеру закапывать, якобы дали ему второй шанс с испытательным сроком. Может, поэтому он так в бой всегда рвется? Реабилитироваться хочет? А?
— Хрен его знает. Он, кстати, сейчас где?
— Так с участковым в храме дежурит.
— Приглядывать за ним надо, Федя, что-то он мне не нравится.
— Да с виду, вроде, нормальный парень. Не отлынивает никогда от дежурств, может, и правда сгоряча дров наломал? А мы про него уж выводы делаем.
Слишком долго помолчать мы не успели. На дороге показалась машина. Желтые лучи фар покачивались на кочках. Уже слышно урчание мотора.
— Смотри! Кажется, у нас гости, — Федя расстегнул куртку, лениво нащупывая кобуру. — Уазик вроде. Ага, точно... Бобик едет гражданский.
Я же схватился за рацию и утопил кнопку передатчика:
— Гнездо, это Василиск, к вам приближается автомобиль марки «УАЗ», как поняли? Прием.
Щелчок. Шипение, и через некоторое время послышался голос того самого Валеры Шубина.
— Принял, Василиск, к нам приближается машина.
— Внимание всем группам, — вещал я. — Готовность номер раз. Как слышали?
— Росомаха готов, — проскрежетала рация.
— Дрозд готов, принял, — повторил прибор уже другим голосом.
Я снова нажал на кнопку передачи:
— Дрозд, слушай приказ. Ноги в руки и мухой к храму. Встаньте пока на дороге метрах в трехстах на повороте.. Перекройте ее на всякий случай. Слишком не отсвечивайте и ждите дальнейших указаний. Как понял. Прием?
— Понял, блокировать дорогу и не приближаться к объекту.
— Зачем ты группу прикрытия к нам вызвал? — насторожился Федя. — Что мы, вчетвером, что ли, не справимся?
Я покачал головой, не отрывая глаз от дороги.
— Что-то на сердце у меня неспокойно, Федор. Лучше перестраховаться. Какого хрена они на уазике поперли сюда? Такое ощущение, что за ящиками. Багажник вместительный, да и удирать, если что, сподручнее по бездорожью, напрямки.
— Думаешь, это бандиты? — Федя стиснул рукоятку пистолета, который уже успел достать из кобуры и вертел в руках.
— Посмотрим сейчас...
— Кш-ш-ш! — громко захрипела рация. Раздались щелчки, треск, и сбивчивый голос торопливо заговорил:
— Василиск! Это Дрозд! Василиск, слышишь меня?!
— На связи Василиск! Говори! — рявкнул я, чуя неладное.
— У нас машина с проколотыми колесами. Мы не сможем к вам приехать! Как поняли?
Неприятный холодок пробежал по затылку, а оттуда мурашки забрались за шиворот. Твою мать! Началось!
— Ловите попутку и мигом сюда! — я так вдавил кнопку передатчика, что та хрустнула.
— Какие попутки? Ночь же!
— По х*р! Заберите машину у гражданских! Есть там подходящие?
— Нет, двор почти пустой, и машины пустые.
— Бл*дь! Свяжись с дежуркой. Срочно! Пусть высылают подкрепление. Все наряды бегом сюда. ГАИ, ППС, охрана. Прием!
— Понял, Василиск!
— Росомаха! — позвал я. — Росомаха, ответь Василиску! Прием!
В ответ тишина. Нехорошее предчувствие еще больше усилилось. Я отшвырнул переговорное устройство. То жалобно звякнуло о приборную доску и повисло на витом шнуре. Тем временем уазик погасил фары и уже подкатил к храму.
— Что сидишь? — крикнул я на Федора, вытаскивая пистолет. — Пошли!
— Так там их много, Андрюх... — пролепетал он, тыча стволом в сторону храма, где из черневшего уазика повысыпала толпа людей в неприметной темной одежде. Я пригляделся. Толком не разглядеть, сколько их, но точно не меньше пяти-шести человек. И как только они в одну машину поместились?
— Не ссы, прорвемся, — я распахнул дверь и тут же наткнулся на ствол обреза.
Дуло уперлось мне в грудь, я даже почувствовал сквозь одежду мертвенный холод металла.
— Спокойно, Курсант, не дури. Руки в гору, — пробурчал силуэт из рук которого торчало оружие.
Я замер, прокручивая в голове варианты событий. Но расклад один, только дернусь — и грудь разворотит заряд нехилого калибра.
Соседняя дверь распахнулась, и с той стороны машины уже двое взяли на мушку Погодина, наставив на него похожие обрезы. Федя пикнуть не успел, как его выволокли из машины. Судя по сдавленным крикам, напарника впечатали мордой в землю.
Меня хватать не торопились. Видно, опасались, что я что-нибудь выкину.
— Выходи из машины, — буркнул силуэт.
Голос знакомый, но лица не видно. Грубый рыбацкий плащ с капюшоном толстыми складками скрывал и фигуру, и голову. Вместо лица — черная яма будто. Дохлый полумесяц светит ему в спину, и ничего не разглядеть. Но откуда я знаю этот голос? Черт! И откуда «голос» знает, что я Курсант? Так меня здесь никто, вроде, не называл. Старых знакомых в Цыпинске не имею. А может, я что-то забыл? Просто не обратил внимание...
— Руки держи, чтобы я видел, — продолжал приказывать силуэт. — Вот так... Пистолет брось на пол машины.
Скрежетнув зубами, я отпустил ПМ, и тот брякнулся на продавленную резину коврика.
Выбрался из машины под прицелом обреза. Если сейчас двинуть по стволу сбоку, отвести его и убраться с линии огня, то можно попытаться обезвредить ублюдка. Но мои планы рухнули, когда подошли еще двое. Такие же плащи, морд не разглядеть. Либо сдохнуть, либо повиноваться.
Пока примеривался и кубатурил, неожиданно получил тычок стволом в живот. Желудок свернулся в трубочку, резанув острой болью, а в глазах сверкнули звездочки.
—С-сука, — процедил я и сполз на землю.
Чья-то нога припечатала меня тяжелой подошвой к земле, а в затылок уперлась холодная сталь.
— Замри! — скомандовал все тот же голос. — Или без башки останешься.
Бл*ть! Почему я не могу узнать этот голос? Где я его слышал?
Чьи-то руки скрутили меня и стянули за спиной запястья веревкой так, что кожа горела. Я лежал на земле, уткнувшись мордой в колючую прошлогоднюю траву. Боковым зрением увидел, как один из нападавших забрался в
