Читаем без скачивания Раненая страна - Стивен Дональдсон

Сияние левой руки поблекло и угасло. Однако правая ладонь становилась все ярче и ярче. Пламя вырывалось из кольца и, распространяясь по руке, пылало без запаха и звука.

Линден смотрела на него дикими глазами. Зрачки Сандера отражали серебристый огонь, и он прикрывал лицо рукой, словно не мог вынести такой мощной и откровенной демонстрации силы.

А ты все еще упрям!

«Да, Лорд Фоул! – прошептал Кавинант. – Ты даже не представляешь, как велико мое упрямство!»

Сорвав веревки с запястий Линден, он протянул руку к Сандеру, требуя Солнечный Камень.

Как только гравелинг выпустил оркрест из одеревеневших пальцев, камень упал на ладонь Кавинанта и засиял пронзительным белым светом. В этой маленькой комнате он казался солнцем. Линден пригнула голову. Сандер, закрыв глаза рукой, испуганно замахал перед собой ножом.

– Это дикая магия! – произнес Кавинант. Его голос струился из уст, как пламя. Возобновившаяся циркуляция крови терзала нервы острыми коготками.

– Твой нож не справится с такой огромной силой. Но успокойся, Сандер. Тебе ничто не угрожает. Я не собираюсь причинять вред людям вашего подкаменья.

Ночь становилась все более прохладной, однако по лицу Кавинанта стекали капельки пота.

– Я пришел сюда, чтобы спасти Страну. И я не позволю тебе убить нас с Линден.

– О, Нассис, мой отец! – испуганно вскричал гравелинг. – Неужели ты был прав? Неужели твои слова оказались истиной?

Кавинант расслабился. Он понял, что добился своей цели. В тот же миг по его телу прокатилась волна усталости.

– Вот! Возьми его! – произнес он хриплым от напряжения голосом.

– Ты отдаешь мне его обратно…

– Этот Солнечный Камень принадлежит тебе!

Ошеломленный увиденным, Сандер прикоснулся к оркресту и тут же отдернул руку. Мир, который он знал, превращался в хаос. Когда сияние камня коснулось и не обожгло его, гравелинг сжал свой оркрест в ладонях как символ надежды, внезапно озаривший путь.

Кавинант со стоном отпустил бурлившую в нем дикую магию. Огонь угас, как будто излился из его руки. Солнечный Камень померк, и комната погрузилась в густую темноту.

Кавинант прислонился к стене, прижимая к груди дрожащие руки. Блики огня, мелькающие перед глазами, меняли цвет от белых до малиновых тонов. Несмотря на усталость, он не мог позволить себе передышки. Ситуация оставалась неопределенной. Кавинант отказался от магии только для того, чтобы Сандер получил свободу выбора. И теперь ему предстояло узнать, насколько оправданным был этот риск.

– Я хочу уйти из деревни, – произнес он настоятельным шепотом. – Иначе здесь что-нибудь произойдет. Опустошитель может вернуться сюда и вызвать новые беды. Мы должны немедленно покинуть это подкаменье. Но нам необходима помощь. Нам нужен человек, который знал бы Солнечный Яд – и мог вести нас к цели. Сандер! Я зову тебя с собой!

Из темноты послышался хрип. Сандер задыхался, словно шел ко дну.

– Я гравелинг подкаменья Мифиль. Люди доверили мне жизни. Как я могу предать свой дом и отправиться с тобой – неизвестно куда и зачем?

– Сандер! Я хочу спасти Страну! – воскликнул Кавинант, вкладывая в слова убежденность своей души. – Спасая всех, мы поможем и жителям твоего подкаменья!

Гравелинг молчал. Кавинант прижал ладонь к губам, чтобы с них не сорвалась мольба о помощи. Его сердце билось все сильнее и сильнее. Оно кричало: “Сандер! Ты мне нужен!"

Внезапно заговорила Линден. Ее голос был наполнен пугающей страстью.

– Ты не должен убивать свою мать! Сандер судорожно вздохнул:

– Я не хочу проливать ее кровь. И вашу тоже… Возможно, люди простят мою измену.

От облегчения у Кавинанта закружилась голова. И он едва услышал свои собственные слова:

– Тогда нам надо поторопиться.

Глава 7

Марид

На какое-то время в комнате воцарилась тишина. Сандер неподвижно стоял у двери, словно потерял контроль над обессиленным телом. Из темноты послышался его хриплый напряженный голос:

– Только не предавай меня, Томас Кавинант.

Прежде чем тот успел что-либо ответить, гравелинг отдернул занавес. Они увидели пустую площадь, освещенную лунным светом.

– Что мы будем делать с охраной? – тихо спросил Кавинант.

– Здесь нет никакой охраны. – Голос Сандера казался шепотом ночного ветра. – В нашем подкаменье жертвы отдаются на попечение гравелинга. И это правильно. Тот, кто проливает кровь людей, должен до конца разделять их предсмертные мгновения. Жители деревни спят. Нам некого бояться.

Уловив в тоне Сандера затаенную злость, Кавинант отбросил прочь свою усталость.

– А как насчет тех постов, которые охраняют подходы к деревне?

– Нам надо проскользнуть мимо них незамеченными.

Сандер вышел из хижины. Линден последовала за ним, но, поравнявшись с Кавинантом, остановилась и тихо прошептала:

– Ты ему доверяешь? Между прочим, он уже жалеет о том, что согласился.

– Я знаю, – ответил Кавинант, и, обругав в уме остроту ее восприятия, он мрачно добавил:

– Мое недоверие обычно вызывают те, кто никогда не сожалеет о своих решениях.

Немного помолчав, Линден холодно ответила:

– В отличие от тебя я не считаю сожаление одним из человеческих достоинств.

Она гордо приподняла подбородок и вышла в ночь.

Кавинант остановился в дверном проеме, устало вглядываясь в тьму. Его подташнивало от голода, и мысль о том, что ожидало их впереди, подрывала те малые силы, которые ему удалось сохранить до этого времени. Язвительность Линден задела его за живое. Почему она отвергала такие простые человеческие чувства? Как будто она сама никогда ни о чем не сожалела…

Впрочем, момент для размышлений был неподходящим. Им требовалось как можно быстрее покинуть деревню. Спотыкаясь о камни, Кавинант поспешил за своими спутниками.

После темной комнаты луна казалась ослепительно яркой. Сандер и Линден поджидали его у стены ближайшего дома. Как только он присоединился к ним, гравелинг махнул рукой на север и начал быстро пробираться между каменными строениями. Линден едва не наступала ему на пятки, а Кавинант держался позади, отставая на несколько шагов.

Когда они оказались на краю деревни, Сандер остановился. Велев Кавинанту и Линден ждать его на этом месте, он торопливо вернулся в подкаменье.

Кавинант попытался успокоить дыхание. Линден стояла рядом, взволнованно сжимая кулаки. Ее губы беззвучно шевелились, словно она о чем-то спорила со своим страхом. По спине Кавинанта пробежала зябкая дрожь. Казалось, что ночная прохлада нагнетала вокруг беглецов тревогу. Минут через пять из темноты появился Сандер. В его руках виднелся продолговатый предмет, похожий на дыню.