Бестия замирает, глаза ее загораются хитрым блеском.
— Мне кажется, — она облизывает губы розовым язычком. — Тебе нельзя доверять. Ты самый настоящий лжец.
— Это уже даже не сомнения, а прямое обвинение, — я спускаю ногу с матраса, фиксируя его на месте. — А значит, ты сейчас запоешь извинения.
Мои руки обхватывают Бестию за талию и притягивают ближе. Усаживаю девушку на себя. Накрываю ее губы поцелуем, сжимаю нежную кожу ее бедра. Она жадно проводит ладонями по моему телу, ощущаю, как жесткие пальцы скользят от шеи к груди и ниже, к плавкам.
— Перун! — раздается снаружи голос Аяно. — Где тебя носит?! Перун!
Мы не обращаем внимания, неистово целуемся, до боли сжимаем друг друга в объятиях. Весь наш мир ограничился этой розовой трубой. Больше ничего нет. Только свет, играющий бликами на мокрой нежной коже. Только сладкие вздохи девушки. Только томное эхо возбужденных стонов сквозь стиснутые зубы. Уверен, нас не слышно. Мы два Штирлица, два затаившихся разведчика во вражеском тылу. Незаметные. Невидимые. Бесшумные…
* * *
Все четыре «зори» в шоке и ужасе смотрят на розовую горку.
Желоб трубы ходит ходуном. Натужно скрипят скобы и болты, пытаясь выдержать бешеную тряску конструкции. Дрожит железная башня, вокруг которой спиралью вьется горка.
Но пугает бывалых спецназовцев вовсе не дребезжание металла. Крики — яростные, нечленораздельные, безумные. Труба изрыгает лавину жуткого воя и стонов. Будто внутри горки сцепились два свирепых зверя. Будто лев с тигрицей схватился за кусок мяса.
— На нас напали?! — вертит головой в повязке Кот. — Похоже на стаю Гончих. Откуда здесь демоны? Командир, нам готовиться к бою?
Аяно хочет сказать: «Отставить», но у японки резко пропал голос.
— Так нечестно, — наконец топает она ножкой по бортику бассейна. — Это мое наказание!
Никто не понимает слов полковницы. Но на то Аяно и командир, что рассуждает и видит дальше их, тупых боевиков.
Из трубы продолжает изливаться какофония животных звуков.
— Сварожечки! Он же ее убьет! — кричит Ясна, но глаза у девушки восхищенные, будто она созерцает самый прекрасный в жизни рассвет. — Задерет вусмерть!
— Сколько уже минут это длится, Кот? — недовольно спрашивает Аяно.
Слепец прислушивается к внутреннему секундомеру:
— Полчаса и полторы минуты.
Аяно с Ясной переглядываются, глаза у обеих блестят, щечки пунцовые.
— Надеюсь, Дана останется живой, — бормочет рыжая спецназовка.
— Значит, напали на Бестию, — догадывается Кот.
— Либо, наоборот, это Дана набросилась, — кивает Ясна.
— Странно. Пульс совсем не похожий на ее, даже во время экстремальных ситуаций. Сердце колотится раскатами грома, гудит, как реактивный двигатель. Зверюга точно страшная. Мы должны помочь, командир!
Аяно поджимает губы.
— Хотелось бы, конечно, но нет. Отдыхайте, скоро расходимся.
— Аднака, Али не понямат, — демоник Крокодил чешет когтями макушку. — Песы нет? Купиться мажна?
— Иди уж, — добродушно разрешает Ясна, отмахиваясь от зеленого майора.
— Уря! К акулям пойда! — мощными прыжками Али уносится к дальнему бассейну, огороженному панельным забором. — Съям рыбяк! Аднака, прогалдался Али.
— Куда? К акулам? — тут же спохватывается Ясна. — Откуда в аквапарке акулы?
— Может, аниматоры в костюмах рыб, — безразлично пожимает плечами Аяно. Ее настроение резко ухудшилось. Наказать Перуна за самодеятельность не вышло. Нет, это он сейчас наказывает ее. Сначала сделал японку в кендо, а она ведь считала себя лучшим мастером меча. Теперь вот, оказывает внимание другой. Перун что хочет, то и воротит. А она лишь может наблюдать, как безвольная жена за гулящим мужем.
— Как это, аниматоры?! — Ясна срывается вдогонку за Али. — Стой, животина! Нельзя никого есть!
— Нё, я немнажка! Тютялька!
— Нет!
Ясна догоняет Крокодила слишком поздно — он уже ныряет в бассейн за забором.
— Эй, — кричит с верхушки горки сотрудник аквапарка. — Вы чего?! Там же акулы!
— В смысле аниматоры? — кричит Ясна вверх.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Нет, — качает головой сотрудник и указывает на горку. — Это аттракцион «Проверка веры». Закрытый прозрачный желоб проходит под водой бассейна. Катишься и видишь вокруг плавающих акул. Людям нравится. А ваш здоровяк нырнул мимо туннеля! Прямо к акулам!
— Черт, — рычит Ясна и повышает голос. — Животина, только попробуй сожрать хоть одну бедную акулу! Я тебя сама зажарю на шашлык!
Через полминуты мокрый и расстроенный Али перелазит обратно.
— Пасть открой, — Ясна внимательно оглядывает его клыки. — Никого не сожрал?
— Нят, — качает головой мутант. — Вся акалки убегали. Баятся Али. Не хотют Али кормить.
— Кто же захочет, — усмехается рыжая, — собой кого-то кормить. Пошли, животина, обсыхать.
* * *
Решил однажды демоник Перун освоить школьную программу, и полез в интернет искать обучающие ролики. Очень быстро наткнулся на мегапопулярного "Профессора АЛИстера КРОули", который доходчиво закадровым разжёвывает всю школьную программу, и даже университетскую по некоторым предметам. Вот Перун и подсел на учёбу…
Две недели спустя Перун довольный идёт в школу и рассуждает:
- Ну даёт этот препод!!! Я же теперь легко школу закончу! А может найти его? И тогда мне даже универ станет поплечу… — Мечтательно протянул демоник Перун.
В одной тёмной канализации, освещённой только монитором, с курятиной в зубах икнул Кожеголовый. Заозирался по сторонам и прошептал:
- Аднака, кажэсь, спалялся я… (Автор Артур Терра)
Глава 21. Банька
— Уфф, надеюсь еще не вечер, — поднимаюсь я из бассейна, в который мы с Бестией скатились из трубы. Голова немного кружится, но в целом чувствую себя прекрасно. Смотрю на часы — уже без десяти три. Больше двух часов галопа. Переборщили малек, задержались. Но ничего, вряд ли кто из «зорь» вообще заметил наше исчезновение. Мы почти не шумели. Да и желоб трассы должен глушить звуки.
Опускаю взгляд в бассейн.
— Дана, ты чего не вылезаешь? — усмехаюсь. — Отмокаешь?
— Перун, — тихо-тихо шепчет Бестия. Спецназовка без сил лежит на матрасе, обмякшая и распаленная. — Я ног не чувствую. Помоги.
Присаживаюсь на корточки и, подтянув матрас к краю бассейна, беру девушку на руки. Она словно растекается на моих ладонях. Беззащитная. Слабая. Пьяная от проехавшейся по телу фуры экстаза. И ее сейчас очень даже можно. Опять.
Отгоняю эгоистичные мысли и несу свою женщину — теперь уже точно свою — к гидромассажному бассейну.
— Спасибо, — прислоняется Бестия щекой к моей щеке. — Давай попробую сама. А то наши догадаются. Не хотелось бы расстраивать командира. Это ведь ее день.
— Ничего, ей достанется не меньше, — кровожадно усмехаюсь.
Но все же опускаю девушку на ещё подрагивающие ноги. Бестия глубоко дышит, прислонившись к стене. По вискам стекают капли пота.
Хорошо, что перед самым актом я простимулировал энергетическую сетку Бестии. Запустил «толчки». Ей захотелось меня еще больше, но зато и сил прибавилось. Иначе бы она давно вырубилась от измождения.
— Двигаемся, — одна из лучших коммандос делает решительный шажок трясущейся ножкой.
В небольшом гидромассажном бассейне уже сидят Ясна с Аяно. Мы с Бестией залезаем в пенящуюся воду. Бурлящие струи приятно пробегают по коже. Кайф! Замечаю, как рыжая с японкой странно смотрят в нашу сторону. Может, они поняли? Да нет, вряд ли.
— Бес и Бестия — звучит, — внаглую ухмыляется Ясна. — Правда, командир?
«Это провал» — подумал Штрилиц. Хм, где мы прокололись?
— Как стадо кастрированных кабанов, — морщится Аяно. — Вот как вместе они звучат.
У японки сверхчуткий слух что ли?
— А, по-моему, это была настоящая симфония любви, — продолжает подкалывать Ясна. — Оратория страсти.
Бестия сразу же краснеет со стыда.
