Не поверите, но оказалось, что это очень трудно отсасывать кровь. Я размяла его кожу, покрытую густой шерстью, отсосала кровь и сплюнула. Быстро, но спокойно, экономя каждое движение, я присасывалась точно пиявка к каждой ране на теле Адама. Но время летело быстро, хоть я и спешила сделать всё самое необходимое, чтобы его спасти.
Пока я отсасывала яд, вдруг вспомнила ещё кое-что: самая опасная змея - это гюрза. Укус гадюк в подавляющем большинстве случаев не смертельны, но летальные исходы бывают, если яд спровоцировал аллергическую реакцию, которая может спровоцировать анафилактический шок.
Это значит, что Адаму будет плохо, больно, но он должен, просто обязан выжить.
Очистив укусы, ощутила, как закружилась голова, как начали неметь губы и язык.
Это да, когда отсасываешь яд, сам подвергаешься отравлению. Да и плевать! Лишь бы Адам выжил!
Обработала раны огненной жидкостью и наложила повязки.
Потом приложилась ухом к его груди. Сердце билось очень слабо. Послушала его дыхание, и до крови прикусив нижнюю губу, застонала.
Я не дам тебе умереть!
Но что делать? Что?
— Адам... Миленький... Ты же оборотень. Волк. Самый выносливый и сильный зверь, — зашептала я, прижавшись к нему всем телом. — Ты обязан жить. Ради своего графства. Ради тех людей, что от тебя зависят и надеются на тебя. Ради. меня. Ведь твой волк решил, что я - твоя. Неужели ты оставишь меня. вот так? Мы ведь только встретились. Я долго была одна, никому ненужная. И если тебя не станет. Я никогда себе не прощу. Никогда. Не бросай меня. пожалуйста. Можно сказать, я начала к тебе привязываться. А ты? Умирать собрался, да?
Зарывшись лицом в густую шерсть и сжав руками его когтистую лапу, я разрыдалась.
Отчаяние, злость, тоска меня накрыли с головой, что захотелось поднять голову к небу и завыть.
Что же я наделала? Что за безрассудство мной овладело?
Это ведь из-за меня.
Рыдая, оторвалась от Адама и прокричала:
— Агата! Где ты, фея, когда мне так нужна?!
Ответом мне стал порыв ветра и крик какой-то хищной птицы.
— Чёрт! — рявкнула в сердцах. — Сама справлюсь!
Встала на подгибающиеся ноги и подвела ближе коня.
— Стой и не убегай, хорошо? — попросила вороного жеребца.
Потом приступила к самой сложной части своего плана - поднять Адама и усадить его в седло, а потом забраться самой и поскакать в Бистаун.
Увы, Адам во второй ипостаси был неподъёмным. Я смогла лишь на несколько сантиметров подтянуть его в сторону коня и тут же поняла, что не осилю подъём в седло.
Обессиленно опустилась рядом с бессознательным Адамом и снова напоила его водой.
— Пожалуйста. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — взмолилась я. — Живи.
И прижалась к жутковатой морде губами. Поцеловала закрытые глаза, высокие и резкие скулы, губы и крепко обняла это чудище.
— Если ты умрёшь, то я брошусь с обрыва, — пообещала ему и тихонько заплакала.
Я хуже его родственниц. Я хуже Белль. И хуже той феи, что прокляла его. Я само зло! Бедный Адам, не повезло ему встретить меня!
Сколько я так просидела - не знаю. Уже потеряла счёт времени.
Бросать Адама и нестись вскачь за помощью? Разумно, но я не брошу его. Ни за что.
Отправить коня назад, чтобы в Бистауне поняли, что случилась беда?
Тоже разумно, но опять же, оставаться без лошади не выход. Моя кобыла куда-то ускакала, может, вернулась уже домой? И скоро нас будут искать?
Но нас в любом случае будут искать, если мы не вернёмся завтра к вечеру. Так было решено, когда мы уезжали и выбрали крайний срок.
Но время, время! У Адама его нет!
— И что ты нюни распустила? Как маленькая, честное слово, даже стыдно за тебя, — услышала я вдруг чей-то голос. Знакомый голос.
Резко подняла голову и увидела перед собой фею.
— Ты-ы-ы! — выдохнула я гневно. — Почему так долго?!
Вскочила на ноги и бросилась к ней.
— Агата! Спаси Адама! Умоляю тебя!
Фея щёлкнула наманикюренными пальчиками и наколдовала себе зонтик и садовое кресло, в которое изящно опустилась и закинула ногу на ногу. Смахнула с коленки несуществующую пылинку и произнесла:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да ты сама уже всё сделала. Просто подождать теперь нужно, когда очухается. Но на это уйдёт время и я подумала, что ты не поймёшь, подумаешь, будто графу конец и наделаешь глупостей из-за переживаний.
— Он выживет? — зацепилась я за главные слова феи.
— Выживет, никуда не денется, — хмыкнула она и сняла, наконец, солнцезащитные очки. Оглядела меня и покачала головой.
— Ну и видок у тебя, Лара.
Я сузила глаза и упёрла руки в бока.
— Прости, не знала, что к встрече с тобой нужно готовиться и надевать бальное платье! — съязвила я.
Фея рассмеялась и махнула рукой.
Моё тело неожиданно, окутала влажная прохлада, потом меня по всему телу пощекотал ветерок, взъерошил волосы и улетел, оставив в абсолютно новом костюме и чистым телом. Никакой пыли, грязи и крови, словно я только что приняла душ!
— Спасибо, — пробормотала невесело и указала на Адама. — Помоги ему, Агата. Ускорь его выздоровление, ты же можешь! Пожалуйста, феечка!
Она покачала ножкой, играя съехавшей на пальцы босоножкой на танкетке, и сказала с улыбкой:
— Лара, ты же помнишь сказку. Красавица роняет на умирающее чудовище свою слезу, целует его и признаётся в любви и он оживает. Просто подожди. Ты всё сделала правильно.
— Я не признавалась ему в любви, — сказала хмуро и сжала руки в кулаки. Чёртова фейка не желает помогать!
— На словах - нет, — хихикнула она. — Но я вижу твоё сердце - ты любишь его, Лара. Правда, Адам совсем человеком не станет. Звериная половина срослась с ним навеки и тебе придётся смириться с этим, но как мне кажется, тебя это уже не отпугивает.
— Боже, Агата! — схватилась я за голову. — Ты невыносима!
Я вернулась к Адаму и обняла его, слушая ровный, но слабый стук его сердца.
Прикрыла глаза и вздохнула. Главное, он будет жить. А фейка... Да пошла она к чёрту!
— Ну вот видишь, ты уже сама всё поняла и определилась с будущим, а то так и хороводились бы ещё с полвека, — вдруг произнесла Агата, тихонько смеясь.
Нахмурилась и посмотрела на неё с подозрением.
— О чём это ты?
Она уже держала в руке бокал с тропическим коктейлем.
— Всё о том же, — улыбнулась она шире и сверкнула хитрыми глазками. — Пришлось немного смоделировать ситуацию и тебя немного подтолкнуть к безумству. А то ты больно разумная и рациональная, что у меня начало скулы сводить. Но вот со змеями. немного переусердствовала, признаю.
— Что-о-о? — прошипела я. — Так это всё ты-ы-ы!
Вот оно что, а я голову ломаю, с чего это я резко дебилкой стала? И откуда столько змей? А это фея постаралась!
— Из-за тебя я чуть не разбилась! — прорычала я, снова вскакивая на ноги и с угрозой наступая на вредную волшебницу. — Из-за тебя Адам едва не погиб и я думала, что уже потеряла его!
Фея даже не думала, что я наброшусь на неё, а зря. Я была не просто зла, я была в бешенстве. Схватила её за горло и начала душить, скалясь на неё, словно сама была чудищем.
— Пусти-и-и-и... — просипела Агата, вцепившись в мои пальцы, пытаясь их разжать, но я держала крепко её фейскую шейку.
Она начала хрипеть, синеть и я разжала пальцы. Отпустила её.
Агата резко глотнула воздух и судорожно закашлялась. Отскочила от меня на безопасное расстояние, глядя на меня как на врага народа.
— Ненормальная! — сквозь кашель воскликнула она хриплым голосом. — Дура психованная!
— Сама такая! — рявкнула я. — Ты едва нас не угробила своим вмешательством! И я даже не понимаю, на что сейчас больше злюсь: то ли на то, что ты влезла в нашу жизнь; то ли, что сунулась в мои чувства и эмоции и внушила мне свою идею!
— Глупая! — рыкнула она. — Я помогла вам обоим!
Я всплеснула руками.
— Помогла она! Да я уже поняла, что помощь фей похлеще любого бедствия! Окажи услугу
— не лезь больше к нам, понятно? Не ты, не твоя тётка или другие феи! Мы сами справимся! Сами устроим свою жизнь, без вашей медвежьей помощи!
