Лишь совсем недавно Джинни стала догадываться, что происходит что-то не то и попыталась избавиться от дневника. Так он попал к Гарри. Но потом она снова выкрала его себе. В конце концов, девочка оказалась здесь.
— Так это Джинни открыла Тайную комнату? — воскликнул Поттер.
— А ты догадливее, чем кажешься, — усмехнулся Том. — Конечно, она совершенно не понимала, что делает, так как я завладел ее сознанием. Зато я многое узнал о тебе, Гарри Поттер. И невероятно рад побеседовать с тобой. Знаешь ли, у меня накопилось немало вопросов.
— Каких же? — мальчику казалось, что происходит какой-то абсурд.
— Например, — улыбнулся Реддл. — Как это вышло, что ребенок, ничего не соображающий малыш, смог одолеть величайшего в мире волшебника? Почему ты отделался от смертельного проклятья всего лишь шрамом, в то время как лорд Волдеморт утратил всю свою мощь?
— То есть… — Гарри попытался вспомнить все, что когда-либо слышал о Томе, и выпалил: — Ты ведь и есть лорд Волдеморт, так?
— Верно. Я взял это имя еще в школе, естественно, пользуясь им только в кругу самых близких. Потом мое влияние значительно выросло. И я верну себе жизнь и былое величие благодаря этой никчемной девчонке. Но сперва узнаю, чего стоишь ты… — глаза Риддла недобро блеснули, когда он взглянул на Поттера, но потом на краткий миг они стали пустыми. Юноша мотнул головой, словно пытался что-то вспомнить или что-то его остановило.
Гарри понимал, что должен сейчас ненавидеть этого мага, но не мог. В голове вились совсем другие мысли. Разом всплыли все рассказы отца. В конце концов, мальчик решил рискнуть и проговорил:
— Постой! Неужели ты так плохо все помнишь?
— О чем ты? — огрызнулся Том, но при этом выглядел озадаченным.
— Фенрир Грейбек. Тебе знакомо это имя?
— Фенрир… мой волк! — взгляд Реддла сделался почти мечтательным. И тут же резкий вопрос: — Но откуда ты знаешь его?
— Грейбек — мой отец. Приемный, конечно. Но другого я не знал.
— Ты — вервольф?
Гарри в ответ лишь кивнул, не замечая, что Джинни на его руках побелела еще сильнее.
— Докажи!
Поттер никогда еще не пробовал частичную трансформацию, но полнолуние было не так давно, поэтому он рискнул и посмотрел на Тома, позволяя глазам измениться. Столкнувшись с волчьим взглядом, Реддл на миг отпрянул и спросил:
— Так значит, Фенрир жив?
— Да, он вожак стаи.
— И ты его приемный сын?
Гарри снова кивнул.
— Расскажи, расскажи мне все с самого начала! Все, что знаешь.
И мальчик начал говорить. Интуиция подсказывала ему, что он поступает правильно. Том слушал очень внимательно. Кажется, даже не мигал. Лишь поощрял продолжать, когда Гарри замолкал, чтобы перевести дух. Когда же он закончил, Реддл задумчиво протянул:
— Так вот как оно было… Весьма, весьма интересно. К сожалению, я почему-то очень плохо помню этот период.
— Может, это из-за того, что слепок личности, который в дневнике, слишком молод?
— Не исключено, — кивнул Том и посмотрел на Гарри с явным одобрением. Тот воспользовался этим, чтобы уточнить:
— Что ты собираешься делать с нами?
— Не знаю, — признался Реддл. — Сначала, сделав выводы по рассказам этой девчонки, я хотел разделаться с тобой, но теперь… не могу. Я вижу, что ты не врал, когда говорил про Грейбека, и так обойтись с ним — ни за что. К тому же, похоже, нас с тобой что-то породнило в ту ночь.
— Правда?
— Да.
— А как же Джинни?
— Мне нужна ее жизнь, чтобы возродиться. Я не могу упустить этот шанс.
— Но разве нет иного пути? Чтобы и она осталась жить, и ты?
— Возрождение возможно только за счет чьей-то жизни, наполненной магией, — кажется, Тома самого печалил этот факт.
— Может, придумать другой выход? Ведь если Джинни умрет, то тебя немедленно схватят, ты не сможешь скрыться!
— Ты переживаешь обо мне так же, как и об этой девчонке? — с удивлением заметил Реддл.
— Сам же сказал, что мы вроде как не чужие друг другу, — фыркнул Гарри.
Наверняка это очень огорчило бы Дамблдора, но Поттер в самом деле не возненавидел Волдеморта с первого взгляда. Звериное чутье научило его куда лучше разбираться в людях и не бросаться грудью на амбразуру. И что бы директор ни рассказывал о Темном Лорде, сейчас мальчик слышал в словах Тома то же одиночество и брошенность, которые испытывал сам, когда жил с Дурслями.
— Так какие будут предложения? — недоверчиво поинтересовался Реддл.
— А монстр Тайной комнаты в самом деле существует? Это василиск?
— Ты догадливый. Но зачем тебе он?
— Я прочитал, что василиски — могущественные магические существа. А этот, выходит, еще и древний, раз его поместил сюда сам Салазар Слизерин.
— Снова угадал.
— Тогда почему тебе не взять для возрождения силу василиска и не оставить Джинни в покое?
— Хм, — Том задумчиво потер подбородок, прикидывая. — Может сработать. Во всяком случае, у фамильяра Слизерина сил куда больше, чем у этой посредственной девчонки. Но чтобы все получилось, василиска придется убить, а это не такая простая задача.
— Я помогу, если это спасет Джинни.
— А если рептилия погубит тебя? — с каким-то странным выражением лица спросил Том.
— Я готов рискнуть!
В это время раздался странный звук, похожий на изящную птичью трель, и откуда-то из темноты выпорхнул феникс с непонятным предметом в лапах. Кинув его мальчику, птица уселась на голову статуи. Перед Гарри оказалась Распределительная шляпа.
— Любопытно, — фыркнул Том. — Это что, весточка от Дамблдора?
— Похоже на то, — Поттер полностью разделял сарказм Реддла. — Директор, видимо, думает, что я должен этим сражаться.
— Альбус всегда был странным.
Гарри снова был готов согласиться, но в это время внутри шляпы что-то блеснуло. Мальчик наклонился, чтобы рассмотреть получше и увидел ручку меча. Потянув за нее, он достал оружие целиком. Изящный, невероятно острый клинок с крупным рубином в навершии был украшен гербом Гриффиндора на крестовине.
— Меч? — куда более уважительно спросил мальчик.
— Насколько я могу судить, это меч Годрика Гриффиндора, — заметил Том.
— Он какой-то особенный?
— Говорят, у него много магических свойств. Но главное им и впрямь можно убить василиска.
— Здорово.
— Только действовать придется тебе. Думаю, мне этот меч в руки просто не дастся.
— Хорошо. А где василиск?
— Ты все так же решительно настроен?
— Я же пообещал.
— Ладно. Будет тебе василиск, — усмехнулся Том и повернулся к огромной мраморной голове, заговорив на серпентарго:
— Говори со мной, Слизерин, величайший из основателей Хогвартса!
В тот же миг гигантское лицо статуи (видимо, изображавшей самого Салазара) пришло в движение. Каменный рот раскрылся, образуя черное жерло. И в глубине этого рта шевелилось что-то огромное, выползая наружу. По запаху это была рептилия, но не совсем змея. Гарри узнал его и сразу же захлопнул глаза, полагаясь теперь только на чутье и слух.
