— Я мог бы помочь тебе, если твоя непомерная гордость позволит тебе принять мою помощь.
— Что ты имеешь в виду?
— Потом узнаешь. Скажи лишь готова ли ты принять содействие от меня?
— Я не знаю, могу ли доверять тебе.
— Только «да» или "нет".
— Чего мне это будет стоить?
— Сущие пустяки.
— Я подумаю.
Похоже Гавр остался удовлетворен моим ответом, потому что тотчас распрощался, слегка склонив голову в поклоне и, снова вскочив в седло, отъехал.
Увидев, наконец, Трою, я подозвала ее к себе и двинулась к Дремучему Лесу. Мне было все равно, что подумает Полкан и все его семейство, только бы поскорей сбежать отсюда. Еще никогда я не чувствовала себя такой неуклюжей и бестолковой. И такой беспомощной пред какой-то неодолимой, древней силой, которая уже расставила на меня свои невидимые сети.
ГЛАВА 19
Слова Гавра и его странное поведение долго не выходили у меня из головы. Почти целый день я не могла больше ни о чем думать. Конечно, я не в коей мере не рассчитывала на бескорыстную помощь с его стороны. Да и как он мог мне помочь? Даже если бы он захотел, то все равно не смог бы защитить меня от гнева Лютого Князя. Каков бы ни был приказ Хозяина, наместник должен будет выполнить его. Я должна буду понести наказание. Так о чем же он тогда толковал мне там, у Полкана? Какую помощь он мог мне предложить?
Мне очень не хватало Ю-Ю, и я злилась на него за то, что он даже не попрощался со мной, когда сбежал обратно в мир людей. Возможно он мог бы мне что-нибудь посоветовать, ведь Матушке я не очень доверяла. В последнее время Заварзуза реже появлялась у меня, стала угрюмей и молчаливей. Я спрашивала ее о сыне, но она пожимала плечами, говоря, что ничего не знает о его местонахождении и что он ни разу не связывался с ней. Видимо она и сама переживала из-за этого, ведь говорили, что он ушел с Василисой, а от нее, как утверждала ведьма, можно было ждать любых неприятных сюрпризов. Впрочем, что мне мог посоветовать Ю-Ю, попавший практически в ту же историю, что и я? Может быть и он в свое время так же безрезультатно пытался избавиться от своего наваждения.
Даже в своем мире я не могла успокоиться. Возвращаясь поздно вечером из Дремучего Леса, я прислушивалась к стрекоту кузнечиков и жужжанию мухи на стекле и вопреки своему рассудку пыталась угадать, что сейчас делает мой враг и о чем думает. И когда я, опомнившись, пыталась прогнать свои печальные раздумья, то убеждала себя в том, что именно в данный момент Гавр изобретает для меня наихудшую смерть. Ему было невдомек, что хуже, чем есть, уже не придумать для меня наказания…
Однажды, когда я снова собиралась покинуть лес, чтоб провести очередную ночь в Тварном мире, прибежала Мша.
— Хозяйка, прилетел голубь-посланник.
— Кто прилетел?
— Почта.
— И он что-нибудь принес?
— Не знаю, госпожа. Мы не можем его поймать. Он не дается в руки.
Я вышла на крыльцо. На периллах сидел белоснежный голубь. С птичьим любопытством уставившись на вновь вошедшую меня, он тут же вспорхнул от рук Изустемьяна. Его окружила моя свита и пыталась поймать, а он ловко увертывался от них и перелетал с перилл на столбики, оттуда на ветки рядом стоящих деревьев. Наконец, после нескольких бесплодных попыток пленить хитроумную птицу, голубь порхнул прямо ко мне и уселся на голову. Я тут же подставила ему руку. Он перебрался ко мне на ладонь и успокоился. Стало ясно: то, что он принес, предназначалось только мне.
Свита зашушукалась. Особенно пронзительно шипела виллиса Алика, разделившись на дюжину совершенно прозрачных, писклявых особей. Все удивлялись, что голубь спокойно сидел у меня на голове. Изустемьян даже забулькал от изумления, а целая орава мелких лесовиков затрещала, как саранча.
— Тише вы! — прикрикнула я на них. — Спугнете! А где же письмо?
Я понесла голубя в терем, осторожно раздувая перышки на шее и грудке, ища послание или какой-нибудь знак. И вдруг к удивлению своему я заметила на его лапке то, что почему-то не сразу попалось мне на глаза: кольцо. Оно было золотое, массивное, с рядом маленьких рубинов по всей окружности. Размер был как раз мой и потому ошибку я сразу исключила. Было ясно, что оно прислано именно мне. Странно. Кто мог прислать кольцо? И зачем? Как только я сняла его с лапки, голубь взмыл под потолок и, громко хлопая крыльями, стал искать выход. Я даже вздрогнула от неожиданности, а он, наконец, найдя открытое окно нырнул в него и быстро исчез из виду.
Тут же забыв о птице, я стала внимательно рассматривать неожиданный подарок. Я искала какую-нибудь надпись или символ, что-то, что могло бы объяснить эту загадку. Ничего подобного. Мне даже пришла в голову мысль о том, что кольцо может быть отравлено. Но тут я заметила, что от одного из камушков тянется тоненькая красная жилка, будто сочиться кровь. Кровь?
"Кровь ангела", — пронеслось у меня в голове, и я вспомнила свой визит в подземный замок. Нет. Не может быть! Гавр? Но что за странная выходка? Конечно же, это не он. Ну, да. Разумеется. Как я могла забыть! Верно, это Яр прислал мне подарок на память о себе. Но кольцо? Наверное, он просто забыл, что такие вещи дарят не внучке, а невесте. Шутка ли, столько лет жить на свете! Странно, однако. Впрочем, это вовсе не в его стиле, дедушка не мог выкинуть ничего подобного. Как же это понимать?
Я негромко рассмеялась, вспомнив, что нечто подобное уже со мной происходило. Когда-то давно в той другой, простой и понятной жизни я получила столь же неожиданное послание. И что же? Действительность оказалась такой, какую я меньше всего ожидала. На свидание пришел Муромский. Кирилл. Кирюша… Я прислушалась к своему сердцу, оно продолжало биться так же ровно. Ни его имя, ни он сам больше не вызывали во мне прежних чувств. Теперь я думала о другом.
Гавр, конечно, не шел ни в какое сравнение с Муромским. Что скрывать: меня привлекали его чудовищное обаяние, необыкновенная мужественность и дерзкая прямота, но его холодность, непроницаемость и свирепый нрав отталкивали и пугали. Я не могла догадаться о его истинных чувствах ко мне. Он должен был ненавидеть и призирать меня, но в последнее время я не замечала ничего подобного. И что же означает это кольцо? Затеял ли он какую-то игру? Решил ли запутать меня, ввести в заблуждение? Надо разобраться. Не исключено, что здесь скрывается какой-то подвох.
— Где? Какой подвох? В чем? — спросила, входя в двери Троя.
Я не заметила, как начала думать вслух.
— Представляешь, — сказала я ей, — прислали это. Не знаю, что и думать.
Она обнюхала колечко и вынесла свой вердикт:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
