***
Это было просто невозможно. Табер стоял под горячими струями воды, закрыв глаза. Разум медленно прояснялся после приступа ярости, накрывшего его при виде ублюдка, направившего оружие в сторону женщин. Рони помогала ему мыться, нежные руки скользили по его телу. Она смыла кровь с его волос, умыла его и затем принялась тереть мыльной губкой напряженное тело.
Горячий пар и запах мыла наполняли душевую кабину. Звуки текущей воды и нежное бормотание Рони успокаивали. С каждым движением губки, с каждым касанием воды Табер чувствовал, как уходит его гнев. На смену ему пришла невероятная усталость. Он хотел свернуться калачиком рядом с Рони и просто уснуть. Но оставалось еще так много дел.
— Все готово, — нежно прошептала она, поцеловав его плечо.
Ее руки пробежались по его влажной коже, и непроизвольное мурлыканье вырвалось из его груди.
Он дернулся от этого звука.
— Ш-ш-ш. — Рони прильнула к его груди, целуя его, касаясь его своим нежным телом.
— Ты знаешь, как сильно я люблю этот звук? И как я радуюсь, зная, что это я доставляю тебе удовольствие? Утешаю тебя?
Его глаза закрылись от удовольствия. О Табере никто никогда не заботился. Никогда. И вот рядом она, такая маленькая и нежная, голос шепчет ему о любви, а руки помогают унять почти тридцатилетнюю боль.
— Они не могут забрать тебя, — Табер вдруг застонал, не справившись с эмоциями, разрывающими его на части. Обняв Рони, он прижал ее к себе. — Я не смогу жить без твоих прикосновений, без твоего тепла и страсти, Рони. — В груди стало тесно от нахлынувших чувств. — Я умру, если это случится.
— Мы не позволим им забрать меня, Табер. Мы будем вместе, все будет хорошо.
Она отвела волосы с его лица, когда он открыл глаза, глядя на нее сверху вниз взглядом, в котором читалась боль.
— Я не позволю им. — Он покачал головой. — Мне придется снова убить…
— И я буду рядом с тобой в этот миг. — Она положила пальцы на его губы. — Я всегда буду здесь, Табер. И мы будем вместе противостоять всему миру. Как и сейчас.
Заслужил ли он Рони? Черт, нет, он знал, что нет, но еще он знал, что ни за что не позволит ей уйти от него.
Табер прочистил горло и отодвинулся, недовольно застонав от внезапно возникшей эрекции.
— Мне нужно поговорить с Кэлланом, — он вздохнул. — А потом подумаем о других вещах.
Он снова взглянул на свой упрямый орган.
Рони завернула краны, взяла приготовленные заранее большие полотенца и подошла к нему. Она принялась вытирать Табера, как ребенка. Он в замешательстве наблюдал за ней.
— Ты могла бы стать идеальной матерью, — прошептал он, представляя, как она купает ребенка, ухаживает за ним так же нежно, как за ним.
Мягкий румянец окрасил ее щеки.
— Я люблю детей. — Она встала позади него, мягко промокая остатки воды со спины.
— Ты расстроишься, если забеременеешь? — наконец спросил ее, чувствуя, как сжимается горло. — Мне надо было подумать дважды, прежде чем тебя целовать. Перед тем, как привязать тебя к себе. Я должен был объяснить…
— Это ничего бы не изменило. — Рони обернулась, схватила другое полотенце и вытерлась сама. — Я все равно хотела тебя.
Он замер, не веря своим ушам.
— Ты уверена, Рони?
Она помолчала, потом глубоко вдохнула, позволяя улыбке скользнуть по лицу.
— Табер, поверь, когда я тебя впервые увидела, я обратила внимание далеко не на твой огромный замечательный стояк. Я скучала по тебе все эти месяцы. Я мечтала о тебе до того, как ты меня отметил. Я хотела иметь от тебя детей. Если бы это было не так, ты бы получил по яйцам еще во время первого поцелуя. Теперь доволен?
Табер поморщился. Она знала, что говорит. Рони не гнушалась пускать в ход свои острые коленки.
— Понял. — Он быстро кивнул.
— Хорошо. Так, я знаю, что тебя внизу уже ждет Кэллан. Я собираюсь прикорнуть тут, на диванчике, пока ты не вернешься. Кейн и остальные придут чуть позже, они хотели поставить на место балконные двери, так что немного времени до очередного безумия у меня есть.
Она выглядела обессиленной. Постоянное беспокойство, сексуальные потребности и физические опасности сказывались на ней не лучшим образом.
— Спи на кровати…
Она покачала головой.
— Я не могу спать без тебя. Так что поторопитесь там. Я чертовски устала.
Табер переоделся в чистую одежду, а Рони натянула на себя одну из его футболок, оказавшуюся ей длиной почти до колен, взяла запасное одеяло из шкафа в спальне и направилась к дивану.
— Я скоро вернусь.
Он наклонился и поцеловал ее мягкие губы, она ответила ему сонным взглядом.
— Скорей возвращайся. Мне скоро кое-что понадобится.
Табер вдохнул аромат ее возбуждения, резко кивнул и покинул комнату.
Долго так Рони не продержится, подумал он. Она очень устала, измучилась. Если в ближайшее время беременность не наступит, она просто заболеет.
Но что они будут делать, когда она забеременеет? Он не знал.
Глава 28
На следующее утро Рони проснулась, ощущая зверский голод. Было уже позднее утро. Она приняла душ, оделась и сразу направилась на кухню, следуя за запахами бекона, яичницы и выпечки.
Войдя в залитую солнцем комнату, она увидела за столом тихо переговаривающихся женщин: Меринас, Шерру и Дон.
От запаха еды и кофе рот Рони наполнился слюной.
— Все на плите. — Шерра понимающе улыбнулась в ответ на отчаянно голодный взгляд Рони.
— Я чувствую себя так, словно кто-то вырезал мне дырку в животе, — Рони вздохнула.
— Таберу придется установить плиту в этой проклятой студии, которую он называет спальней, если он хочет проводить там все свое время.
— Скоро все кончится.
Мягкий, мелодичный голос Дон заставил Рони замереть в удивлении. Она повернулась, чтобы посмотреть на нее.
— Извини?
Дон пожала плечами.
— Ты скоро забеременеешь.
— И откуда ты это знаешь? — спросила Рони, взяв тарелку с кухонного островка и направившись к плите.
— Потому что я чувствую это.
— Дон, — предупреждающе начала Шерра.
Та пожала плечами и опустила голову к тарелке.
Рони нахмурилась, налила в чашку кофе и поставила ее и свою тарелку на стол.
— Есть какой-то особый запах?
— Мы не уверены. — Шерра избегала ее взгляда.
— Дон говорила уверенно. Если вы скажете мне, вам придется меня убить?
Меринас фыркнула, но Шерра неодобрительно нахмурилась.
— Нет, но, возможно, кое-что ты еще не готова услышать.
Рони взглянула на Дон.
— Скажи мне, когда, и мы увидим, насколько ты хороша.
