– Я так понимаю, что рекламщик захотел избавиться от надоевшей любовницы? – тихо спросил у меня Майкл.
Я это тоже понимала, но остались другие вопросы. Сама ли утонула Алена? Сам ли повесился американец Стив? Почему подорвался Семен Семенович? У бабки-огородницы прихватило сердце или кто-то помог ей умереть? А в Ричарда браконьеры стреляли или кто-то другой? А кто одним выстрелом разбил бутылку из-под «джинна» у меня в руке? И где Анька с Кириллом?! И что случилось с оператором?
Двойник Романа Разночинного не мог дать ответы на наши вопросы.
Глава 33
Вася вернулся не один, и не только в сопровождении повиснувшей на нем девушки, а в компании с нефтяным олигархом, главным организатором этой игры, и охранявшими его молодыми крепкими мужчинами.
– Собирайте вещи, – сказал олигарх. – Мы все возвращаемся в Россию. Я не могу допустить продолжения этого кошмара.
– Мы не можем уехать, пока не найдем Анну Криворогову…
Он не дал мне договорить.
– Ваша подруга вместе с журналистом уже в России. Дают интервью направо и налево. Поэтому мне нужна ваша помощь. – Он посмотрел на всех нас. – Обговорим все детали на яхте.
Вероятно, с Васей все детали и так были обговорены. Он же представлял именно этого нефтяника и явно был знаком с ним не первый день. И вообще Вася за деньги скажет все, что угодно.
Я быстро собрала сумку, прихватила и Анькино барахло, потом попросила завернуть к своему тайничку и забрала контейнер. На яхту нефтяника поднималось гораздо меньше народу, чем высаживалось на остров. Это были мы с Клавдией Степановной, Майкл Фергюсон со статуей, составлявшей весь его багаж, пьяный в хлам двойник Романа Разночинного и Вася с Мией. Китайца мы не нашли. Возможно, он почувствовал, что запахло жареным, и решил остаться на острове. Думаю, здесь вполне можно прожить на, так сказать, подножном корме. А можно и к каким-нибудь пиратам пристроиться. Или к браконьерам. Или к контрабандистам. Я почему-то думала, что Вэнь не пропадет. Все запасы еды мы оставили в доме.
На яхте Майклу предложили отправиться в выделенную ему каюту, куда вскоре доставят для него обед.
– Но… – открыл рот мой соотечественник.
– Вы хотите вернуться на работу к российскому олигарху с повышением в должности? – сурово посмотрел на него нефтяной король.
– Так точно, – сказал Майкл.
– Должность заместителя начальника службы безопасности вас устроит?
– Очень устроит, – ответил Майкл. – Я все понял, сэр. Где каюта?
Я поняла, что Майкл тоже будет молчать об увиденном и услышанном. Он знает, с какой стороны его кусок хлеба намазан маслом.
Мы расположились в кают-компании за накрытым столом. Капитан отсутствовал. Председательствовал нефтяник. Двойнику Романа Разночинного дали выпить разведенный в воде порошок, помогающий быстро протрезветь, и вскоре он тоже смог участвовать в беседе. Мне не позволили взять диктофон и проверили специальной аппаратурой. Вероятно, во мне нефтяной король был не уверен. Но я же разумная англичанка и знаю, что иногда необходимо идти на компромиссы? Ведь цикл статей уже ушел в Англию. Островная Дева, браконьеры, охотящиеся на обезьян и птиц и прихватывающие заодно и девушек, аборигены, оставляющие жертв какому-то непонятному божеству… Я написала массу интересных статей, которые только добавили мне известности. И возвращение Родиону Хитрюковичу спасенной статуи буду освещать тоже я. Завершение игры? Можно вместе придумать, что будет напечатано в английской прессе. В зависимости от того, что планировалось и происходило на самом деле.
– Что вы хотите от меня лично? – прямо спросила я у нефтяного короля.
– Бонни бьет прямо в лоб! – хохотнул Вася.
– Помолчи, – одернул его нефтяник, и Вася тут же заткнулся.
– Вы получите копии результатов судебно-медицинской экспертизы. Я прошу вас опубликовать их в «Зарубежном репортере». Я лично занимаюсь этим вопросом, чтобы смыть пятно со своего доброго имени. В заключениях экспертов будет написало, что смерть всех русских граждан – трагическая случайность. Иностранцы меня не волнуют.
– Это на самом деле были несчастные случаи? – спросила я.
– Алену убил китаец, представив все как несчастный случай.
– За что?! – воскликнула Клавдия Степановна.
– За аферы в сфере недвижимости. Бонни, как я понимаю, в курсе? Вы про них вместе с Анной Кривороговой услышали? Алена кинула слишком многих, а китайцу предложили уладить все проблемы с российским гражданством, если он в свою очередь «решит вопрос» с Аленой. Оператора утопил тоже он. Оператор видел сцену убийства. Но Вэнь не знал про все установленные на острове камеры.
– Кто его нанял?!
– Строительный магнат. Там очень запутанная история с Аленой, продажей квартир… Не будем углубляться. Для прессы Алена пьяная свалилась в бассейн и захлебнулась, оператор утонул, отправившись купаться в одиночку. Это и правда было глупостью.
Нефтяной король посмотрел на меня. Я кивнула. Признаться, мне было все равно. Оператора, конечно, жаль, а вот Алену… Зло должно быть наказано, раз она кинула столько людей.
Журналист Кирилл на самом деле собирал материал о жизни бомжей и вживался в роль. Раньше ему доводилось заниматься и недвижимостью, вернее, оставшимися без квартир людьми. Он знал о существовании Алены от тех, у кого брал интервью. Провайдер Интернета учился с ним в одном классе и предложил интересную тему. Кирилл тут же согласился рвануть на тропический остров и отправлял с него сообщения, которые публиковались в газете, принадлежащей провайдеру, и в Интернете. Когда Кирилл посчитал, что запахло жареным, то решил делать ноги. Пути отхода были подготовлены. За ним пришла лодка, которая доставила его на ближайший большой остров, где имелся аэропорт. Там его ждал человек от провайдера. Кирилл очень разумно прихватил с собой Аньку, дочь пусть и малого, но нефтяного короля.
– Как Павел Прокофьевич отнесся к спасителю дочери? – спросила я.
Нефтяник пожал плечами и предложил мне самой спросить об этом у Анькиного отца, когда в следующий раз с ним увижусь.
Клавдия Степановна спросила про бабку-огородницу и Семена Семеновича.
Нефтяник объяснил, что Варвара Ивановна умерла от естественных причин. Это подтвердили Анька и Кирилл. Ей стало плохо на раскопе, а лекарств она почему-то с собой не захватила. Все осталось в багаже. Умерла она очень быстро у них на глазах. Сразу после этого Кирилл и отправил сигнал SOS. Семен Семенович погиб в результате несчастного случая. Не следовало ему в пулемет лезть.
– Я не верю, что старый пулемет мог сам взорваться, – заявил Вася, до этого слушавший молча. – Какие-нибудь спецы то место осматривали?
– Там была заложена мина, – вздохнул нефтяной король. – Старая, но действующая. Вы же, наверное, в курсе, что в окрестностях Петербурга, где во время Второй мировой войны шли бои, до сих пор происходят взрывы. Редко, но люди гибнут. Так почему же американской мине не сохранить боеспособность?
– Кто ее заложил? – спросила я.
Нефтяник развел руками.
– А карта у бабки-огородницы откуда взялась? – не отставала я. – Откуда было известно, в каких именно местах лежат куски самолета?
– Никто не знал, что это – куски самолета. Мы все думали, что там сокровища…
Нефтяник тяжело вздохнул, потом все-таки решил рассказать истинную подоплеку «игры».
Рекламщик купил остров в южных морях, а нефтяник увел у него из-под носа карту, продававшуюся на одном из самых известных в мире аукционов. На карте были крестиками отмечены места кладов. Карта на самом деле была старой, нарисованной от руки. Нефтяник не нанимал экспертов, чтобы проверить возраст карты, он поверил организаторам аукциона, на котором многократно покупал различные предметы старины.
Потом он решил воспользоваться ситуацией. Когда возник спор из-за участков, ему пришла в голову идея игры. Победителем должен был стать тот, кто вернется с кладом.
Я посмотрела на Клавдию Степановну.
– Я знала про клад, – призналась она.
– И я знал, – сообщил Вася.
Двойник Романа Разночинного покачал головой. Я посмотрела на нефтяника.
– Значит, про то, что ведется поиск клада, не знали я, «певец»…
– Бабка-огородница не знала. Ей было дано задание, она его выполняла – за квартиру. Копию карты мы решили вручить ей. Алена про клады знала. Семен Семенович тоже, как и Кирилл.
– То есть вы направили людей на поиски кладов, а потом хотели их отобрать?
– Была договоренность о процентах, – вставила Клавдия Степановна. – Я же тебе говорила, Бонни…
– Я не видела, чтобы ты что-то искал, Вася, – сказала я.
– А на фига мне в земле копаться, если другие есть? – Вася заржал в своей обычной манере. – Я бы все потом отобрал. Если бы что-то нашли. И Клавдия Степановна сама ничего не искала. Она к тебе прилепилась, Бонни.
– Да, я решила держаться за Бонни и не скрываю этого! – заявила Клавдия Степановна. – Я верила Бонни и знала, что могу на нее рассчитывать. И я осталась жива! А все остальные были каждый сам за себя. Наверное, в этом наша ошибка…
