– Чего тянуть? До начала занятий не так много времени... – сказала она. – Пора идти вниз.
– А ты знаешь, куда именно? – скептически скривился мальчик.
– Я знаю того, кто знает, – многозначительно ответила та. – Подсказка: он всегда грустит и у него черные волосы, а еще большая связка ключей на поясе.
Эмили видела, что отношения между ее друзьями приятно потеплели. Стоило отметить, что Би выглядела значительно уверенней: свитер сидел отменно, она больше не пыталась расплакаться и вообще ощутимо осмелела.
– Шестиклассники мадам Нанс, минуточку внимания! – Оказалось, что у мистера Кроу довольно громкий голос. – Прошу вас следовать за мной.
Как выяснилось, большинство ребят отнеслись к нововведению негативно: одни сетовали на сырость и темноту, другие на грызунов и запах плесени, но ни первые, ни вторые никогда не спускались в школьный подвал. Никодемас нервничал не столько из-за смены места, сколько от предвкушения встречи с новым учителем. И только Робин и Эмили вели себя как обычно.
Би, похоже, считала, что все перемены к лучшему, а мисс Эмилии было о чем переживать и помимо глупого учителя!
– Какая муха укусила маму, что она загнала нас сюда? – шумно сокрушалась Берта, поравнявшись с девочками.
Никодемас картинно закатил глаза. А когда та далеко обогнала их, окруженная подражательницами, тихо хихикнул, толкая Эмилию под локоть:
– Это она перед тобой выпендривается, чтоб стало ясно, кто есть кто, – счел нужным пояснить он.
– Ну и пусть! – отмахнулась Робин. – Прейвери всего лишь боится, что Эми затмит ее.
– Да ничего она не боится, – возразил друг.
– Не могу поверить: ты ее защищаешь? – И без того круглые глаза Би сделались еще шире.
– Вот глупая... – Никодемас начинал злиться. – Я к тому, что это настоящий вызов.
Самое забавное, что за дни «заключения» Берта и ее «отражение» практически выветрились из памяти. Теперь они казались чем-то жутко неважным...
– Первую мировую пережили, вторую пережили, последнюю пережили – и это как-нибудь переживем. – Так обычно отвечал Падди, если девочка приходила к нему поплакаться.
– Завидный энтузиазм, – тихий голос струился откуда-то сзади.
Ребята обернулись, едва не столкнувшись со стройной бледной женщиной в простом черном платье. Незнакомка проплыла между ними в полумраке коридора, никого не задев. На худом лице отпечаталась легкая улыбка.
– Это она? Та, о ком я подумал? – на всякий случай уточнил Никодемас.
– Похоже на то, – Робин кивнула.
– Хоть в чем-то ваши мнения мгновенно совпали. – Шутки позволяли девочке не думать о несчастном крошке-пегасе.
Вскоре дорогу преградили две высокие фигуры. У открытой настежь тяжелой двери стоял мистер Кроу и беседовал с той самой незнакомкой. Теперь ребята рассмотрели черный чемоданчик в одной ее руке и их классный журнал в другой. Если у кого-то и оставались сомнения, они тут же рассеялись.
– Проходите в... класс, – прошелестела ученикам женщина, и добавила, обращаясь уже не к ним: – Пора?
– Да, мисс, – Каспар учтиво склонил голову.
В довольно тесном помещении без окон сделалось совсем темно, когда дверь, лязгнув, захлопнулась. Кто-то из особо впечатлительных девочек испуганно ахнул.
– Итак, – голос из тьмы звучал завораживающе, – меня зовут мисс Хоуп Ди'Анно. Наверное, многих из вас заботит вопрос... почему все мы здесь? Ответ чрезвычайно прост...
С легким свистом мисс Ди'Анно выбросила вперед руку. Что произошло дальше, заставило восторженный вздох прокатиться по комнате. От кончиков ее пальцев во все стороны начала стремительно разворачиваться сияющая полупрозрачная, будто вытканная из тончайших паутинок света, карта мира.
– История, – вещала женщина, – наука, познающая прошлое, чтоб мы могли смело сделать шаг в будущее, не страшась повторения прежних ошибок, чтоб имена и деяния героев остались в нашей памяти и стали достоянием потомков...
Переписка в темноте – занятие бессмысленное, так что Эмили как можно ближе склонилась к Никодемасу и прошептала ему почти в самое ухо:
– Ну что, ты еще скучаешь по Бредсу? – вопрос содержал известную долю сарказма.
– Не так чтобы очень, – согласился он.
Между тем удивительная карта оплетала стены, пронизывая класс ласковым голубовато-зеленым светом. Глаза учеников блестели, а внимание было приковано к чернеющей в центре фигуре.
– К сожалению, в школе не нашлось ни одного помещения, оборудованного под занятия с привлечением иллюзий, – продолжала мисс Ди'Анно. – Если вы считаете нужным обойтись без этого, мы хоть сейчас можем перейти в любой другой свободный класс.
Недовольными возгласами ученики дали понять, какой точки зрения придерживается большинство. Тогда женщина громко хлопнула в ладоши, и над рабочими местами вспыхнули лампы, которых вполне хватало, чтоб писать, но слишком слабые, чтоб повредить красоте иллюзий. Закрепленные длинными ножками на столах, светильники точно заглядывали ребятам под руки.
– Приготовьте писчие принадлежности, – скомандовала учительница.
Звуки привычной возни окончательно успокоили сомневавшихся, и урок пошел своим чередом. Необычная обстановка и слабый свет, выхватывавший лица и руки детей, настраивал Эмилию на мечтательный лад.
Время летело незаметно. Поскольку в подвале не слышно сигнала на перемену, мистер Кроу сам зашел предупредить новую учительницу о том, что ребят пора отпускать. Задание записано, и, казалось бы, больше ничто не держит, только покидать класс никто особо не спешил.
– Здорово! – щурясь на пороге залитого солнцем холла, выдохнул Никодемас.
– Согласна, – подхватила Робин.
– И впрямь здорово... точнее не скажешь.
Эмили не видела практически ничего сквозь прикрытые веки. Не выдержав, она вдруг оглушительно чихнула, заставив нечаянных свидетелей обернуться. Папа шутил, что это «аллергия на свет».
Десять минут – очень мало, когда нужно добраться до другого крыла на Вивидологию без опоздания (тем более после того, как на истории задержались). Едва ли ребятам хотелось злить миссис Живье. Мало ли, чем это может закончиться. Даже Прейвери и Паттерсон пусть и не безропотно, но вытягивались по струнке перед суровой учительницей.
Объяснения мисс Ди'Анно вполне устроили класс, и вопроса о необходимости спускаться в подвал на ее уроки не возникало. Хотя личность самой женщины возбуждала живой интерес.
– Как думаете, кто эта Ди? – Никодемас старался сказать так, чтоб не поняли посторонние.
– О чем ты? – на бегу уточнила Роби.
– О новой учительнице, – пояснил он. – Там, в коридоре, показалось, что она прошла сквозь нас.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
