— И вы нашли эту хижину?
— Именно так. Тогда она выглядела еще хуже, чем сейчас. Я выяснила, кому она принадлежит, и купила. Хозяин, местный фермер, сам почти позабыл про ее существование. Ну вот. Переехала и стала сама себя лечить…
— И все шло прекрасно, пока не появился я и не вскрыл все ваши старые раны… — очень тихо сказал Крис.
Тиффани кивнула.
— Что-то в этом роде. Хотя… если говорить об излечении… Я думаю, это не совсем так. Единственное, чего мне удалось добиться, — я сумела вычеркнуть эти страницы из своей жизни. Я заставляла себя позабыть весь позор и всю свою злость, вместо того, чтобы отнестись к этому более серьезно… чтобы суметь это преодолеть.
— Мне очень вас жалко. Очень, очень жалко. — От его слов у Тиффани дрогнуло сердце. Она растерянно посмотрела на Криса, направившегося к ней.
— Крис… мне… мне надо, обязательно надо сказать вам еще кое-что… — Она глубоко вздохнула. Мужчина остановился. — Вы, вероятно, считаете, что я совсем подавлена в эмоциональном отношении. Возможно, по-вашему, я — неуравновешенная. Но это не совсем так. Теперь я снова чувствую себя живой, я заново обрела себя как личность. — Она нахмурилась. — Только благодаря вам, Крис! Сначала я никак не могла справиться со своими чувствами. А теперь могу. Я понимаю, что призналась во всем слишком поздно…
— Теперь послушайте меня. — Не отрывая взгляда от Тиффани, Крис медленно приблизился к ней, взял ее руку и поднес к своим губам. — Я люблю вас, Тиффани. — Его сильные, загорелые пальцы нежно гладили ее лицо. — Вы мне нужны. Я хочу вас. Я люблю вас! — Голос его был глубоким, преисполненным чувством. Крис откинул с заплаканных глаз ее золотые локоны и поцеловал в мокрую щеку. — Ты такая хрупкая, Тиффани Моултон! Тебе так необходима любовь… Моя любовь! — Губы Криса опустились на ее дрожащие губы. — Я хочу всегда заботиться о тебе, — тихо проговорил он. — Никогда, никогда я не причиню тебе боли.
— Ты… ты правда меня любишь? И тебя не задевает мое прошлое? — чуть слышно прошептала Тиффани.
— Никакого прошлого нет. Есть только настоящее и будущее. — Кристофер привлек ее к себе. — Ну и идиотом же я был! Я пытался сломить твое сопротивление, пытался делать вид, что мне на все наплевать, а на самом-то деле мне было здорово обидно. Думаю, именно тогда я и понял, что влюбился с первой же нашей встречи… В тебе есть что-то особенное. И дело не только в физическом влечении, нет! Такое чувство посетило меня впервые в жизни. Я, человек, прошедший огонь и воду, растерялся. Я заметил, что все время допускаю ошибки, веду себя по-хамски, что больше собою не владею! И мне показалось, что единственное спасение — поскорее уехать. Я не знал, как заставить тебя полюбить такого нелепого, злого человека, как я.
— Но ведь заставил! — сквозь слезы улыбнулась Тиффани. — Когда мы сблизились там на пляже… Я тогда это поняла, по-настоящему поняла. — Девушка задумалась. — Мы с тобой всегда испытывали друг к другу одинаковое чувство. Ты любил меня, а я — тебя.
— Мы эту проклятую четырехногую кровать спалим! — заявил Крис.
— Ни за что! — Тиффани провела кончиком пальца по твердым, чувственным мужским губам. — В этом нет нужды. Она очень красивая. Это наше ложе.
Крис улыбнулся, привлек к себе стройное тело любимой и поцеловал ее. Потом взял на руки и медленно понес через холл вверх по лестнице, прямо в спальню. Его черные горящие глаза лучились.
— Выйдешь за меня замуж, Тиффани Моултон? — хрипло спросил он. — Знаю, я тебя очень обидел, но…
Тиффани высвободила руку и дотронулась до губ Кристофера, дав понять, что слова им уже не нужны.
— Ты прав: прошлого больше нет! — мягко сказала она. — Есть только будущее.
— Это значит, ты согласна? — нетерпеливо спросил Крис, прижимая девушку к себе.
— О, любимый мой! Конечно, согласна! — Зеленые глаза Тиффани с любовью глядели на Криса. — Я знаю только одно — я не мыслю жизни без тебя. Когда я узнала, что ты уезжаешь в такую даль…
— Шшш! Об этом даже и не думай! — Крис целовал ее со все разгорающейся страстью, потом прошел к кровати и осторожно положил любимую на богатое золотое покрывало.
— Покажи мне, как сильно ты меня любишь, — прошептала Тиффани. — Прошу тебя, милый! Прямо здесь! Сейчас!
Крис медленно снял с Тиффани одежду. Каждое его движение было нежной лаской; каждое прикосновение, каждый поцелуй передавали его любовь.
Глаза Тиффани затуманились слезами, когда их тела слились воедино. Она больше не скрывала радости, не стеснялась слез. Что же их стесняться, они же не от боли, не от печали или обиды. Благостные слезы счастья.
Тиффани улыбнулась в открытое загорелое лицо Криса, с наслаждением приняла его поцелуй и… И наконец-то поверила в волшебные сказки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
