Он бережно положил Тиффани на теплый песок. Руки его нежно коснулись ее обнаженной груди. Взгляд Криса выражал искреннюю радость. Тиффани закрыла глаза, едва переводя дыхание.
Такого удовольствия она не испытывала никогда. Никогда даже не представляла себе, что тело ее может так быстро снова стать живым.
— Крис! — Имя вырвалось вместе со вздохом восторга. Губы Криса по очереди целовали кремовые бугорки напрягшихся сосков.
Кожа ее пылала, когда она распрямилась под властным телом Криса. Руки его опустились ниже, упорно стараясь стянуть с нее нижнюю часть купальника. Губы мужчины коснулись ее оголенного живота, покрывая гладкую шелковистую кожу горячими поцелуями. Она ощутила, как его обнаженное тело сливается с ее собственным.
На какой-то кратчайший миг Тиффани вдруг пронзил до ужаса знакомый страх. Ее охватила паника, когда над нею четко обозначились контуры мужского тела.
— Все хорошо, любимая! — Крис приподнялся и заглянул ей в лицо. — Все просто чудесно!
Именно так оно и было! Тиффани, не отрываясь, вглядывалась в бездонно-черные глаза. Боль внутри нее все увеличивалась по мере того, как руки Криса ласково гладили бедра, нежными касаниями подбираясь к самому чувствительному месту.
— Я не причиню тебе боли, девочка моя! — Пальцы его дотрагивались в ласке, казалось, до каждой частички ее тела, а губы непрестанно целовали ее пылающий рот.
Снова и снова, еще и еще — искусство ласкать не знало у этого мужчины никаких границ, и Тиффани погрузилась в бездну экстаза. Из ее груди непроизвольно вырвался крик восторга. Она крепко обняла Криса за шею, прижав к себе голову, подчиняясь нахлынувшим на нее волнам возбуждения и радости.
Крис заставил ее почувствовать, что желание ощутить мужскую плоть внутри себя стало сильнее всех ее мыслей и чувств.
— Крис, прошу тебя! — На сей раз просьбу можно было истолковать однозначно. Чуть приподнявшись над женщиной и замирая на каждом движении, он стал погружаться в нее все глубже и глубже, пока не овладел ею до конца. И тут же все повторилось снова, и еще, и еще раз.
Сладостный порыв любовника, казалось, не знал границ, пробуждая в девушке еще большее желание принадлежать ему. И тут ее тяга к нему достигла такого предела, что большего, казалось, желать невозможно. Тиффани привлекла к себе Криса, и сама в древнем как мир ритме любви растворилась в любимом от невероятного восторга и удовольствия.
Когда все кончилось, Тиффани обвила руками шею Криса и как можно плотнее прижала его к себе, спрятав лицо у него на груди. Ей так хотелось, чтобы это их слияние продолжалось вечно. Она чувствовала, как его пальцы нежно поглаживают ее.
— Я никогда, никогда не знала… — прошептала она, качая головой и не спуская глаз с лица этого удивительного, этого любимого человека. — Никогда не знала, что это может быть так прекрасно! — Она легко и радостно вздохнула, и на лице отразилось беспредельное изумление и даже некоторое неверие в реальность происходящего.
Притягательные губы Криса чуть улыбнулись.
Когда он наклонился и поцеловал ее, по телу Тиффани пробежала теплая волна счастья.
— Думаю, ты права. Чтобы понять тебя, потребовалась уйма времени, но в конце концов кое-что мне стало ясно.
— Ты назвал меня «любимая», — прошептала Тиффани.
— Что же тебя удивляет? — Крис снова поцеловал ее в губы.
— Меня… меня никто никогда еще так не называл.
— Ты говоришь это серьезно? — искренне удивился Крис и улыбнулся. — Прекрасно! Я очень рад. — Он обнял ее и ласково провел рукой по груди, по плоскому животу, по нежному изгибу бедер. — Не хочешь чего-нибудь выпить? — Мужчина дотянулся до коробки и извлек из нее бутылку белого вина и два бокала на длинных ножках. — Вообще-то надо было бы выпить шампанского, — серьезно заявил он, — но придется обойтись этим.
Крис сел, вытащил пробку и, налив прохладную жидкость в бокалы, протянул один Тиффани.
— За мою любимую! — медленно произнес он и поцеловал ее в губы. — Да даруются ей все блага мира!
Неожиданно девушка почувствовала, что близка к слезам. Такая вот странная реакция на положительные эмоции, но ведь за всю свою жизнь она не чувствовала себя так прекрасно.
Тиффани сначала чуть пригубила вино, а потом разом выпила весь бокал. Ее огромные зеленые глаза неотрывно смотрели на улыбающееся лицо замечательного мужчины. Я люблю его! Эти простые слова ворвались в душу неожиданно. Осознание длилось мучительно и долго, а ясность наступила внезапно, вдруг, как счастливое открытие. Нет, это не просто телесное желание. Не только сексуальное влечение, это любовь!
Тиффани опустила бокал и медленным движением натянула на плечи полотенце. Я люблю Кристофера Уолленджера! И да поможет мне Бог, это правда! Она взглянула на любимого из-под опущенных ресниц и почувствовала теперь уже столь знакомое ей волнение, в котором соединились воедино и желание, и любовь, и осознание того, что этот человек ей бесконечно дорог и нужен.
Конечно же, он не должен догадываться об этом. Пока Крис медленно потягивал вино, Тиффани внимательно изучала его великолепное бронзовое тело. И тут на нее впервые накатился холодок реальности. Мужчина свою задачу выполнил, он подкрепил то, что, несомненно, являлось типично мужской амбицией. И потому, видимо, при их первой, настоящей близости он был таким ласковым и вдохновенным, — в конце концов, ему очень долго пришлось преодолевать последнюю преграду, которую она упорно ставила между ними с первой их встречи.
Все было хорошо, но — было! Прошедшее время, не переходящее в настоящее? Нет, Крис ее хотел. Он, скажем справедливо, был с нею — все время! — ласков и добр. Он же назвал ее любимой? Он дал ей минуты счастья? Чего же еще желать? И сейчас Тиффани не испытывала ни сожаления, ни стыда. Она любила его.
— Тебе не холодно? — Крис снова коснулся ее, и сразу же у нее улетучились все сомнения. — Хочешь еще выпить?
Не успела Тиффани ответить, как Крис уже налил ей вина и с удовольствием и удивлением проследил, как она за пару секунд выпила его. Нет, нет, нельзя позволить ему догадаться, что она его любит! Это значило бы совершить непростительную глупость! Ничего нельзя передать словами. Да к тому же признание чревато последствиями — болью, обидой. На такой риск она идти не может! Разве с нее недостаточно прошлого, повлиявшего на всю оставшуюся жизнь?
— Если тебе хочется пить, наверное, больше подойдет минеральная вода.
— Что ты сказал? О, нет, вполне годится вино. Мне… нравится его вкус.
Крис подвинулся и снова поцеловал ее в губы.
— Мгм, ну-ка скажи, чего ты хочешь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
