Помрачневшие глаза Криса диссонировали с его голосом, звучащим по-прежнему ровно и дружелюбно:
— А именно?
— Например, вы чрезвычайно легко относитесь к сексу — вы это так наглядно продемонстрировали недавно. — Сама же напомнила унизительные сцены с Кэй, и сама содрогнулась от омерзения.
— Секс — абсолютно естественная сторона жизни, — заметил Крис. — Ведь не все же люди его столь резко осуждают!
Тиффани прерывисто вздохнула. Нет, с ним просто невозможно! Этот Кристофер Уолленджер — совершенно бесчувственный, испорченный человек! Если бы только он знал, что ей пришлось пережить! Любой человек на ее месте испытывал бы точно такие же чувства, как и она.
Пусть бы он сейчас извинился за прошлое, попробовал бы хоть как-то оправдаться… Но нет, совершенно ясно, от такого самоуверенного типа подобного не дождешься.
— В отличие от вас я не навязываю миру свое отношение к сексу. Не считаю подобно вам, что секс есть дар, ниспосланный свыше. — Тиффани торопилась высказать все, что накопилось, хотя понимала, что идет по тонкому льду. — Во всяком случае, что касается меня… лично я не желаю быть частью ваших пагубных привычек! Не желаю быть для вас еще одной Кэй!
Нависла тягостная тишина, нарушаемая лишь ритмичным всплеском волн и едва доносившимся до них лаем собак. Девушка замерла, видя, с каким трудом держит себя в руках Крис. Что она уж такое ему наговорила? Но сумела же все-таки высказать то, что наболело, что долго составляло предмет ее размышлений.
Наконец Крис нарушил молчание:
— Учтите одно обстоятельство. Ведь мы оба отлично знаем: все только что сказанное вами — чистейшая чепуха, — Крис выговаривал каждое слово четко и жестко, — это всего лишь дымовая завеса, которой вы стараетесь оградиться от реальности, чтобы не смотреть в глаза правде. Что за ерунда! Вы — еще одна Кэй? И вы действительно считаете меня таким идиотом?
— Умоляю! Забудем все, что я сказала! Послушайте! Вы обещали, что мы проведем на пляже прекрасный день, безо всяких… недоразумений… Помните?
— Выходит, я еще и обманщик, а не только сексуальный маньяк! — съязвил Крис. — Ну, это-то вас уже удивлять не должно!
— Прошу вас, Крис! Не надо! — Ну вот, опять она близка к отчаянию. Не без своей в этом вины.
— Так давайте уж договорим до конца. Вы отлично знаете… И я тоже знаю… что нам обоим нужно! — внезапно голос выдал его безмерную чувственность, от чего по всему телу Тиффани мгновенно побежала дрожь. Крис ласково погладил руку девушки от локтя к плечу. — Перестаньте бороться с собой и против себя, Тиффани!
— Крис! Умоляю! Вы же обещали! — Ну как объяснить этому человеку, что она боится не его, а себя рядом с ним, когда неуправляемыми становятся мысли, когда голос плоти заглушает все иные чувства, когда желание близости с ним сродни физической боли.
— Разве я такое обещал? — словно это касалось не его, произнес Крис.
— Конечно, обещали! — Глаза девушки сами собой закрылись от ласкового прикосновения к ее руке. — Обещали…
— Ну почему для вас так мучительно трудно признаться себе в своих истинных чувствах? Черт побери, Тиффани! И я, и вы, мы оба — живые люди, а не каменные! Я прекрасно помню, как все случилось тогда, в вашей хижине, в первый раз… Разве вы этого не помните?
Она лишь кивнула и, широко раскрыв глаза, уставилась на Криса. Его большая загорелая рука начала описывать легкие полукруги по обнаженному бедру девушки.
— Вы сами знаете, что тогда желали меня, равно как и я желал вас, — твердо произнес мужчина. — Если бы я поддался своим инстинктам и проявил настойчивость, если бы наплевал на ваши запреты, то теперь бы нам с вами, вероятно, не пришлось терпеть весь этот затянувшийся фарс! — Он чуть приподнял лицо девушки и повернул к себе. — Тиффани, вы меня слышите?
Золотистая головка кивнула.
— Я… я не понимаю, что вы имеете в виду!
— О, нет! Я полагаю, вы все отлично понимаете! — Крис придвинулся к ней еще ближе и обеими руками прижал ее к своему великолепному торсу. — Вы хотели меня тогда и хотите сейчас. Я ведь вижу это по каждому вашему жесту, по каждому взгляду. И если я к вам притрагиваюсь… — Тиффани вздрогнула от прикосновения его пальцев к губам и закрыла глаза. Мужчина удовлетворенно усмехнулся. — Видите?
— Я ничего не хочу видеть! Ну, неужели непонятно… — Тиффани в упор взглянула на него. — Я не привыкла, не хочу чувствовать себя такой несуразной, не хочу быть в таком потерянном состоянии! — призналась она. — Я… я не знаю, что мне с собой делать!
— Тогда позвольте мне вам помочь. — Его губы приблизились к ее губам. — Не пугайся, любимая! — еле слышно прошептал он. — Я тебя ничем не обижу.
Любимая! Боже, как прекрасно звучит это слово! Все внутри у нее словно расплавилось, голова стала легкой-легкой. Она утратила ощущение окружающей действительности. А сильная мужская рука нежно гладила ее оголенную спину, губы искусителя целовали медленно, со все возрастающей чувственностью.
Поцелуй был долгим. Крис поднял голову и чуть улыбнулся.
— Ну, так лучше?
Тиффани размежила ресницы и, ничего не соображая, вся дрожа, взглянула в проницательные черные глаза.
— Я… это для меня непривычно… Я хочу сказать… раньше я никогда… он никогда…
Крис приложил палец к ее губам:
— Тише! Забудь прошлое. Думай только о нас… только о том, что происходит сейчас. — Губы его снова слились с ее губами. На сей раз поцелуй был гораздо сильнее и настойчивее, выражая предел эротического напряжения. Потом мужчина поднял голову и в упор посмотрел девушке в глаза. — Расслабься, больше ничего не надо, — шептал он. — Думай только о том, как тебе со мной хорошо!
Он сдвинул с нее полотенце. Сознание ее, как в дремоте, зафиксировало, что быстрые и умелые пальцы уже развязывают узел от лямок купальника на шее.
— Крис! Прошу вас! — А чего просила? То ли чтобы он не останавливался в своей настойчивости, то ли, наоборот, чтобы все прекратил? Так или иначе, но пальцы Криса лишь на миг замерли, а рот его властно овладел ее губами.
Тиффани чуть вздрогнула и почувствовала, как всю ее охватывает сладкая, всепоглощающая волна. А руки Криса медленно — о, как же медленно! — пытались снять с нее мокрую ткань.
— Какая же ты красивая! Ты сама-то это знаешь? — потрясенно улыбнулся Крис, привлекая ее еще ближе к себе. Потом с необычайной легкостью, словно взял девушку в плен, порывисто обнял ее. — Я безмерно хочу тебя.
Он бережно положил Тиффани на теплый песок. Руки его нежно коснулись ее обнаженной груди. Взгляд Криса выражал искреннюю радость. Тиффани закрыла глаза, едва переводя дыхание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
