Так вот, если ты захочешь остаться, милости прошу в команду. Если вся ваша троица подтянется, мы только за.
– И что дальше?
– Если до крайности упрощать, то пошлем вас учиться. И будем задействовать по мере возможности в кое-каких операциях особого рода. Не только в качестве танкистов.
– Опять учиться, – с тоскливой интонацией выдал Сергей. – Мне уже страшно.
– Это почему еще? – удивился генерал.
– Да так, можно сказать, детская психическая травма. Когда я учился, был у нас преподаватель. Он, когда на экзамен приходил, включал музыку из «Полицейской академии». Ту, что играла в баре «Голубая устрица». С тех пор я экзаменов боюсь.
Кузнецов несколько секунд удивленно смотрел на него, потом сообразил, что это была шутка, и совсем не по-генеральски расхохотался. Поляков тоже улыбнулся. Что ж, почему бы и нет? В конце концов, предложение генерала не расходилось с планами, недавно озвученными товарищами. Ну а дальше… Что же, там видно будет. И лишь когда генерал уходил, он задал последний вопрос:
– Скажите, тренер, а кто нас там сбил?
– Один идиот, – ничуть не удивился Кузнецов. – Китаец. Решил, что вы – толпа дезертиров, бегущих от войны и угнавших самолет. На следующий день он погиб в бою…
– Что же, он был в своем праве, – философски заметил Сергей, вытягиваясь на кровати. Больше эта тема его не интересовала.
Китай. Несколькими часами позже
– Паршиво выглядите, майор.
Харрис пожал плечами, но возмущаться не стал. Да и то сказать, чему возмущаться-то? Не выспавшийся, с заросшей щетиной челюстью… К слову, щетина эта изрядно поседела, ибо приключений, выпавших на долю майора, в последнее время стало откровенно больше, чем нужно.
– Вы тоже сами на себя не похожи, – буркнул он. Вообще-то, это было вопиющим нарушением субординации. Но и правдой тоже было. Герцога, а именно он сидел напротив майора за столиком кафе и лениво поглядывал в старомодную бумажную газету, было не узнать.
Да-да, именно так. Здесь, в далекой от войны провинции, где ничего вроде бы не изменилось, разве что из-за случившейся недавно смерти интернета стали популярны такие вот газеты, на открытой веранде сидел и неспешно завтракал целый герцог, а до недавнего времени серьезная шишка в британской разведке. И его было действительно сложно идентифицировать.
Самое смешное, в детские игры с париками и гримом он играть даже не пытался. Не старил искусственно лицо и не приклеивал фальшивую бороду. Просто надел другую одежду и изменил манеру держаться. Вроде бы несильно, однако при взгляде на средней руки бизнесмена в пронзительно-белом костюме с безвкусной цацкой на галстуке ни у кого и мысли не возникало о его истинном лице. Не было ассоциаций, хоть ты тресни. Высший пилотаж маскировки, мало кому достижимый.
– Что поделать. Как говорят русские, жить захочешь – еще не так раскорячишься, – маска невозмутимости на лице герцога раскололась слабым намеком на улыбку. – Вы же тоже, чтобы прибыть сюда, маскировались.
Харрис непритворно вздохнул. Действительно, маскировался. А куда деваться? Уверенность в том, что на базе наблюдателей, работающих якобы под эгидой ООН, а на самом деле занимающихся банальным шпионажем, нет человека, который следит за ним, отсутствовала в принципе. Скорее уж, наоборот, здесь все за всеми наблюдали. Вот и пришлось сваливать, изобретая кучу уловок и меняя внешность. Да и потом тоже от этого нехитрого, в общем-то, действа, отказаться не получилось. Все же в некоторых китайских городах система видеонаблюдения с функцией распознавания лиц, да и вообще общая сеть, каким-то чудом не умерли. А вот где и как с этим обстоят дела, было решительно непонятно, и приходилось осторожничать.
– Главное, я добрался.
– Это хорошо. Я, кстати, тоже, как видите. Итак, майор, судя по вашим бегающим глазам, у вас куча вопросов?
– Да.
– Ну, так задавайте. У вас редкая возможность получить на них исчерпывающие ответы.
Вопросов и впрямь было много. Впрочем, кое-что герцог рассказывал и просто так безо всяких проявлений интереса у собеседника – похоже, ему надо было выговориться. А может, ему просто зачем-то надо было, чтобы Харрис это знал. Зачем? Сложно понять, слишком разной информацией оперировали собеседники, чересчур отличался уровень мышления. Так или иначе, сегодня майор узнал много такого, о чем предпочел бы даже не подозревать.
Хотя, казалось бы, обычная политика, банальные внутренние разборки. У герцога, как и положено человеку его положения, враги были соответствующие. И они, разумеется, не могли пройти мимо, когда направление, возглавляемое им, стали сотрясать провалы. Один за другим. Вины полковника тут, в общем-то, не было, просто звезды так сложились, но из песни слов не выкинешь. Если уж откровенно неудачная деятельность майора Харриса выглядела на общем фоне как серьезный успех… В общем, пройти мимо такого случая конкуренты не смогли, и герцога «съели».
Это было бы еще полбеды. Ну, полетел с должности, бывает. Глядишь, ситуация изменится – отыграешься. Но те, кто провернул интригу, тоже были отнюдь не дураки, расклады просчитывать умели. А потому решили озаботиться тылами. Проще говоря, на герцога навесили всех собак, какие только возможно. За то, в чем его обвиняли, можно было и реальный срок схлопотать, невзирая на заслуги и происхождение. Однако, видимо, кому-то и этого показалось мало, так что пришили герцогу еще и государственную измену. А это уже не срок, а виселица.
Все провернулось так быстро, что герцог даже среагировать толком не успел. Пришел утром в свой кабинет, где его уже ждали, а к вечеру выслушал приговор. Который должны были привести в исполнение той же ночью. Хорошо, профессионально сработано, ничего не скажешь.
А потом все разом встало с ног на голову. По дороге на эшафот (единственный, пожалуй, прокол недругов, ибо ехать предстояло через половину города) машину с узником просто угнали. Организовано все было просто, грубо, а потому крайне эффективно. В детали полковника никто, разумеется, не посвятил, но и того, что он видел и слышал, оказалось достаточно, чтобы понять – охрану тупо перестреляли.
Выкрали его, как оказалось, русские. Как они узнали о ситуации? Тут ничего удивительного. Все же аналитики у них хорошие, а объем получаемой информации вообще запредельный. Зачем? Ну, во-первых, их многое интересовало в деятельности британской разведки, а во-вторых, к опальному полковнику у них было деловое предложение. И платить они готовы были по высшему разряду. В списке предложенного был всего один пункт – жизнь.
С определенной точки зрения сотрудничество с врагом (а русские для Британии враги, это сложно отрицать) аморально. Но, если вдуматься, после истории с эшафотом герцог имел повод малость разочароваться в родной стране и степени ее
