отпирающую дом, стоящий на окраине села, почти у самого погоста. Знахарка облегченно вздохнула и вошла в хижину.
Внутри пахло сыростью и пылью. Вся мебель и вещи были на своих местах так, как она их оставила весной, когда последний раз посещала Дубки.
Дом достался женщине от брата, которого свалила болотная лихорадка. Роб был купцом, и частенько колесил по Мендарву, и видимо привез сей недуг с юга. Он умирал в мучениях, которые даже сестре не удалось облегчить, а она была опытной травницей.
Избу в Дубках брат приобрел для того, чтобы не оставаться на ночь в местной гостинице. Не любил он провинциальный уют: громкие крики в таверне, хохот дам, которые перебирали с элем, звук брошенных костей и аплодисменты зевак, хлопающих бардам, тренькающим на лютне. Роб любил тишину и покой. А если ему нравилась местность и он намеревался здесь вести продолжительную торговлю, то он обзаводился стареньким домишком и обустраивал его под себя. У купца по всей стране было прикуплено несколько хижин. Всюду местный люд встречал торговца с распростертыми объятиями, а как радовались его визиту в замках. Роб торговал и украшениями, и платьями и оружием, он предпочитал вести дела в небольших владениях феодалов, нежели в шумных и многолюдных городах.
Но все же брату приходилось проводить какое-то время в Граде. Там его ждала семья и просторный белокаменный особняк, окруженный раскидистым садом, Белле пару раз довелось побывать в великолепной усадьбе. Последний ее визит был связан с болезнью Роба. Лихорадка свалила его именно в городе. Умирал он тоже там, сетуя, что не успел добраться до Дубков в последний раз.
После его смерти Белла узнала, что он завещал ей хижину подле Темной Дубравы. Остальную недвижимость и денежное состояние он оставил супруге, детям и внукам. Женщина не понимала, почему именно эта изба предназначалась ей, пока однажды, десять лет назад, не приехала в Дубки и не вошла в дом. С того самого момента жизнь знахарки изменилась навсегда.
Белла оглядела светлицу. Даже в потемках она заметила, что тонкий слой пыли покрыл стол, скамьи и несколько тяжелых шкафов, заполненных всевозможными книгами. Нужно будет убраться, но позже, вначале следует заняться более важными вещами.
Женщина миновала горницу и спустилась к подвалу, дверь которого, замаскированная под деревянную стену, была скрыта за лестницей, ведущей наверх. Опустив дорожные мешки на пол, она вытащила из одного лучину и подожгла ее. Помещение озарил слабый дрожащий свет. Отворив массивную дверь, и накинув сумы на плечо, старушка стала внимательно, глядя под ноги, спускаться вниз.
В ноздри ударил пряный запах всевозможных трав. В погребе было тепло и душно, словно осенняя влага не коснулась этого места. Женщина подожгла лучиной толстую сальную свечу, стоящую на кленовом столе, на котором находилось множество различных склянок и пузырьков.
Подвал озарил яркий свет. Теперь Белла могла оглядеться и проверить все ли на месте, в этом секретном убежище. От стены до стены тянулись крепкие конопляные веревки, на которых пучками висели разные растения. На полках дубовых стеллажей, в корзинках и коробах лежали лепестки различных цветов. Здесь также стоял в углу большой кованый сундук. Белла открыла его. Внутри выстроились в ряды бутылочки с разноцветной жидкостью. Знахарка развязала дорожные мешки и вытащила оттуда свертки, обернутые в холщовую ткань. Она их торопливо сложила в ларец, поверх пузырьков.
Ну, вот и все! Теперь можно заняться Касатиком и домом. А после, придется поразмыслить, когда и каким образом начать торговлю. Слишком много в округе церковников, которые явно неспроста здесь. Но как бы не пугали женщину священнослужители, отступить она не могла. Как только Ная принесла ей весточку, знахарка осознала, что дела обстоят серьезно и без ее вмешательства беды не миновать.
Белла закрыла сундук, задула свечу и во тьме покинула подвал, затворив дверь на ключ.
Глава 5
«Тень вязким мраком просочится
из пелены былых эпох. Знаменье
мерзкой скверны проступят на камнях
Иссара, что покой смертных берегут.
На крыльях рваной ночи, в мир
явятся морозные ветра.
И в час беды грядущей, желтоглазый ворон,
подобно человеку, вслух заговорит».
Пророчество Археса.
Ребекка еле поспевала за вереницей светлячков, кружащих роем в воздухе мрачного леса. Она старалась не сбавлять шаг, хотя сердцебиение участилось и дыхание стало прерывистым. Девочка достаточно быстро минула приграничную зону и остановилась лишь в нескольких метрах от мраморной стены, поросшей плющом. В темноте, блуждай она одна без своих мерцающих спутников, непременно бы уткнулась носом в нее. Ограждение сливалось в единое полотно с Дубравой. Днем она бесспорно узрела бы каменную кладку, да и ярко-желтый лес по ту сторону, но сейчас, в потемках, трудно было отличить дерево от куста не то, что завуалированное природой творение рук человеческих.
Сделав глубокий вдох, златовласка стала осторожно ступать по бурелому, точно следуя за зелеными огоньками. Поваленные деревья, образовывали подобие моста, перекинутого через ограждение, отделяющее Мендарв от Большой Земли. Вот, как она оказалась за пределами государства людей! Валежник в Дубраве был повсюду, поэтому Ребекка не предала значения его массовому скоплению, а просто беззаботно перебиралась через ветви и шагала по бревнам, не подозревая, куда они ее заведут.
Огромный ствол дерева, на который ступила девчушка, пролегал над Дозорной тропой. Златовласка затаила дыхание и даже на мгновение застыла от страха, когда увидела внизу свет мелькающих факелов. Караульные! Их было десятки. Они разгуливали внизу, звеня латами и грохоча тяжелой поступью. Достаточно одному из них посмотреть вверх и они заметят ее, поднимут тревогу. И, пожалуй, в этом случае смерть от стрелы лучника – самый безболезненный исход.
Ребекка, набравшись смелости, начала с опаской спускаться по стволу, стараясь идти бесшумно, не задевая ни одной ветви, ни одного листа. Стражники остались позади, всего в нескольких метрах от нее, когда она осторожно ступила на лиственный ковер, покрывающий землю Темной Дубравы. Девочка боязливо присела на корточки и вжалась в торчащее из почвы корневище дерева, когда заметила сквозь ветви валежника огни факелов. Двое копейщиков прошли по дозорной тропе, тихо переговариваясь. Как только шаги стихли, златовласка огляделась и, заметив впереди зеленую россыпь маленьких фонарей, ринулась в сторону светлячков. Она надеялась, что треск сучьев под ногами и шелест опавшей листвы, не долетит до слуха стражников. Если ей удастся, как можно дальше отойти от стены, то она, будучи, застигнутой врасплох, сможет солгать, что заблудилась.
Миновав почти весь лес без происшествий, благодаря опытным провожатым, парящим путеводными звездами во мраке Дубравы, девочка увидела среди деревьев отблески факелов.
