Рядом пыхтел Олник, тащивший мои мечи и клинок эльфийки. От напряжения он даже забыл про свою аллергию. Принц и Джабар поотстали: владетельный эльф, одержимый запахом покойника, решил проверить, что же он съел на ужин. Морган его урезонивал:
- Не время забавляться, о ненаглядный! Враги рядом! Вставай, и пошли! Да ты как дитя малое, эй! Вставай, говорю, чудозвон!
Кровь эльфийки обожгла мою руку и часто закапала с пальцев. Меня начал колотить озноб.
Гритт, Олник прав: наконечник задел артерию...С такой раной человек живет недолго, может, пол часа. Вытащи стрелу, и он умрет за считанные минуты.
А эльф?
Проклятие...
Я подумал так: если она умрет, я вернусь и вырежу всех Охотников, убью всех причастных к этой конторе, стариков, женщин, детей. Найду и убью Сколдинга Фрея, будь он хоть трижды лучший смертоносец Внешнего Круга. Никакой пощады. Никакого амока. Только холодный злобный расчет.
Ее губы дрогнули. Она что-то сказала - неслышно, будто про себя. Все еще осмысленный взгляд - теплый и печальный. Гритт! Не смотри на меня так, слышишь? Не надо, я не хочу, чтобы до конца моих дней перед глазами стояла эта картина. Я убью их, нет, не проси за этих скотов на пороге смерти! Ты читаешь мои мысли? Я знаю, ты читаешь... Тебе придется жить, иначе я вернусь и перережу пол города, прикончу всех, кого считаю ублюдками, недостойными жизни. Ты слышишь меня, добрая фея? Не умирай, иначе я вернусь и буду убивать. Ты меня слышишь?
Услышала.
- Фа... - вымолвила она, - ...тик...
"Слон купается". Небо! Даже на пороге смерти - моей или чужой! - я никому не расскажу, что означает мое варварское имя.
- Молчи... добрая фея.
- Мы... вас...
- Молчи! Тебе нельзя говорить!
- Об... - Она задышала хрипло. - Об... ма... ны...
- Да, я знаю, брехали. Плевал я на контору, Виджи. Забудь. Не разговаривай. Дыши!
- Н-не... Н-нет... Наша ложь... - Глаза ее затуманивались. - Сейчас... Я... прощения... прощения...
- Молчи!
- А... аллин тир аммен...
Вот и пирс. Желтый огонек приветливо сиял на заостренном носу бота. С двух сторон, почти строго посередине корпуса, бот украшали высокие гребные колеса, будто снятые с водяной мельницы. По слухам, вращались они при помощи загадочного устройства, объекта гордости коротышек и плода смертной зависти гномов. Ни одной мачты, маленькая надстройка на корме. Палуба завалена тюками с грузом - да, от морской блокады работы у коротышек прибавилось.
- Батюшки! - ахнул Олник. - Карликов самоход!
- Не... называй их... карликами на борту. Они коротышки.
- Гномья курва!.. Я помню.
Сходни были опущены. Возле них копошились три маленькие тени. Еще одна, неподалеку, отвязывала канат от причальной тумбы.
- Свои, от Джабара, - крикнул я, пробегая по сходням.
- И я свой! - добавил гном. - За все уплачено, так-то!
Тебе бы следовало добавить - эльфийским золотом, Олник.
Навстречу нам шагнули двое коротышек. Один спешно зажег свечной фонарь, второй поправил кепку с длинным козырьком.
- Я шкипер Мокли, - представился он. В его голосе звучала плохо подавленная гордость. Да уж, единственный капитан-коротышка в Хараште, а может, и на всем белом свете. Помощник осветил его лицо фонарем. Мокли (черт знает, как его звали по-настоящему) был пожилым и грузным, чувство собственного достоинства распирало его и синюю форму Посыльной Гильдии в равной степени. - Я осведомлен, что с вами едет чрезвычайно опасный гном. Пожалуйста, скажите вашему гному...
- После! - Кровь Виджи капала с моих пальцев. - У нас раненый! Нужна каюта, лекарства, спирт! Великая торба, быстрее, умоляю!
Сзади раздались тяжелые шаги. Джабар, отдуваясь, нес на плечах эльфийского принца.
- Сомлел. - Он сгрузил эльфа на палубу, рядом положил его меч. - Эй, друг, ты жив? - Совсем не по-дружески он отвесил принцу две плюхи. Тот застонал, слабо пошевелился, потом ошеломленно уселся на палубе. Джабар вскочил и подошел ко мне. - Что с ней? О-о-о, демоны!
Глаза Виджи были широко открыты, я слышал, как слабеют удары ее сердца.
Держись, ну пожалуйста, держись!
Мокли оказался расторопен. Он бросил короткий взгляд на девушку, и что-то скомандовал на своем языке. Тени карликов зашмыгали туда-сюда, производя шума не больше, чем на пару медяков.
- За мной.
Он взял у помощника фонарь и, петляя между огромными тюками, свел нас в грузовой трюм, где среди туго набитых почтовых мешков, опечатанных ящиков и корзин уже стелили парусину.
- Вот тут, и скажите опасному гному...
Я зарычал на него. Мне показалось, что тело Виджи стало невесомым от вытекшей крови. Я уложил ее на парусину, сделал скатку под голову дрожащими руками. Она не отрывала взгляда от моего лица. Короткие поверхностные вдохи... Гритт! Я видел такое, видел много раз... у умирающих врагов и у тех, кого не смог уберечь от вражеских ударов. Почему-то людям непричастным кажется, что меч или стрела в большинстве случаев убивают мгновенно. Чик, щелк, и добро пожаловать на небо. Увы, это не так.
Коротышки принесли еще несколько фонарей. Под руку мне ткнули какай-то ящичек и склянку с прозрачной жидкостью. Очевидно, спирт.
Мокли кашлянул над ухом:
- Отплытие через три минуты.
Я похороню ее в море...
Гритт, нет!
Так, выдернуть стрелу... проталкивать нельзя, это стократ опаснее. Обтереть спиртом рану, или залить... Несколько капель в рот: это продлит... агонию. Не обманывай сам себя: разорванная артерия - смерть. Только искусные лекари, настоящие гении, способны сшить магистральные сосуды, глубоко вскрыв рану, чтобы добраться до артерии. Или маги. Но я не маг и не лекарь, я простой варвар. Я попробую. Я должен сделать хоть что-то... Холодно, рассудочно, без паники.
Только не смотри на меня так, пожалуйста!
Чья-то рука опустилась на мое плечо. Хватка пальцев показалась мне железной.
- Тион отваэ! Ор талло варон!
Принц очнулся удивительно быстро.
- Что?
- Вон изыди! Тион, тион! Хочешь вкусить плоды ее жизни? Изыди. Я поддержу ее рану. Арат ил, - он махнул рукой на коротышек, оставленных мне в помощь. - Идите на хрен!
Взгляд у него был твердым, как скала. Брюзгливость, казалось, навсегда отпечатавшаяся на лице, сошла; вокруг носа и рта залегли складки.
Я вспомнил утро в доме Бренка и поверил ему. Эльфийская магия, или что-то иное, но это сработало тогда, вдруг да сработает сейчас? Нельзя видеть? Хорошо, ладно. Только спаси ее, иначе я выкину тебя за борт.
Я придал коротышкам верное направление пинками, и сам ретировался, пятясь по ступенькам, и не отрывал взгляда от ее лица до тех пор, пока его не загородил бимс потолка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
