Сделав это, он увидел прямо перед собой заряженный арбалет, который держал крепкий парнишка лет пятнадцати.
— Лев, волк или рыба? — осведомился стрелок.
— Мы надеялись на каплуна, — сказал Джейме, слыша, что его спутники вошли вслед за ним. — Арбалет — оружие трусов.
— Это не помешает мне пустить стрелу тебе в сердце.
— Возможно. Но прежде чем ты успеешь зарядить его снова, мой кузен выпустит твои кишки на пол.
— Не надо пугать парня, — сказал сир Клеос.
— Мы ничего тебе не сделаем, — сказала женщина. — И у нас есть деньги, чтобы заплатить за еду и питье. — Она выудила из кошелька серебряную монету. Парень бросил подозрительный взгляд на нее и на кандалы Джейме.
— Почему он у вас в оковах?
— Я убил парочку лучников, — сказал Джейме. — У тебя эль есть?
— Есть. — Парень опустил арбалет на дюйм. — Расстегните пояса и сбросьте их на пол — тогда вас, может, и накормят. — Он подобрался боком к окну с толстыми, ромбом, стеклами и выглянул наружу. — У вас на лодке парус Талли.
— Мы плывем из Риверрана. — Бриенна расстегнула пояс с оружием, и он звякнул об пол. Сир Клеос последовал ее примеру.
Из погреба вылез мужчина с желтым рябым лицом, с мясницким тесаком в руках.
— Вас трое? Есть конина — на троих как раз хватит. Кляча была старая и жилистая, но мясо еще свежее.
— А хлеб? — спросила Бриенна.
— Сухари и черствые овсяные лепешки.
— Вот честное заведение, — усмехнулся Джейме. — Здесь подают только черствый хлеб и жесткое мясо, зато открыто в этом признаются.
— Гостиница не моя. Хозяина я похоронил на заднем дворе, и женщин его тоже.
— Это ты их убил?
— Стал бы я говорить про них в таком разе. — Мужчина сплюнул. — Это сделали волки либо львы — какая разница? Мы с женой нашли их уже мертвыми и так понимаем, что дом теперь наш.
— А где же твоя жена? — спросил Клеос.
— Зачем это она вам понадобилась? — подозрительно прищурился мужчина. — Нет ее тут... и вас тоже не будет, коли ваше серебро окажется фальшивым.
Бриенна бросила ему монету. Он поймал ее на лету, попробовал на зуб и спрятал.
— У нее еще есть, — сообщил парень с арбалетом.
— Вот и ладно. Ступай, мальчик, вниз и принеси мне луку. Парень вскинул арбалет на плечо, окинул гостей угрюмым взглядом и скрылся в погребе.
— Сын твой? — спросил Клеос.
— Приемный. Мы с женой взяли его к себе. У нас своих двое было, но одного убили львы, а другой помер от поноса. А у мальчика Кровавые Скоморохи убили мать. В наши дни нужно, чтобы кто-то сторожил тебя, пока ты спишь. — Мужчина указал тесаком на столы. — Можете присесть.
Очаг давно остыл, но Джейме все равно выбрал стул поближе к нему и вытянул под столом свои длинные ноги. Цепи сопровождали звоном каждое его движение. Экий мерзкий звук. Скоро его терпение кончится, и он обмотает их женщине вокруг шеи — посмотрим, как ей это понравится.
Человек, который не был хозяином гостиницы, зажарил дочерна три огромных куска конины и подрумянил на ветчинном сале лук, что почти искупило черствые лепешки. Джейме и Клеос пили эль, Бриенна — сидр. Парень сидел чуть поодаль, на бочонке с сидром, держа на коленях заряженный арбалет. Рябой тоже налил себе кружку эля и сел рядом с ними.
— Что там нового в Риверране? — спросил он Клеоса, принимая его за главного. Тот взглянул на Бриенну, прежде чем ответить.
— Лорд Хостер плох, но его сын стойко обороняет броды на Красном Зубце от Ланнистеров. Там произошло несколько сражений.
— Теперь повсюду сражения. А вы далеко ли путь держите, сир?
— В Королевскую Гавань. — Клеос вытер сало с губ.
— Дураки же вы после этого, — фыркнул рябой. — Я слыхал, король Станнис стоит под самыми стенами города. Говорят, у него сто тысяч человек войска и волшебный меч.
Джейме скрутил цепь между запястьями, жалея, что не может разорвать ее пополам. Показал бы он тогда Станнису, куда засунуть этот волшебный меч.
— На вашем месте я держался бы подальше от Королевского тракта, — продолжал рябой. — Там незнамо что творится — и волки тебе, и львы, и разные другие шайки, которые нападают на всякого, кто подвернется.
— На вооруженных людей этот сброд напасть не осмелится, — презрительно молвил сир Клеос.
— Прошу прощения, сир, но я вижу только одного вооруженного человека, который путешествует вместе с женщиной и пленником в цепях.
Бриенна мрачно уставилась на рябого. Ох, не любит она, когда ей напоминают, что она женщина. Джейме снова скрутил свою цепь. Холодное, твердое, неподатливое железо. Кандалы стерли ему запястья в кровь.
— Я собираюсь спуститься по Трезубцу до самого моря, — объявила женщина. — В Девичьем Пруду мы найдем лошадей и поедем через Синий Дол и Росби. Так мы сможем избежать самой гущи боевых действий.
Хозяин дома покачал головой.
— До Девичьего Пруда вам по реке не добраться. Милях в тридцати отсюда сгорела и затонула пара лодок, и Зубец мимо них еле-еле струится. В том месте разбойники подстерегают всех, кто пытается проплыть через завал; такие же места есть и ниже, у Россыпи и Оленьего острова. Лорда-молнию тоже в тех краях видели. Он переправляется через реку где хочет, туда и сюда, не сидит на месте.
— Что это за лорд-молния? — спросил Клеос.
— Лорд Берик, с вашего позволения. Его так прозвали за то, что он наносит удар внезапно, как молния с ясного неба. Говорят, будто смерть его не берет.
Все умирают, если проткнуть их мечом, подумал Джейме и спросил:
— Торос из Мира все еще с ним?
— Ага. Красный жрец. Говорят, он наделен волшебной силой.
Ну что ж — он мог пить наравне с Робертом Баратеоном, а это почти сродни волшебству. Торос как-то сказал королю при Джейме, будто стал красным жрецом потому, что на красном винных пятен не видно. Роберт тогда заржал так, что оплевал элем шелковую мантию Серсеи.
— Я не хотел бы вмешиваться, — сказал Джейме, — но, возможно, Трезубец — не самая безопасная для нас дорога.
— Вот и я говорю, — согласился хозяин. — Если вы даже Олений остров минуете, не встретившись с лордом Бериком и его жрецом, остается еще Рубиновый брод. По моим последним сведениям, его держат волки лорда-пиявки, но эта новость уже устарела. Может, теперь там снова львы, или лорд Берик, или кто угодно.
— А может, и никого нет, — вставила Бриенна.
— Если миледи хочет рискнуть головой, чтобы в этом убедиться, я ей мешать не стану... только на вашем месте я бросил бы реку и двигался по суше. Если держаться подальше от больших дорог и прятаться под деревьями ночью... я, конечно, вам все равно не завидую, но авось и проскочите.
Женщина засомневалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
