Читаем без скачивания (Не) Человек-Паук (СИ) - Симович Сим

— Они будут пожирать тебя вечно. Правда, замечательно? Твоя кровь не даст тебе умереть, а их суть не даст им перестать множиться. И самое чудное — тебе от них никогда не избавиться! — Похлопав неудавшегося убийцу по щеке, Норман поднялся, намереваясь переодеться. Настроение было отличным.

***

Минутка саморекламы

Н2О или просто добавь исекая

https://author.today/work/153988

С ним или на нём

https://author.today/work/98591

Глава 33

Медленно спускаясь на стареньком лифте в самую глубь подземного комплекса, я неторопливо размышлял о текущем положение наших дел и признаться дальнейшие перспективы были не самые радужные, если вообще они были впрочем, это шанс проверить всю мощность былого Озкорп и наконец-то расконсервировать все нижние уровни… Что за вздор я несу? Отнюдь! Наша штаб-квартира не только красивая ширма для собственного завода, а ещё и колоссальные производственные мощностя, что укрыты от людских глаз под грудой земли и бетона впрочем, основной слой для защитного покрытия был создан из синтезированного адамантия, да и вышло это не так уж и дорого… Собственно наш продукт и послужил основой для проекта «Бессмертных» государственные структуры решили слегка урезать расходы, и как следствие значительно сэкономить! Страйкер явно не в курсе происхождения столь редкого сплава и всё же к чему я виду? Всё просто: Американцы решились всё же прикрыть столь опасный проект и выживших из первой группы ученых почти не осталось, кто-то методично и плавно зачищает концы обрывая все ниточки к цели впрочем, мы так же как и все остались в весьма значительном минусе и поэтому весь комплекс и был запечатан на долгие годы, а теперь пришло время оживить эту махину!

Озкорп должна возродится под новым брендом и обновленным названием навсегда покинув список неизменных аутсайдеров. Всё это время шла лишь подготовка и всё же я не был уверен в сильной практичности этого шага даже сейчас впрочем, удача любит дерзких. Норман был неплохим управленцем и всё же для лидера было мало лишь этого, Штромм был учёным весьма увлекающимся и всё же учённым! Про остальных и вовсе говорить смысла нет, да и без Октавиуса будет сложнее реанимировать всю индустрию нашей скромной компании или же это всё нивелируют крошки миньоны.

Добравшись до своей лаборатории на минусовом этаже я заметил лишь общее запустение и пыль, что успела украсить каждый дюйм моего исследовательского комплекса. Все помещения напрочь обезлюдели и словно в насмешку копируя атмосферу из дешёвого хоррора я же продолжил свой путь через экспериментальный цех по сборке доработанных прототипов. Голый каркас нового экзоскелета уверенно возвышался на свой обновленной платформе и крепко держал гранатомёт револьверного типа. Потухший визор этой махины лишь грозно смотрел в мою удалявшуюся спину…

Оставив мистера Озборна в компании одной обворожительной мисс и заслуженного выходного я решил проведать с инспекцией подконтрольные мне отделы, и завод в частности! Первый этаж был для опытных образцов и доработки товаров повышенного спроса, как например наш старый-добрый АК или же кибернетические протезы для контрактников на бюджете у различного рода организаций и государств. Чем ещё примечателен минус первый этаж? Пожалуй своим арсеналом и ценником на эксклюзивнейшие игрушки, что и не каждый миллионер в силах купить, что ещё? Мы торгуем оружием, так что и ассортимент весьма специфический… Оружие, роботы и товар сугубо для постоянных клиентов из королевских семей! Вам этого мало? Тогда спускаемся дальше!

Оборвав на долю секунды свой внутренний монолог, я все-таки вспомнил зачем я изначально отправился в свои подземелья. Аккуратненько протерев очередную табличку я победно оскалился «МС + №49», что это значит? Это мой первый миньон! Литера «М» как обозначение вида, а «С» лишь разновидность экспериментального Симбиота и мой личный проект, что касается плюсика то это сугубо доработанный экземпляр по номером сорок девять. Очистив сосуд в виде цилиндра от паутинок и пыли, я хмыкнул активируя подключение всех систем своего детища.

Пора выпускать малыша на свободу. Привычный щелчок, что разносился по залу непривычно оглушительно резал мой слух и слегка нёс дискомфорт… Как же здесь тихо! Впрочем, плевать мне ведь и придётся здесь всё реанимировать, да дела. Серый цилиндр был опутан вязью из маркировки и рун что были знакомы лишь немногих разумным.

Секунда другая и вся вязкая масса начала выбираться наружу следом серебристая моська с интересом рассматривала меня медленно увеличивая свой объём принимая форму ребёнка!

Уютно грохочущий лифт неторопливо погружал меня в лёгкую дрёму сладостных грёз. Звук был был едва различим, а слабые нотки гуляющего сквозняка превращались в затейливый шум незнакомого эха, доносившегося, казалось, отовсюду.

«Пора отдохнуть!» — я зевнул, потирая глаза. Этой ночью пытался уже более тщательно вникнуть в изменения, произошедшие в виду моего отсутствия, и добрый кофе помогал в этом как нельзя лучше, однако и он не всесилен. Парадно вялый, но полный амбиций исследователя, я покинул свой кабинет, ощущая себя вполне сносно, и лишь теперь начинал понимать, насколько это было самообманом.

Прогнав слабое наваждение, я привычно размялся, насколько позволяла недостаточно просторная для подобного рода манёвров коробка. Бросив короткий взгляд на зеркало, невольно отметил, что напоминаю излишне загорелое умертвие, да и в целом видок оказался довольно помятым, что я и начал исправлять.

Спуск проистекал ужасающе медленно, заставляя вести неравную борьбу с Морфием. Голова гудела, перегруженная вставшими передо мной задачами, и хотелось разом вывалить на кого-нибудь всё накопившееся за это время, однако поддержать могло разве что отражение. Не самые радужные мысли, верно? Но я совру себе, если скажу, что собственной компании для счастья мне достаточно. Мне было нужно всё и сразу и, желательно, прямо сейчас. И да, я исключал возможность того, что могу совершать промахи. Продумывал всё досконально, до мельчайших подробностей, чтобы единственный раз забыться, отступив сразу на несколько шагов назад. Но именно они открыли мне глаза на то, что я знаю о наследии Озборна далеко не всё. По сути, только верхи, не имея ни малейшего представления о том, что творится в сердце комплекса, куда я сейчас и направлялся. В один из пасмурных вечеров Норман вскользь задел эту тему, и я по привычке ухватился за его оговорку, раскручивая на весьма любопытные чертежи давно запечатанных уровней былого Озкорп. Мужчина, правда, долго отшучивался, упирая на то, что теперь они не представляют никакой ценности, что показалось мне слегка подозрительным. Я мог бы попытаться надавить, но… мне почему-то не захотелось этого делать. Не то, чтобы восстала из комы совесть. Просто должно было оставаться хоть что-то, мне недоступное. Хоть какой-то намёк на то, что я не бездушная машина с амбициями Бога. Ведь чем больше я приближался к ней, тем более тоскливо становилось на душе. Один против всех — откровенно скучно, ровно так же, как и лёгкие победы. Но и позволять себе проигрыши просто для того, чтобы скрасить досуг, я не собирался.

Медленно, но верно погружаясь в лёгкое подобие медитативного транса, я неожиданно для себя вернулся к мысли о том, что иметь личную армию миньонов отнюдь не будет лишним. И ведь это довольно-таки неплохое решение рабочей силы для экспериментальных цехов. В общем-то, цилиндр с первым из моих будущих «питомцев» находился у меня в руках. Сейчас он проходил финальную стадию обкатки, и если всё пройдёт хорошо, то можно будет подумать о выпуске ограниченной серии.

Я вдохнул едкий воздух, убийственный для обыкновенного человека, но на меня не оказывающий совершенно никакого влияния. Несмотря на свою природу симбиота, я не мог отказаться от некоторых старых привычек, а также до сих пор невовремя забывал о некоторых особенностях своего организма. Всё-таки, людское сознание — вещь исключительная и не поддающаяся нормальной логике. За каждым разом, когда оно начинает казаться примитивным, последует какой-нибудь выверт, что заставит задуматься о ложности данного вывода. Казалось бы, роль неведомой инопланетной жижы должна была подействовать на мозги старого-доброго Михаила Гринберга, однако слишком многое от него осталось. Вопреки бытующему мнению интеллект не гарантирует мудрость, её можно достичь только жизненным опытом, да и эмоции играют в наших поступках не последнее место. Они же, увы и ах, продолжают принадлежать юному студенту, и хоть могу я теперь выглядеть на любой возраст, на который заблагорассудится и приписать в документах любую цифру, на деле мне остаются всё те же «почти двадцать», которые самосознательностью не блистали.