Медленно, отчаянно сопротивляясь самому себе, Ша Мрэль приближал саблю к готовым принять ее рукам палача. И Кареле на мгновение показалось, что каменные ладони начинают дрожать, а мускулы пульсировать и напрягаться… Все-таки он живой, этот камень! Вот-вот он сам выхватит у демона оружие и тогда…
– Стой, Табасх! – Карела бросилась туда, к дальней стене, не помня себя от ужаса. Ей казалось, что уже поздно, что сабля уже легла в каменные руки, и теперь все потеряно…
Демон услышал ее крик и перестал стонать. Переваливаясь на мохнатых ногах, чудовище медленно обернулось… И Карела едва смогла остановиться и сдержать свой порыв. Тот урод, в которого превратился Табасх на горной тропе и который так быстро убежал от нее и Эльриса, был просто милашкой по сравнению с той тварью, которая мрачно и тоскливо взглянула на девушку. Мало того, что роста тварь стала просто громадного, глаза, напоминавшие размером голову новорожденного младенца, были глубоко всунуты в искореженный страшной силой череп. Ноздри вывернулись, рыжая слизь пенилась на их потрескавшихся краях. Огромный язык величиной с бычью ляжку, свисал на плечо и истекал кровавой слюной. Зубы по-прежнему выдавались вперед, но они уже не были редкими и мелкими. Каждый зуб, массивный и острый, мог размозжить голову человеку, и уж попади рука или нога Карелы в эту зловонную пасть, одного движения челюстями было бы вполне достаточно, чтобы изувечить и убить девушку.
Сдавленный рык зародился где-то внутри широкой мощной груди демона. Карела сделала шаг назад, понимая, что если чудовище сделает в ее сторону хотя бы легкое движение, ноги сами унесут ее прочь. Но демон вдруг рухнул на колени и выронил саблю. Вцепившись лапами в шерсть на морде, он закричал, как раненый вепрь, и упал на бок.
– Табасх!.. – Карела уже не знала, слышало ли ее чудовище.
Отвратительная тварь задергалась на полу, и дикие звуки, что вырывались наружу из стиснутых челюстей, неожиданно сложились в невнятную, но все же различимую фразу:
– Беги… отсюда… Беги, Карела… иначе… смерть… Мысли с невероятной быстротой крутились в голове девушки. Демон слышал и понимал ее. И если Ша Мрэль лишь ненадолго смог отсрочить свою смерть, не думая больше ни о чем, кроме исполнения заклятья, стигийский юноша Табасх был все еще в нем, и он все еще, как прежде, заботился о своей подруге.
Сильный удар по шее вывел Карелу из оцепенения. Ловкие цепкие руки впились ей в волосы и кто-то резко дернул ее на пол.
Увидев над собой искаженное яростью бледное лицо колдуньи Михар, Карела наконец поняла, что еще немного, и ее самое большее убьют, а самое меньшее – вышвырнут из храма.
– Убирайся откуда пришла! – прошипела Михар ей в лицо и потянула Карелу за волосы.
Но зря Михар, упоенная близкой победой, стала праздновать ее так рано. Не тратя время на то, чтобы высвободить из пальцев стигийки свои длинные волнистые пряди, Карела протянула руки и ухватилась за прозрачную шелковую накидку, окутывающую костлявые плечи чародейки.
– Это ты убирайся, откуда пришла! – выкрикнула Карела в ответ и добавила: – Оставь Табасха в покое!
– Здесь больше нет Табасха! – злорадно процедила Михар.
Вцепившись в волосы и одежду друг друга, женщины возились на каменном полу, пока Карела, улучив момент, не огляделась и не сообразила, что Михар медленно, но верно увлекает ее туда, где были брошены на войлочной подстилке ее вещи. Что ж, если Михар нужно туда, значит, Кареле туда не нужно.
Царапая и кусая друг друга, женщины дрались с такой съедающей злобой, что казалось, ярость и отчаяние искрами сыплются от них в разные стороны Наверное, самые жестокие и бездушные воины-мужчины не сражаются между собой с такой всепоглощающей ненавистью, с какой пытались уничтожить друг друга две эти женщины, впервые увидевшись.
Очнувшись и подавив в себе растерянность, пережитую в момент внезапного нападения, Карела вновь собрала все свои силы и всю свою злость Она вдруг поняла, что сухая стигийка вряд ли проводила много времени за совершенствованием своих боевых навыков. Даже если Табасх, мужчина, был не совсем уверен, сможет ли он защитить себя, став человеком, можно ли считать серьезным противником эту сушеную воблу до тех пор, пока она не добралась до одного из своих магических амулетов?.. Нет, считать настоящим противником ее было пока нельзя, поэтому, чтобы таковым ее можно было не считать и далее, следовало раз и навсегда лишить ее возможности воспользоваться хоть самым малым ее колдовством.
Почувствовав, что руки стигийки слабеют, Карела нанесла самый резкий и сильный удар, на который была способна в таком состоянии, и рванулась из-под не такого уж и тяжелого тела. Она отпрыгнула в сторону и развернулась.
С яростным криком и проклятиями Михар подскочила, но бросилась не на свою противницу, а к вещам.
Карела прыгнула, пытаясь помешать ей. Уже падая, ей удалось в прыжке ухватить Михар за ногу, и стигийка упала, так и не успев дотянуться до разложенных на войлоке предметов.
Упираясь в войлок локтем, Михар тянула и тянула свободную руку, а Карела так же упорно, изо всех своих сил старалась удержать стигийку.
Но колени Карелы скользили по холодному отполированному полу храма, Михар понемногу, медленно, но все ближе и ближе оказывалась у своей цели. Наконец, пальцы ее коснулись рукоятки кинжала, что оказался к ее руке ближе всех…
Со страшным звериным рычанием Михар резко крутанулась, переворачиваясь на спину и вырывая свои ноги из рук Карелы. Вскочив на колени, она грозно замахнулась кинжалом…
Что-то крепко и больно стиснуло ребра Карелы. Жаром обожгло кожу через ветхую ткань куртки, облако зловонного смрада окутало девушку. Не успела Карела ничего сообразить, как что-то подняло ее в воздух, и кинжал Михар, которым она метила в грудь своей противнице, сверкнул рядом со ступней Карелы, не задев ее.
Взглянув вниз, Карела поняла, что это лохматое чудовище крепко держит ее на весу, высоко подняв над головой. Ша Мрэль схватил ее, как ребенок берет маленькую куколку и так же, как ребенок спасает свою бесценную любимую куклу, выдергивая ее из-под самого носа злобного пса, готового растерзать игрушку, демон выдернул свою подругу из-под кинжала чародейки.
Михар была вне себя от ярости. Не выпуская из рук свое оружие, она набросилась на демона, нанося ему один за другим удары кинжалом.
Взревел демон и, не опуская Карелу вниз, занес ногу… С диким истошным визгом Михар, подброшенная мощной мохнатой лапой, отлетела к стене, ударилась о неровный камень и затихла.
Осторожно наклонившись, демон поставил Карелу на ноги. Девушку зашатало от такой головокружительной смены высоты. Да и мохнач явно не рассчитал свои усилия, когда стремительно подхватывал Карелу с пола. Наверняка он думал, что держит девушку легонько и аккуратно. Но теперь освобожденные от косматых лап ребра сразу же заныли, и Карела невольно опустилась на колени, стараясь справиться с этой неприятной резкой болью, поднимающейся при каждом вздохе. А дышать приходилось часто. От боли потемнело в глазах, и когда Девушка, наконец, смогла сосредоточиться на том, что происходит вокруг, на расстоянии шага прямо перед своим носом она увидела гадкую морду, обдающую ее кошмарным запахом и брызгами пены. Налитые кровью глаза выпучивались, а мясистый язык явно силился что-то сказать.
