— Пойдем же, — повторил маркиз. Виктория повертела головой.
— А что плохого в конюшне? — спросила она достаточно громко, чтобы ее услышала невидимая аудитория.
— Грязь и солома. — Слова звучали отрывисто, словно Синклер говорил, стиснув зубы. — Я уверен, мы сможем поговорить в более комфортабельном месте. Ты расскажешь мне, как провела день…
— Я не хочу разговаривать.
Почувствовав, как заиграли его мускулы, Виктория, подавила усмешку и наклонилась вниз.
— Надо же, в мою туфлю попал камешек.
— Ах ты, маленькая… — начал он, затем остановился. — Домой! Сейчас же!
— Но ты обещал мне еще один урок.
— Думаю, у тебя и так достаточно успехов, Лисичка. — Его руки обняли ее за талию. — В дом, где мы можем не торопиться…
Итак, она сумела возбудить его, но теперь не знала, что делать дальше. Ей определенно не хотелось, чтобы он набросился на нее при посторонних.
Виктория повернулась на каблуках и взглянула ему в лицо.
— Есть две вещи, которые ты можешь показать мне. Одна из них — твои друзья, которые прячутся за теми охапками сена.
Маркиз нахмурился.
— О чем это ты?
— Перестань играть, я не идиотка. — Она показала пальцем в угол конюшни: — Я видела там одного из них.
— Сейчас?
— Да, сейчас.
Он разжал руки и бросился к сену. Пыль взвились в воздух, и кто-то вскрикнул.
Охнув, Виктория схватила грабли и атаковала охапки сена. Она чуть не проткнула незнакомца, которого Син отбросил к двери в конюшню.
— Нет, Виктория! — закричал он. Пронзительно вскрикнув, она сумела повернуть грабли зубцами вверх и ударила парня по плечу толстой ручкой. Его большое, потерявшее равновесие тело, встретившись с граблями, опрокинуло Викторию, и все трое упали на землю, причем она оказалась в самом низу.
— Черт побери, Уолли, слезь с моей жены! — прорычал Синклер, и огромная тяжесть поднялась с ее груди.
Виктория с трудом села, а Синклер встал на колени около нее.
— О Боже, — выдохнула она.
— С тобой все в порядке? — заботливо спросил муж.
— Да, все хорошо.
— Зато со мной не все в порядке, — проговорил незнакомец, заняв сидячее положение и придерживая правую руку левой. — Ты вывихнул мне палец, Син.
— Тебе еще повезло, что не сломал. Тебя же предупреждали, чтобы ты отказался от своих чертовых трюков.
— Я просто…
— Заткнись и жди здесь.
Синклер сгреб Викторию в охапку, встал и, прежде чем она сумела выговорить хоть слово, вышел из конюшни и направился ко входу на кухню позади дома.
— Я себя прекрасно чувствую, правда, — запротестовала она.
Маркиз не отвечал, его лицо побледнело и напряглось, то ли от гнева, то ли от беспокойства или от того и другого сразу. Он бесцеремонно открыл ногой дверь и пронес жену через кухню. Миссис Туодл и ее помощники пораскрывали рты от удивления, и Виктория, слабо улыбнувшись, без всякого энтузиазма помахала им.
— Немедленно пошлите Дженни в спальню леди Олторп! — гаркнул хозяин дома и понес ее вверх по лестнице для прислуги.
— Синклер, это смешно. Я немного испачкалась, но в остальном совершенно здорова.
К счастью, дверь спальни была открыта. Син бережно посадил ее на кровать, затем, подойдя к прикроватной тумбочке, достал оттуда таз для умывания и полотенце. Когда ом смочил угол полотенца и поднес к ее лицу, она поймала его за запястье.
— Прекрати. Лучше поговори со мной.
Маркиз упрямо покачал головой. Освободив свою руку, он выпрямился и начал мерить шагами комнату.
— Ты ведь могла пострадать, — наконец выговорил он.
— Но этого не случилось.
Синклер указал рукой в сторону конюшни.
— Ты видела кого-то и все же флиртовала со мной.
— Я знала, что это был один из твоих…
— Да, один из моих друзей.
Виктория сглотнула. Она не предполагала, что он может быть таким свирепым, потерявшим контроль над собой.
— Извини, я не хотела огорчать тебя. В следующий раз все будет по-другому, обещаю.
— Дело не в этом, — сказал он уже спокойнее. — Если бы не проклятый Уолли, у тебя не было бы второго случая, чтобы сделать правильный вывод.
Виктория пристально посмотрела на него. Синклера огорчило то, что она могла пострадать. Она осторожно коснулась его руки.
— У меня все хорошо, — прошептала она, и непрошеная слезинка скатилась по ее щеке. — Прости. Я не понимала…
Отведя ее руку в сторону, он поднял голову и поцеловал ее.
— Я ни за что не потеряю тебя, — пробормотал он. Виктория обняла его, возвращая поцелуй. Только тут Синклер заметил, что Роман, Дженни, Майло и добрая половина слуг столпились в дверях; но он, казалось, не мог оторваться от жены. Им чертовски повезло сегодня; один из них или оба легко могли расстаться с жизнью. Она могла погибнуть от руки того же убийцы, который разделался с его братом, и он готов был предотвратить это.
С большой неохотой маркиз отпустил жену и встал.
— Дженни, леди Олторп упала.
Горничная торопливо приблизилась.
— Я сейчас же займусь ею.
— Пожалуйста, сделай это. — Бросив последний взгляд на Викторию, Синклер повернулся к двери.
— Син! — окликнул его Роман.
— Пойдем со мной. — Присутствие слуги должно было удержать его от расправы с Уолли, который все еще сидел на стожке сена, бережно придерживая правую руку. Когда Синклер и вслед за ним Роман вошли в конюшню, он вскочил на ноги.
— Я думал, ты знал, — выпалил агент, вспыхнув, — и спрятался только тогда, когда вошла Лисичка, чтобы она не…
— Роман, посмотри, что с его пальцем?
— Слушаюсь.
— Уолли, у тебя должна быть чертовски веская причина, чтобы прийти сюда, потому что, если таковой нет, я отправлю тебя назад на Уэйхаус-стрит разрезанным на кусочки.
— Меня прислал Криспин. — Уолли залез в карман левой рукой. — Вот.
Синклер взял записку и, развернув ее, быстро пробежал глазами, затем, помедлив, перечитал еще раз, скомкал и положил в карман.
— Поскорее уходи отсюда, пока тебя кто-нибудь не заметил.
— Надеюсь, ничего неприятного? — поинтересовался Роман.
— Да. Абсолютно ничего. Пропади все пропадом!
Неудивительно, что Криспин отказался сам доставить записку. Они оправдали Килкерна, но в духе Криспина было провести еще одну-две проверки на всякий случай. И это было в духе Лисички — пойти и навестить графа минут на двадцать, пока его жена отсутствовала. В конце концов, они были друзьями. Неожиданно пришло ощущение, что настало время и ему самому получше познакомиться с графом Кил керном.
Организовать встречу с ним оказалось проще, чем он ожидал. Маркиз знал, что Килкерп являлся завсегдатаем клуба «Уайтс», и, когда он вошел туда в половине одиннадцатого того же вечера, граф был там с лордом Бслтоном, Хеннингом и несколькими другими посетителями
