2 октября в Северодонецке боевиками батальона «Айдар» был похищен депутат Луганского областного совета Павел Малыш[886].
21 октября боевиками батальон «Айдар» был похищен депутат Северодонецкого горсовета Иван Волчков. Он был обнаружен и передан украинским властям только 3 ноября после обращения назначенного Киевом губернатора Луганской области Геннадия Москаля к министру обороны Украины Степану Полтораку[887].
4. Преступления в период гражданской войны на Юго-Востоке Украины
29 октября назначенный киевской властью губернатор Луганской области Геннадий Москаль признался в том, что к нему ежедневно поступает множество жалоб от населения о незаконных задержаниях граждан со стороны военнослужащих и СБУ. По сообщениям местных жителей, в городах Лисичанске, Северодонецке, Рубежное ежедневно пропадают десятки людей. По их словам, далеко не все граждане осмеливаются сообщать об этом областному руководству, опасаясь мести со стороны украинских силовиков[888].
4 ноября в Кременчуге активисты Майдана похитили одного из лидеров кременчугского «Правого сектора», бойца батальона «Азов» Максима Левчука. Лидер «Правого сектора — Полтавщина» Иван Балацкий сообщил, что Левчука похитили активисты местного Майдана. «Его силой затолкали в микроавтобус, принадлежащий одному из активистов Майдана Кириллу Климчуку. Это видел наш сотрудник. Они хотели и его туда закинуть, но он убежал и сообщил об этом нам», — рассказал Балацкий[889].
20 ноября 7 человек были незаконно задержаны бойцами батальона «Айдар» в Луганской области. Вооруженные автоматами «айдаровцы» среди бела дня задерживали на улицах людей и вывозили в неизвестном направлении. Семеро задержанных были позднее обнаружены в расположении части В0624 (батальон «Айдар»), а именно: частный предприниматель Ферт, которого задержали на Центральном рынке Северодонецка 11 ноября; предприниматель Франчук, задержан в Се-веродонецке 9 ноября; жители Старобельского района Гузев и Червяков, задержаны 15 ноября, а также трое работников УМВД в Луганской области, задержаны в Старобельском районе 15 ноября. Губернатор Луганской области Геннадий Москаль добился освобождения всех задержанных и сообщил о незаконных задержаниях министру обороны[890].
4.1.1.3. Пытки военнопленных и задержанных гражданских лиц: свидетельства очевидцев
В ноябре 2014 г. Фонд исследования проблем демократии обнародовал доклад «Военные преступления украинских силовиков: пытки и бесчеловечное обращение с жителями Донбасса», основанный на материалах опросов примерно 100 человек, осенью 2014 г. переданных украинскими силовиками ополченцам в рамках обмена пленными[891]. Свидетельства удерживавшихся украинскими силовиками ополченцев и гражданских лиц говорят о том, что практика пыток и издевательств над задержанными носит систематический и масштабный характер.
Украинскими силовиками создана целая система незаконных мест содержания под стражей. Задержанные без соблюдения каких-либо законных процедур люди содержатся в местах дислокации боевых подразделений в зоне АТО; более крупные места незаконного содержания под стражей созданы украинскими силовиками в аэропортах городов Краматорск и Мариуполь, в Изюме, а также за пределами зоны АТО — на полигоне батальона «Днепр-1» под Днепропетровском. Попавшие в эти места заключения задержанные подвергаются систематическим пыткам и издевательствам; украинские силовики оказываются полными хозяевами жизни и смерти своих жертв. Только в случае передачи задержанных в руки СБУ жертвы украинских силовиков получают медицинскую помощь. Однако в следственных изоляторах СБУ также практикуются избиения и пытки. Также практикуется захват родных задержанных и применение по отношению к ним пыток.
Ниже приводятся наиболее показательные рассказы жертв украинских силовиков, зафиксированные в докладе Фонда исследования проблем демократии.
«Нас захватили около Луганска, отвезли на площадку вертолетную, потом перебросили вертолетом на другую площадку. Оттуда поместили нас в яму, моему товарищу Александру больше доставалось, ввиду того, что при приемке ему сломали нос, били прикладом по голове, разбили голову, сломали челюсть. Потом нас снова перегрузили в вертолет — и в Краматорск. В Краматорске, естественно, снова в ямы, скованные в наручниках, подвешивали цепями кверху и избивали. Потом перевезли в город Изюм, отвели в подвал, мешок на голове, пристегнули наручниками к батарее, растянули на растяжку. Руки онемели, так как это продолжалось в течение трех дней. Отвезли в СБУ, там уже все это сняли, перевязали и обработали руки. Потом нас обменяли».
(Сергей Черныш, ополченец)
«Мы попали на засаду, нас захватила Национальная гвардия. Трое суток над нами издевались, без перерыва, били, жгли, вешали. Меня жгли, я так понял, что горелкой, мешок был на голове. Меня подвешивали за руки, еще даже не зажили шрамы, правая рука — немая, я ее не чувствую. Ребра еще болят. Избивали ногами, сзади руки пристегивали, привязывали к пальцам кольцо гранаты, и надо было сидеть. Если пошевельнусь, то, само собой, выдергиваешь чеку. Нужно было сидеть ночь, чтобы не шевелиться, потому что выдернешь чеку. Приходилось сидеть, хотя иногда хотелось даже вырвать. Просили застрелить, но они говорили, что это легкая смерть, хотя не один раз ставили к стенке, приставляли пистолет к голове, нажимали на курок, это просто щелчок был, выстрела не было. Некоторые просили даже, чтобы пристрелили, чтобы не мучили. Но они говорили, что для нас это легкая смерть, что мы нелюди, что предали свою страну. Это не люди вообще, это звери».
(Александр Пискунов, ополченец)
«Нас задержали на блокпосту. Сначала нас не били, потом приехали люди из какого-то карательного батальона, началось сразу же избиение. Рассекли губу, прыгали на грудной клетке, прыгали на спине, били прикладами и били стволами автоматов по позвоночнику. Нас троих связали, набросили мешки, погрузили в БТР, пятерых товарищей расстреляли на блокпосту. Нас привезли в расположение, и избиение продолжилось, обливали водой. Вечером посадили в какой-то сарай, потом еще одного товарища посадили со мной же. Третьего товарища на улице пытали. Ему разбили кувалдой пальцы ног, обливали холодной водой ночью. Утром нас погрузили в автомобиль, при этом набросив мешки и связав скотчем глаза. Привезли в какое-то место, где избиение продолжилось, то есть избивали по нескольку человек. Били резиновым шлангом по спине. Потом загрузили опять в машину, привезли в штаб в городе Краматорск, где избиение продолжилось. Били группой в три-четыре человека, били электрошоком, ставили на колени в мешке, стреляли возле уха. Потом пришел их командир, забрал нас всех и посадил нас в яму на цепь, надели наручники. Сидеть я не мог, стоять я не мог, то есть я висел на этой цепи, потому что у меня были сломаны ребра и пальцы рук».
(Олег Фурман, ополченец)
«Ворвались в дом, связали руки фиксирующей пластмассовой лентой и уложили в микроавтобус, порядка двух часов везли. Вывели из микроавтобуса, и я услышал, что кого-то проводят рядышком и по отношению к этому человеку они очень негативно настроены. Кричали, угрожали, я услышал выстрел. И звук падающего тела. Потом я услышал: “Что вырыл такую маленькую яму?” Меня привели в подвал, усадили на ступени, пристегнули наручником заднюю руку к трубе. Минут через пятнадцать я услышал, что выводили еще какого-то человека, тоже на него кричали, угрожали в этом плане, и опять я услышал выстрелы. И опять звук падающего тела. После чего ко мне периодически заходили и избивали ногами, кулаками в область головы, тела. Облили водой, привязали колени к руке, разули, и один контакт был на руке, другой на ноге. В течение всего этого времени, где-то ориентировочно часов с 12, точно не помню, до вечера следующего дня, ориентировочно часов до 17–18, и в течение всего этого промежутка были допросы, были пытки. Мне присоединили провода от аккумулятора к руке, облили водой и били током. Я терял сознание, как только отойду, они обливают водой и через время опять допрашивают. Еще помню, как привели меня на допрос, вложили гранату и зажали. Я так понял, для оставления отпечатков на ней, после чего с меня сняли шапку и начали допрос».
(Александр Своеволии, ополченец)
«Меня взяли в плен 5 июля 2014 года. Пока везли в машине, меня избивали. По прибытии кинули в яму. На допросе руки были связаны, били, хотели прострелить колено. Потом положили меня под БТР и пытались переехать. Пугали так. Вытащили, побили, я потерял сознание. Кинули в яму с отходами, стреляли рядом, потом вытащили и продолжили допрос. В процессе него я много раз терял сознание. Потом мы провели ночь в яме, под дождем. Нас погрузили и отвезли в СБУ. Там нас избивали, угрожали расправой с семьей. После этого отвезли в СИЗО, там провели осмотр, после этого не трогали».
