— Если ты оглушил его и связал, приятель, тем хуже для тебя.
— Да нет! Он очень охотно, по доброй воле отправился туда.
— Ладно, расследуем все, когда вернем его.
Она рассуждала бы и дальше, но в этот момент кто-то заорал у входа:
— Черт подери!
Сенатор Опэл в багрово-лиловом халате, точь-в-точь под цвет лица, в ужасе уставился на сборище. Как человеку умному, ему не было нужды расспрашивать, что произошло. Неверной походкой он вошел в зал, и мисс Путнэм пронзительно вскрикнула:
— Уйди, болван! Цель загораживаешь!
Однако было уже поздно. Сенатор, оказавшись на линии огня, заслонил цель, а Карлайл был весьма смекалист.
О том, что произошло в следующие несколько секунд, рассказчик заставляет себя писать очень неохотно. На всем протяжении этой хроники он всячески старался подчеркнуть необыкновенное джентльменство Гордона Карлайла, но сейчас поведение этого джентльмена упало ниже всяких стандартов. Увидев посланного небом сенатора между ним и грозным врагом, тот явно деградировал.
Метнувшись вперед, он схватил Джейн и, прикрываясь ею, как щитом, бросился к окну, а достигнув окна, швырнул ее на приближающуюся мисс Путнэм с такой силой и меткостью, что опытная сыщица рухнула, точно ее ударили боевым топором. Задолго до того, как ей удалось подняться на ноги, окно захлопнулось и послышался слабый шум, знаменующий падение тяжелого тела.
Мисс Путнэм сделала что могла. При исполнении долга служащие агентства Джеймса Б. Флаэрти не щадят себя. Снова открылось и захлопнулось окно. На этот раз из ночи Донеслись выстрелы и одновременно взревел мотор машины.
Сыщица вернулась в комнату, чуть поникшая.
— Удрали!
Но внимание ее тотчас привлекло то, что за время ее отсутствия, видимо, разразился скандал. Пэки стоял на том же месте, где она его оставила, но теперь рядом суетилась миссис Гедж, дергавшая его за руку. Дополнительную живость сцене придавало то, что сенатор Опэл, в свою очередь, тянул за руку миссис Гедж, стараясь ее оттащить.
— На помощь! — закричала миссис Гедж, завидя союзницу. — Он его ест!
— Кого? — растерялась мисс Путнэм.
— Не суетитесь! — весело воскликнул сенатор. — Уже съел! — И, схватив Пэки за руку, горячо потряс ее.
— Съел, а?
— Доглатываю последний кусочек! — заверил Пэки. — В жизни таких вкусных писем не едал!
— Великолепно, мой мальчик!
— Пэки, вы — чудо! — сказала Джейн.
— Извините, — повернулся Пэки к миссис Гедж, — нельзя ли стаканчик воды?
Миссис Гедж взяла себя в руки. Она стояла, точно изваяние неумолимой Судьбы.
— Послушайте, что все-таки происходит? — осведомилась мисс Путнэм.
— Он съел письмо сенатора Опэла.
— Вот как? Приятель, ты, видно, очень любишь неприятности! — Она пронзила Пэки суровым взглядом. — Так и напрашиваешься!
И снова ей пришлось прервать речь; она углядела новых действующих лиц. В дверях набилась целая толпа, взирающая на события, среди них — дворецкий, кухарка и целый полк прислуги помельче рангом. Нельзя же палить из револьвера в загородном доме в глухую полночь, не перебудоражив всю прислугу!
— Все — вон! — раздраженно скомандовала мисс Путнэм. Она всегда была против присутствия посторонней публики в таких случаях. — Вам что тут, цирк?
И временно удалилась из центра боевых действий. Голос ее доносился сначала из коридора, потом — с лестницы; она теснила сопротивляющуюся толпу.
Глаза миссис Гедж смотрели жестко, губы дрожали.
— Вы еще пожалеете, — вскричала она.
— Нет-нет, — скорректировал сенатор Опэл ее взгляд на ситуацию. — Я рад.
— Недолго вам радоваться. Предоставляю вам выбор. Или вы делаете моего мужа послом во Франции, или этот субъект и ваша дочка отправятся в тюрьму! Решайте побыстрее!
— Мисс Опэл тут совершенно ни при чем! — тотчас вмешался Пэки. — Она прибежала сюда только потому, что услышала шум.
— Ничего подобного? — возразила Джейн. — Я с вами пришла!
— Ну, что же это вы! — упрекнул ее Пэки. — Зачем вы это сказали?
— А вы думали, я все взвалю на вас? Думали, я вас брошу?
— Да, но…
— Ну, как? — поторопила миссис Гедж.
Под кроватью что-то заворочалось. Появилась голова в шишках, а следом — массивное тело. Суп Слаттери возвращался к людям.
— Ух ты! — Он медленно поднялся на ноги и задумчиво ощупал череп.
Тут до него дошло, что в комнате он не один. Он огляделся туманным взором. Взгляд его упал на миссис Гедж, и он попятился к сейфу.
В манере миссис Гедж внимательный наблюдатель мог бы отметить оцепенение. Жесткость ее объяснялась уже не праведным гневом. Она застыла, как парализованная, точно увидела привидение.
Дважды рот у Супа открывался, и дважды он не сумел издать ни звука. На третий раз ему повезло больше.
— Джулия! — выдохнул он.
Мисс Путнэм вернулась в зал, играя револьвером, точно тросточкой. Она приостановилась, улыбка осветила ее лицо.
— Собственной персоной! Так я и думала! А мы, мистер Слаттери, поджидали вас!
6
Такая реплика взывала к ответу, но Суп Слаттери молчал в глубоком изумлении.
— Джулия! — повторил он. — Джулия! Как ты-то тут оказалась!
Мисс Путнэм слова его показались сущей ерундой.
— Меня зовут не Джулия! — отрывисто бросила она.
Но Пэки понял все.
— Правильно. А вот ее зовут Джулия! — указал он на миссис Гедж. — Наш мистер Слаттери рассказывал мне про нее. Леди и джентльмены! Разрешите представить вам утраченную Джулию, лучшую сообщницу, какая только бывала у взломщика сейфов!
— Что ты там несешь? — вопросила мисс Путнэм.
— Несу? Ну, нет! Если это действительно та Джулия… а это она?
— Точно она, — заверил Слаттери. — Джулия, как ты тут оказалась?
— …то долгие годы она была напарницей Супа. Набивалась на приглашения во всякие шикарные дома, у нее ведь есть класс. Если сейф стоял в дамской спальне, она проскальзывала туда первой и прижимала губку с хлороформом к носу хозяйки, так что когда появлялся Слаттери, все уже было в порядке! Но в конце концов она удрала от него и вон куда прибежала! Леди и джентльмены! Познакомьтесь с миссис Гедж многоликой! Я прав, мистер Слаттери?
— А то!
Взломщик сейфов все еще пребывал в дурмане, но это не помешало ему проявить любезность и галантность.
— А ты, Джулия, ни капельки не изменилась! Не постарела ничуть! Ни на денек!
Комплимент был вполне заслуженный, потому что в данный момент миссис Гедж выглядела и не лучшим образом, но и вправду была на редкость привлекательна. Однако комплимента она не оценила. Лицо у нее перекосилось, глаза сверкнули зловещим светом, пальцы сжались в кулаки.
— Олух несчастный! — выговорила она. — По стенке б тебя размазала!
Для мисс Путнэм, задумчиво за ней наблюдавшей, эти слова значили многое, словно лакировка, которую Пэки, не найдя более подходящего словечка, называл «классом», вдруг слетела с миссис Гедж, словно покров. Сомневающаяся прежде сыщица поверила в правдивость Супа.
— Прости, Джулия, — забеспокоился он, — если причинил тебе неприятности!
— Ничего подобного! — разуверил его Пэки. — Ты спас ситуацию! Принес добрые вести из Аахена в Гент. Сомневаюсь, что теперь наша хозяйка осуществит свой замысел арестовать нас всех за взлом.
— Да, миссис Г., — кивнула мисс Путнэм. — Лучше уж оставьте эту идею. У них против вас есть все компрометирующие сведения. Теперь мне понятно, почему вы так занервничали, когда я сообщила, что Суп Слаттери в городке по соседству.
Сенатор Опэл выступил вперед, словно человек, намеревающийся даровать городу свободу.
— Я хочу, мистер Слаттери, пожать вашу руку!
— Вон как? — Бросил на него недобрый взгляд Слаттери и спрятал руки за спину.
Память у взломщиков долгая.
— Что ж, — с сожалением произнесла мисс Путнэм, надеявшаяся, что не так закончится эта ночь, — вижу, все вы старые друзья. Мне тут делать больше нечего, а потому отправляюсь в постель досыпать.
И она грустно направилась к двери, а дойдя, обернулась на прощание, чтобы поделиться житейской мудростью:
— Вот что получается, миссис Г., когда у человека есть прошлое. Никому не приносит добра, прошлое это. Никогда не знаешь, когда оно выскочит! А я-то еще распиналась перед вами, объясняла, кто это — сообщник в доме! Ладно, доброй вам ночи. — И мисс Путнэм удалилась со сцены, разочарованная, печальная.
После ее ухода на несколько минут воцарилось молчание.
— Что ж… — начал Суп, и то, что он намеревался произнести прощальную речь, доказывало его движение к окну.
— Вот именно! Убирайся отсюда! — воскликнула миссис Гедж.
Он уже ухватил рукой штору, но тут замер.
— Значит, бросила ты меня, Джулия, чтобы выйти за богатого? Не говорю, что ты совсем уж не права. Сейфы — это для простаков, много от них не получишь. Я и сам ухожу от дел. Думаю купить ферму. Прощай!
