– Шёл бы ты отсюда.
– Не могу, – усмехнулся и покачал головой. Бросил на меня какой-то жадный, порочный взгляд и задумчиво прикусил нижнюю губу. Внутри я вся полыхала и готова была отдаться любимому мужчине здесь и сейчас, но голос разума упрямо нашептывал, что ничем хорошим наша сладкая, запретная связь точно не закончится. Конкретно для меня.
– Всё, хватит. Давай не надо, – мазанула по его лицу равнодушно и устало вздохнула. – Не до тебя сейчас, Адьярен.
– Надо! – смял мои губы поцелуем и прошептал, глядя глаза в глаза. – Супружеский долг – это святое. Будь хорошей девочкой, иначе штрафные санкции начнутся.
Чего-чего? Какие такие штрафные санкции? Совсем у Владыки мозг потек там?
– Люц….
Знаете, очень сложно сопротивляться, когда тебя так целуют! Без шансов, в общем. Одной рукой перехватил за шею, всем своим телом прижимает к кровати, второй обхватил за бедро и вынудил закинуть ногу ему на пояс. Губы ласкают шею, плечи, опускаются всё ниже и ниже, исследуя самые беззащитные и известные ему одному слабые места. С моих губ срывается стон и я впиваюсь зубами в собственную ладонь, чтобы детей не разбудить. Да пусть уже делает это быстрее, я так больше не могу!
Но Люциан, словно издевается, испытывает на прочность и не спешить дать то, о чем мы оба мечтаем. Горячая волна накрывает меня с головой, жар сладкой болью вибрирует внизу живота, сознание окончательно затуманивается, и я погружаюсь целиком и полностью в бездну умопомрачительного, томительного удовольствия. Господи, да так просто не бывает на свете! Слишком прекрасно … слишком …
Почти нежные поцелуй в щеку, губами собирает слезинки с моего лица. Обалдеть! Вот никогда такого не было, чтобы от кайфа плакала! Любил бы он еще меня, цены точно не было невозможному и обнаглевшему в край мужику. И от этого почему-то стало слишком горько на душе, тоскливо. Всё моё существо заполнила какая-то мрачная, пугающая до дрожи обреченность.
Объятия Люциана убаюкивают, глаза безнадежно слипаются. Слышу, как сильно стучит его сердце и окончательно позволяю провалиться себе в сон. Пусть, это ошибка! Подумаю обо всём завтра … возможно.
– Ну, что? Вы закончили? – раздался тихий женский голос и я невольно приоткрыла глаза. Люциан зло пялился в темноту, а потом одним щелчком пальцев включил свет. – Уже думала, до рассвета друг от друга не отлепитесь.
Святые единороги! Она совсем чумная?
– Ты ненормальная? – Люциан взъерошил себе волосы и откинулся на мягкие подушки, привлекая меня к себе. Даже заботливо одеялом прикрыл. Не мужик, а мечта, ё-моё!
– Поговорить надо, – Ларана нагло уселась на кровать рядом со мной и зачем-то подмигнула, словно у нас с ней какая-то общая тайна есть. – Очень важный разговор. До утра не терпит. Мои хорошие, дела обстоят следующим образом … страшно говорить, но я вынуждена встать на вашу сторону.
– Что? – я недоверчиво посмотрела на девушку. – Кто тебе поверит, интересно?
– Я полагаю, ведьма Темнолесья тоже не в самом хорошем положении. Не правда ли? – Ларана громко рассмеялась.
– Если вам двоим нужно побеседовать, то идите в другое место. Разбудите детей …
– Племяшки чудные, – девушка улыбнулась, театрально всплеснув руками. – Как назвали? Впрочем, не до обмена любезностями. Я помогу вам – вы мне. Хороший план?
– Плохой, – холодно отрезал Люциан и я ошарашенно посмотрела на уже одетого мужа. – У меня есть получше, сестра. Отправлю тебя обратно на Землю, где ты и должна отбывать своё наказание.
Всего несколько секунд и спальню уже залило кровавое марево портала. Владыка уверенно направился к Ларане, но она самым невероятным образом оказалась за моей спиной. И всё бы ничего, но острое лезвие, прижимающиеся к шее очень сильно напрягало. Ну, начинается! Выспалась, блин!
– Убери нож, – холодно процедил сквозь зубы Люциан.
– Да пожалуйста, – тут же ответила девушка. – Но для начала ты закроешь портал. Потом я уйду. И это тело совсем не пострадает.
Ага-ага! Раскатала губу!
– Ларана! – кричит муж и делает несколько шагов вперед. Из детской доносится плач. Рука Лараны едва заметно дрогнула, и я почему-то знала, что она меня не тронет.
Ну, шестым чувством назовите или еще как. Да только кажется, она всего лишь шантажирует Люциана. На Землю не хочет. Не хочется признавать, но я ее прекрасно понимаю. Жить без магии это как дышать, но ничего не чувствовать …
Люциан смотрит на нас долго-долго, потом молча убирает переход и кивком указывает Ларане на выход. Та времени зря не теряет и вот мы уже слышим громкий стук каблуков, когда она сбегает вниз по лестнице.
– Всё в порядке? – пальцы нежно-нежно проводят по шее.
– Ага, – хмыкнула и завернувшись в одеяло, сползла с кровати. Двойняшек надо проверить, разбудили всё-таки, ироды окаянные! – Она же тебя развела, как пятилетнего. В курсе?
– А то, – усмехнулся Люциан и направился следом за мной. – Ты имена детям придумала?
– Вас ждала, папа. Вы у нас шибко заняты были. И сейчас уедете дела свои важные решать, за сестрами злодейскими охотиться, всё остальное.
– Спасибо за это, – он благодарно улыбается и у меня аж в груди болезненно ноет. А ну-ка прекращай, мать! – Василиса, давай попробуем провести вместе этот день … ради детей.
– Ради детей? – переспросила и задумчиво прикусила нижнюю губу. – Хорошо. Им нужен отец.
Боже мой, мне одной кажется, что это плохо закончится?
Глава 23
Святые единороги! Ну что за дела, а? Как дети маленькие, честное слово!
Напомню, Люциан предложил мне попробовать провести этот день вместе ради наших детей. А для счастья малышей я на всё готова. Тем более, факт остается фактом – он отец моих крошек и имеет полное право находиться рядом с ними хоть двадцать четыре на семь. Пусть и, между нами слишком много лжи, предательства и взаимных обид, двойняшки ни в чём не виноваты. У них должна быть нормальная, счастливая семья, в которой их родители хотя бы находят силы разговаривать друг с другом. Рановато Василиса Батьковна топор войны зарыла? Вот и фамильяр так думает!
Сцепились они ни на шутку. Чамер, видно, решил выгнать Владыку во что бы то ни стало. Алё, дети спят вообще-то! Пришлось кота силой оттаскивать, дабы кухню никто мне не
