разводом тоже торопиться не могу, иначе потеряю половину имущества своей семьи. Об этом гласит главный пункт потерянного контракта. Когда-то он был выгоден именно нам, потому что у Кузнецовых капитал гораздо мощнее. И после слияния все делилось бы поровну. А сейчас я женат непонятно на ком. И все у нас с ней… общее.
Черт!
Неужели семья Петровских пытается выйти на мою непутевую женушку раньше меня? Явно не для того, чтобы помочь…
«Держи в курсе», - отправляю приказ.
Раздраженный и взбудораженный, отпустив Леру в кафе, лишь бы не липла ко мне больше, сам я иду за горе-нянькой. Это был первый и последний раз, когда я выехал с этим бабским табором за покупками. В следующий – отправлю кого-нибудь из охраны. А лучше… вовсе никуда не отпущу. Дома пусть бестолковая девочка сидит.
Мало того, что из-за жены проблем куча, так еще и Леся дополнительных добавляет. И отвлекает сильно…
- Али-ик, - вопит Аленка, стоит мне перешагнуть порог магазина.
Пока сестренка мчится ко мне, я машинально врезаюсь взглядом в Лесю. Опять натворила что-то? Или в беду вляпалась?
Руки невольно в кулаки сжимаются, а из груди вырывается сдавленный рык.
Как же достала! Что на этот раз?
Успеваю заметить мужскую фигуру, которая мгновенно скрывается за дверью кабинета. При этом так торопится и хлопает дверью, что кудряшки несносной няньки взлетают от порыва воздуха, а грохот полотна и скрип петель разносится на весь магазин. Морщусь, но Леся не шевелится даже, словно хрустальная статуэтка. Кажется, и не дышит. Только глазищами своими огромными меня буравит.
Остается на месте, пока Алена берет меня за руку и тянет к ней.
- Что случилось? – цежу тихо.
- К Лесе мужик какой-то пристал, но я ее отбила, - бесхитростно выдает она. Тем временем нянька, будто очнувшись от слов своей подопечной, пятится к двери. – А ты где так долго был? Бросил нас, - фыркает малышка.
Отпускаю сестру, подлетаю к Лесе и, приблизившись вплотную, протягиваю ладонь к ручке двери. Дергаю, но та не поддается. Заперся, трус. С чего бы это?
Прищурившись, смотрю на испуганного олененка, что шумно дышит мне куда-то в грудь.
- Кто это был? – сурово спрашиваю, будто муж, вернувшийся из командировки. Только вместо шкафа у меня чей-то кабинет, где я любовника найти пытаюсь. – Директор Коваленко А. А. – читаю фамилию на табличке. – Ради него ты нас всех сюда потащила?
Вот какого хрена меня это должно интересовать? Мало ли с каким мужиком нянька здесь увиделась. Может, друг. Или брат. Не будет же она знакомиться и заигрывать с кем попало. Замужняя все-таки, что тоже меня почему-то бесит.
Однако сбежал «родственничек» подозрительно быстро.
Еще раз толкаю запертую дверь. Тщетно.
- Нет же! – топает ножкой Леся и попадает каблуком мне в туфель. Цокаю недовольно, а она бровки сводит виновато. – Знакомый просто. Случайно встретились, - пушистые, красиво загнутые ресницы опускает, пряча глаза.
- Он сказал, что хочет нашу Лесю развести! – ябедничает Аленка, заметно расстроенная ситуацией. И я напрягаюсь.
- А? – распахивает губки Леся. Так и застывает.
С трудом отрываю взгляд от милого личика, скольжу опять по табличке.
Коваленко.
Хмыкаю, задумавшись, какая у девочки фамилия? Тоже на «К» - это все, что я смог рассмотреть в ее разрисованном паспорте. А дальше… «Лучшая няня» и прочие глупости.
- Муж твой, что ли? – киваю на дверь. Она по-прежнему закрыта, а вот ротик Леси распахивается еще шире, рисуя весьма эротичную букву «О». - Разводитесь? – изгибаю бровь. Поднимаю руку к ее лицу, согнутым пальцем подпираю остренький подбородок, нажимаю, закрывая ей рот.
Нянька делает неопределенные движения головой, дышит тяжело, будто у нее приступ удушья. Ладонью на себя машет. И я отхожу, чтобы не давить на нее своей близостью.
Видимо, у девочки личные проблемы, поэтому и пришла работать к нам. А я еще понять не мог, как муж мог молодую и такую симпатичную жену отпустить в чужой дом. Позволил жить черте где, ночевать отдельно.
Теперь все ясно. Разводятся.
Неудивительно, я бы такую тоже не выдержал.
- Я плачу тебе зарплату за то, чтобы ты за Аленкой присматривала, а не личную жизнь строила, ясно? – неожиданно сам для себя срываюсь на рык.
И с чего бы мне злиться? Ну, пересеклась с мужем, имеет право. Тем более, тот ее бросает. Тогда почему мне так хочется взломать эту хлипкую дверь и начистить чайник мужику, которого заочно ненавижу?
- А вы пока что мне ни рубля не заплатили. Я в долг работаю, можно сказать, - дерзит она, раздражая сильнее.
Делаю шаг назад. От греха!
После так называемой «свадьбы» безумным стал! Нервы коту под хвост!
- В убыток ты работаешь! Один ущерб от тебя. Материальный и моральный, – шиплю зло. – Выбрала машинку? Ты мое время тратишь. Хотя бы представляешь, сколько оно стоит? – все же выплескиваю агрессию.
Леся складывает руки на груди, приподнимая и подчеркивая ее. Сжимает губы, привлекая к ним лишнее внимание. И едва глаза не закатывает.
Но молчит хотя бы.
- Я покажу! – хватает меня Аленка и тащит куда-то. – Вот эту купи! – показывает на одну из машинок, в которых я нифига не разбираюсь. – Ты же можешь, да? А то Леся тебя бережет, - по-детски наивно выпаливает она.
- Как это? – усмехаюсь я, расслабляясь рядом с сестренкой, и подзываю продавца.
Девушка чересчур старается. Видимо, новенькая здесь, а еще сразу узнала, кто я. По поведению подобострастному заметно.
Прошу ее упаковать нам нужную машинку, но сам то дело посматриваю на няньку. Она переминается с ноги на ногу, заглядывает через мое плечо. Возразить что-то хочет, но вместо этого губы кусает. Будто сама с собой борется. Но я же вижу, как глаза сияют. Точно как в магазине одежды, когда она изучала вещи себе не по карману.
Никогда не видел, чтобы девчонка горела так из-за какой-то машинки. Не понять мне ее. Непредсказуемая. Загадка-неудачница.
- Леся экономит твои деньги, потому что она… - договорить Аленка не успевает, потому что нянька вдруг притягивает ее к себе и обнимает.
А сама улыбается мне натянуто.
