Паг ничего не сказал. Он стал на колени, обхватил Лалилу своими длинными руками и перевернул.
— Что с Лалилой? — спросил Ви, не обращая внимания на эти речи.
— Успокойся, — ответил Паг. — Она потеряла много крови, но рана, очевидно, не глубокая. Плащ задержал стрелу. Если только острие не отравлено, Лалила выживет. Постойте оба здесь и последите за ней.
Он торопливо заковылял к росшим на берегу кустам и стал шарить в них. Наконец он нашел нужное ему растение, сорвал с него несколько листьев и принялся жевать их. Вернулся, вынул зеленую массу изо рта и часть наложил на рану Лалилы, а часть на рану Моананги.
— Жжет! — заверещал Моананга.
— Да, выжигает яд и останавливает кровь, — пояснил Паг и накрыл Лалилу плащом.
Тут Ви, очевидно, пришел в себя после забытья. Он наклонился, поднял Лалилу на руки, точно ребенка, и понес ее к пещере, сопровождаемый Пагом, Моанангой и немалым количеством людей племени, которые размахивали копьями и радостно кричали.
В то же время из лесу стали выходить женщины. Спрятавшись в лесу, самые молодые и энергичные женщины немедленно влезли на деревья и издали следили за ходом боя. Как только выяснилось, что Рыжие Бороды прогнаны, все женщины бросились к хижинам, оставив стариков и детей позади. Первым добежал Фо.
— Отец! — сердито закричал он. — Разве я ребенок, чтобы женщины тащили меня в лес в то время, когда ты сражаешься?
— Тише, — сказал Ви, кивком головы указывая на свою ношу. — Тише, сын мой. Об этом мы поговорим потом.
Затем появилась Аака. Лицо ее было спокойно и надменно. Впрочем, если говорить правду, она бежала не медленнее, чем все остальные.
— Привет, о муж мой, — сказала она. — Говорят, ты победил врагов. Правда это?
— Кажется, так. Во всяком случае, они побеждены. Подробности я расскажу тебе позже.
Он хотел пройти, но она преградила ему дорогу.
— Если Морская Колдунья убита за измену, почему же ты несешь ее на руках? — спросила она.
Ви не отвечал, потому что гнев сковал ему язык. Вместо него, хрипло рассмеявшись, ответил Паг.
— Ты метила в ястреба, а попала в голубку, Аака. Морская Колдунья спасла жизнь Ви, заслонив его от копья, которое убило бы его.
— Этого можно было ожидать, раз она вечно бывает там, где не требуется. Что она делала среди мужчин, когда должна была быть с нами?
— Не знаю. Знаю только, что она отдала свою жизнь, для того чтобы спасти жизнь Ви.
— Так ли это, Паг? В таком случае он должен постараться спасти ее жизнь. Я отправляюсь ухаживать за ранеными нашего племени. Идем, Тана, рана Моананги перевязана, и мы здесь не нужны.
И она медленно ушла.
Но Тана за ней не последовала, так как хотела узнать все подробности о Лалиле, а также убедиться в том, что Моананга в полной безопасности.
* * *
Ви внес Лалилу в пещеру и уложил на подстилку из водорослей. Тана увела с собой Моанангу, а Паг ушел, чтобы приготовить укрепляющее питье для Лалилы.
Ви и Лалила как будто бы остались одни. В действительности же смотревшие за девочками женщины попрятались по темным углам пещеры. Ви покрыл Лалилу мехами, взял ее руку и стал растирать ее.
Лалила пришла в себя от тепла и стала говорить точно в бреду:
— Как раз вовремя! Вот летела стрела, и я загородила ей дорогу. Если я спасла его, все хорошо! Кому нужна жизнь чужестранки? Даже ему не нужна она.
Она открыла глаза и при свете костра увидела глядевшего на нее Ви.
— Я еще жива? — пробормотала она. — Ты жив, Ви?
Ви не отвечал. Он только наклонился и поцеловал ее в губы. Хотя Лалила была слаба, она ответила на его поцелуй, затем отвернулась и хотела заснуть. Но Ви продолжал целовать ее, пока не вошел Паг с питьем, а следом за ним не вышли из темных углов женщины и дети.
Лалила выпила укрепляющее питье и заснула глубоким и ровным сном. Ви следил за ней и внезапно обернулся; у огня стояла Аака и внимательно разглядывала мужа.
— Значит, колдунья жива, — произнесла она тихо и медленно. — Какая у нее прекрасная сиделка! — воскликнула она. — Когда ты возьмешь ее себе в жены, Ви?
Ви поднялся, подошел к ней и сказал:
— С чего ты взяла, что я возьму ее себе в жены? Я дал клятву.
— По глазам твоим видно! Что клятвы перед услугой, которую она тебе оказала? Хотя не думала я услышать, что Ви прикрывается в сражении женщиной.
— Ты знаешь, как это произошло, — возразил он.
— Я знаю только то, что видела и что говорит мне сердце.
— А что говорит тебе сердце?
— Что проклятие, принесенное этой колдуньей, только начало свое действие. Она выплыла в море и вернулась, ведя за собой целое войско Рыжих Бород. Ты победил пришельцев и на время избавился от них. Но немало наших убито и ранено. Не знаю, что она сделает теперь, но думаю, что у нее в запасе еще немало несчастий. Повторяю тебе, она колдунья, и лучше всего было бы, если бы ты оставил ее умирать на побережье, хотя, наверно, она и умереть не может.
— Я думаю, любая жена сказала бы, что так не говорят о женщине, спасшей мужа, — сдерживаясь, возразил ей Ви. — Впрочем, раз ты считаешь ее колдуньей, убей ее, Аака. Она сопротивляться не может.
— Убить ее? И навлечь ее проклятия на мою голову? Нет, Ви, я этого не сделаю.
Ви, не в силах более сдерживаться, покинул пещеру.
* * *
На Месте Сборищ было шумно.
Сюда снесли трупы убитых, и сюда сошлось все племя. Женщины и дети, лишившиеся в сражении мужей и отцов, выли. Раненые расхаживали, хвастаясь своими ранами, и все мужчины племени восхваляли собственные доблести в великом сражении с морскими дьяволами.
Народ стоял кучками вокруг говорунов. В центре одной кучки Уока Злой Вещун разглагольствовал о том, что побежденные Рыжие Бороды — только предвестники великого войска, которое вскоре обрушится на племя. В другой кучке Хоу Непостоянный уверял, что победа — символ счастья, которое долго продлиться не может, и потому лучшее — немедленно бежать в леса, пока на племя не обрушились новые беды.
В то время Вини-Вини Трясучка в сопровождении плакальщиков переходил от трупа к трупу. Возле каждого убитого он останавливался, трубил в рог и выкликал счет ранам. После этого все плакальщики выли хором.
Но большинство народа собралось вокруг Урка Престарелого. Тот бормотал, тряся седой бородой, что теперь вспомнил давно забытое:
— Мой прапрадед рассказывал моему прадеду, что его (прадеда) прапрадед слышал от своих предков, что когда-то, в давние времена, в племени появилась колдунья, во всем подобная Лалиле, а вслед за ее появлением произошло нашествие точно таких же Рыжих Бород. И беда еще больше от того, что наш вождь Ви любит эту колдунью: вот и женщины рассказывают, что он ее поцеловал.
