— Значит, вы надеетесь, что за это время Говард не сбежит?
— Совершенно верно, — подтвердил Джон. — И еще, напоследок. Я получил известия от Зары. Доктор Мак-Афферти решил вывести «Херувим» из операции независимо от того, окажется Говард Моррисон в тюрьме или нет. Скажи Джуниору и Говарду, что Эварт нашел хорошую работу, и скоро вы переедете в Лондон.
29. НОЧЬ
Вечером Джеймс сидел в комнате у Джуниора и смотрел на DVD ужастик. Когда фильм закончился, он засобирался к себе.
— Этот диван раздвигается, — сказал ему Джуниор. — Если хочешь, можешь лечь здесь.
— Страшно спать одному? — поддразнил приятеля Джеймс. — Боишься, что в окно вломится маньяк с окровавленным топором?
Пока Джуниор раздвигал диван, Джеймс принес одеяло и подушку. Они выключили свет и лежали, болтая: «Если бы ты мог купить любую машину, какую захочешь, что бы ты выбрал?», «А если бы ты мог поселиться где угодно?..»
— Ты бы мог за миллион фунтов облизать собаке задницу? — спросил Джуниор.
Джеймс поразмыслил пару секунд.
— Да.
Джуниор покатился со смеху.
— Фу-у, Джеймс. Ну и гнусный же ты тип.
— Тебе легко говорить, — с хохотом отозвался Джеймс. — У тебя отец и так богат. А миллион фунтов стерлингов изменил бы мою жизнь. Мне бы никогда не пришлось работать. Я бы купил роскошный дом, шикарную тачку и еще много всего.
— А если бы это показывали по телевизору и все бы увидели?
— Не имеет значения, — ответил Джеймс. — Миллиона фунтов хватит на всю жизнь.
— Ладно, — не сдавался Джуниор. — А какова наименьшая сумма? Сделал бы ты это за десять тысяч?
— Ни за что,
— Тогда за сколько?
— Не знаю, — протянул Джеймс. — Может, за полмиллиона…
Тут от двери протянулась полоска света, в комнату заглянул Говард.
— Ребята, потише, — сказал он. — Хватит болтать. Уже час ночи. Завтра утром рано вставать, не успеете выспаться. Угомонитесь и спите.
Мальчишки с трудом сдерживали смех.
— Спокойной ночи, папа, — сказал Джуниор.
— Пора спать, — твердо повторил Говард и закрыл дверь. Ребята подождали, пока он вернется к себе в спальню.
— Знаешь, — грустно шепнул Джуниор, — если вы переедете в Лондон, я, наверное, никогда больше не увижу ни тебя, ни Николь.
— Я тоже буду по тебе скучать, — откликнулся Джеймс. — Ты очень хороший друг.
— Может, будем приезжать друг к другу в гости на каникулы? — предложил Джуниор.
— Может быть, — сказал Джеймс, хотя прекрасно понимал, что этого никогда не случится. — До Лондона всего полчаса на
— Что? — спросил Джуниор.
— Мне не терпится побоксировать с тобой.
Джуниор на миг задумался.
— Хочешь прямо сейчас?
— Твой отец с нас шкуру спустит, — сказал Джеймс.
— Внизу, в спортивном зале, есть груша и перчатки. Давай устроим бой на пляже, при лунном свете! Если держаться у самого моря, из дома не видно.
— Давай! — Джеймс сел на кровати и радостно улыбнулся. — Только не жалуйся папочке, если я расквашу тебе нос.
— Не петушись, — ухмыльнулся Джуниор.— Сам-то еще ни одного настоящего боя не провел, только спарринги…
Джуниор зажег ночник и надел часы. Мальчишки проворно натянули шорты и кроссовки, потом прокрались вниз и взяли перчатки. Джеймс удивился, какие они маленькие.
— Профессиональные, — объяснил Джуниор. — В них набивки гораздо меньше, чем в любительских. Знаешь, как больно бьют!
— А шлемы? — спросил Джеймс.
— Будем драться как мужчины, — сказал Джуниор. — Без бинтов на пальцах, без шлемов, без капы, в профессиональных перчатках. Мы же не дети, верно?
Джеймс уже засомневался, не зря ли он заговорил о боксе. Если он покалечится в никому не нужном полуночном боксерском поединке, в «Херувиме» его по головке не погладят. Но отступить не позволяла гордость.
Мальчики на цыпочках прошли через гостиную. Перед телевизором спал Джордж. Он громко всхрапнул, и Джеймс с Джуниором вздрогнули. Джуниор тихонько раздвинул стеклянные двери, и ребята соскочили с настила на пляж.
Начинался отлив. Ярко светила луна, мокрый песок хлюпал под ногами. Джуниор палкой начертил кособокий боксерский ринг и установил часы на трехминутный обратный отсчет.
— Три раунда по три минуты, — объявил Джуниор. — Если упадешь три раза, выбываешь из игры.
Слегка обеспокоенный Джеймс зубами затянул вторую перчатку.
— Иди в свой угол, — скомандовал Джуниор.
Как только зазвенел таймер, мальчишки сошлись и обменялись ударами. В любительских перчатках даже полновесные удары не причиняли сильной боли, но первая же атака Джуниора в профессиональных перчатках выбила Джеймса из колеи. После одного особенно ловкого тычка он потерял равновесие и отшатнулся, переводя дыхание. Следующий удар Джуниора пришелся ниже резинки шортов, и Джеймс согнулся пополам. Тогда Джуниор заехал ему в висок. Джеймс беспомощно повалился на мокрый песок.
— Ниже пояса, — прохрипел Джеймс, держась за живот.
Бой шел всего несколько секунд, но ночь была теплая, и мальчишки уже обливались потом.
— Ничего не ниже, — возразил Джуниор. — У тебя первый нокдаун.
Джеймс с трудом поднялся на ноги. Обычно ему нравилось возбуждение, которое испытываешь в драке, но Джуниор был силен и проворен. Джеймсу подумалось, что этот противник ему не по зубам.
— Значит, играем грязно, да? — воскликнул он, еле сдерживая гнев. — Хорошо же.
И быстро выбросил руку вперед. Джуниор был не готов, и перчатка беспрепятственно врезалась ему в нос. Потом Джеймс отвесил апперкот, от которого голова Джуниора откинулась назад.
— Стой! — крикнул Джуниор, заскулил от боли и прикрыл лицо руками. — Да погоди ты… Балда.
— В чем дело? — спросил Джеймс.
— У тебя песок на перчатках. Он мне в глаза попал.
Джуниор снял перчатку и стал протирать глаза.
— Прости, — сказал Джеймс. — Я не нарочно. Очень больно?
Джуниор вымученно улыбнулся и сморгнул песок.
— Знаешь что? — сказал он. — Черт бы побрал того идиота, которому пришла в голову эта дурацкая затея.
Джеймс рассмеялся.
— Тебя, значит.
— Пусть будет ничья, ладно?
— Договорились, — сказал Джеймс. — Теперь мы понимаем, почему не существует пляжного бокса.
— Пойду искупаюсь. — Джуниор скинул кроссовки. — Надо смыть пот.
Когда Джеймс стягивал перчатки, ему почудился громкий хлопок.
— Слышал? — спросил он.
— Что?
— Мне кажется, в доме что-то происходит.
Джуниор улыбнулся.
— Может, Джордж проснулся и упал с дивана.
— Ага, — рассмеялся Джеймс. — А может, тот маньяк с топором вырвался с экрана.
Джуниор плюхнулся в море и поплыл, перекувырнувшись под водой. Джеймс улегся на воде на спину и дождался, пока волна подхватит его и вынесет обратно на пляж.
— У тебя когда-нибудь бывали кошмары после ужастиков? — спросил Джуниор.
— Помнишь фильм «Семь»*? — спросил Джеймс, покачиваясь в волнах у самого берега.
— Классное кино, — одобрил Джуниор. — Аж мурашки по коже.
— Когда мама еще была жива, я однажды закатил истерику — требовал, чтобы она позволила мне посмотреть этот фильм. А ночью проснулся и залез к ней в постель. Моя сестра Лорин услышала об этом и целую неделю мне прохода не давала — дразнила.
— Сестра? — удивленно переспросил Джуниор.
— Двоюродная, я хотел сказать, — торопливо поправился Джеймс, осознав ошибку. — Она приезжала к нам на летние каникулы.
— Ринго тоже дразнил меня, когда я был маленьким, — сказал Джуниор. — Однажды я попросил его поставить мне на видео «Пингу»**, а он включил «Терминатора». Нарочно, чтобы меня попугать.
— Пойдем спать, — сказал Джеймс, отряхнул перчатки от песка и сунул мокрые ноги в кроссовки. — Так хочется завтра покататься на катере на воздушной подушке!
— Обычно мы тут развлекаемся гораздо меньше, чем в эти каникулы, — сообщил Джуниор. — Ты моему отцу чем-то понравился.
Джеймсу подумалось, что Говард балует их, потому что через несколько дней сбежит за границу и больше никогда не увидит Джуниора. На обратном пути Джуниор развернулся и пошел к дому задом наперед, глядя в залитое лунным светом море.
