— А это что такое? — спросила она, указывая на отросшие ногти. — Почему это произошло?
Наконец она подняла голову и посмотрела Эррилу в глаза. Ее глаза опухли от слез, ее бледные щеки были залиты слезами. В первый раз он увидел женщину, которая пряталась за мягкими чертами девочки-подростка.
Обрамленные кудрями цвета пламени, зеленые глаза Елены теперь мерцали завораживающими золотыми искрами. К ее высоким скулам хотелось прикоснуться пальцем и провести линию от крепкого подбородка до стройной шеи. Когда она смотрела на него, ее губы слегка приоткрылись — теперь они полностью расцвели тяжелым розовым цветком.
— Эррил?
Он моргнул несколько раз и слегка отодвинулся, прокашлявшись. Он знал цену создания кровавого оружия и знал, что девушка непременно должна была перемениться. И все же на мгновение он был потрясен ее лицом. Он не ожидал, что на него взглянет вот эта женщина.
Почувствовав его внезапное напряжение, Елена взглянула на себя и крепче обернула вокруг себя шерстяные полы рубашки Джоаха.
— Что со мной произошло?
Сглотнув, он заставил себя заговорить.
— Чтобы создать кровавое оружие, да и любое магическое оружие, магу необходимо добровольно отдать часть себя. Часть собственной жизни.
Ее брови сошлись на переносице.
— Что ты хочешь сказать?
Он попытался говорить более прямо, но обнаружил, что ясность мыслей дается ему нелегко. Он не мог отвлечься от происшедших с ней перемен.
— Посох забрал у тебя несколько лет жизни. Ты постарела, Елена. В тот момент, который потребовался тебе, чтобы создать кровавый посох Джоаха, я думаю, ты постарела по крайней мере на четыре или пять зим.
Она попыталась ощупать свое лицо, словно пытаясь почувствовать правду его слов, но длинные ногти не давали ей этого сделать.
— Мои волосы… мои ногти…
— Ты как будто проспала четыре зимы, а теперь проснулась.
Ее лицо стало еще белее, из глаз снова потекли слезы.
Прежде чем кто-либо успел что-либо сказать, вмешался Джоах. Юноша окликнул их с другой стороны палубы, размахивая посохом, чтобы привлечь их внимание. За ним была видна фигура седого Флинта, выбиравшегося из кормового люка. Он вымок с ног до головы. До них донеслись слова Джоаха:
— Мы основательно сели на риф! Вода залила нижние трюмы. Мы должны покинуть корабль!
Он наконец добежал до них, задыхаясь, его штаны пропитались морской водой.
— Надо собрать вещи и возвращаться на берег на шлюпке.
Словно для того, чтобы подтвердить его слова, корабль внезапно качнулся, и по палубе прокатился жуткий треск. Эррил помог Елене встать, потом передал ее Джоаху. Она, похоже, плохо держалась на ногах. Эррил не знал, насколько это было от усталости, а насколько — от внезапного изменения роста. Ей нужно будет привыкать к удлинившимся рукам и ногам и изменившемуся сложению.
Джоах оглядел сестру с ног до головы, потом взял ее за руку. Теперь ему нужно было поднимать голову, чтобы взглянуть сестре в лицо, а не наоборот. Юноша четырнадцати лет теперь стоял рядом с женщиной лет восемнадцати или девятнадцати.
— Отведи ее в шлюпку, — приказал Эррил. — Затем помоги мне собрать наши вещи.
Джоах кивнул и увел сестру.
Эррил быстро подошел к Флинту, стоявшему у руля и смотревшему в подзорную трубу.
— Сколько осталось времени до того, как корабль затонет? — спросил Эррил.
— Точно не знаю, — ответил Флинт, все еще осматривая окружающее море через подзорную трубу. — Если корабль сойдет с рифа, на который он сел, мы затонем в несколько мгновений. Если останется на рифе, может продержаться до заката. Но это наименьшая из наших проблем. — Он опустил подзорную трубу.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Нас заметили с другого корабля. Он только что изменил курс и направляется к нам.
Эррил нахмурился.
— В этих водах…
Флинт закончил его мысль.
— Наверняка пираты, рассчитывающие на быструю и легкую добычу. — Флинт покачал головой, уставившись на приближающийся корабль.
— Что?
— Я знаю цвета этого корабля. Мы с его капитаном когда-то дружили.
— Так что же, выходит, нам повезло?
Флинт горько сморщился.
— Я сказал, что мы когда-то дружили. Больше не дружим. Сюда идет акулоподобный морской охотник капитана Джарплина.
— Капитана Джарплина? — Это имя показалось Эррилу знакомым.
— Я тебе о нем рассказывал. Это у него я украл дракона Сайвин. Главное сокровище его жизни. Так что я не думаю, что он будет рад встрече со мной. — Флинт многозначительно взглянул на Эррила. — Или с моими друзьями.
— Мы успеем уплыть на шлюпке?
— Не в этих течениях.
— Еще есть какие-нибудь идеи?
Эррил знал, что они слишком устали от продолжавшейся целый день битвы с демонами, чтобы иметь дело еще с целым кораблем бодрых пиратов. Елена особенно устала и к тому же была потрясена своей трансформацией. Применять магию без должного отдыха было опасно для ее тела и души.
Эррил взглянул на Флинта, молча умоляя о помощи.
Флинт кивнул и глубоко вздохнул.
— У меня есть план. — Он снова взглянул на воду, мгновение помолчал, потом пожал плечами. — Но нам придется дать этому охотнику то, чего он хочет.
КНИГА ВТОРАЯ
СТАРЫЕ ДОЛГИ
8
Мишель молча последовала за своими друзьями в глубину прибрежного леса. Быстро обогнав их, она повела группу по еле заметной оленьей тропе туда, где были спрятаны их лошади, и где их ждал Мерик. Мишель уже рассказала им о неожиданной перемене в своей судьбе, о смерти и возвращении к жизни. Она также сказала, что Мама Фрида намерена присоединиться к ним, так как хочет познакомиться с ведьмой. Но Могвид почти не слушал ее — он был слишком ошарашен тем, что к Мишель вернулась способность изменять облик.
Рядом с Мишель шел Толчук. Он не отходил от матери и время от времени прикасался к ней, словно боялся, что она вот-вот исчезнет снова, растает в окружающих лесных сумерках.
За Могвидом шли Крал и Фардайл. Ворота Порт Роула остались далеко позади, но в этих лесах встречались разбойники, так что необходимо было быть настороже. Могвид был со всех сторон окружен друзьями, но все равно подпрыгивал от каждого треска или шороха в кустах.
Он смотрел на Мишель, и где-то в глубине его сущности возникали странные ощущения. Он не мог отрицать, что его кровь слегка трепещет от радости, потому что впервые за много лет рядом с ним находится истинная сайлура, полностью владеющая своими способностями к перемене облика. Но эту радость заглушали терзавшие его душу гнев и досада.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
