M-G. Вы хотите сказать, что причина во внутреннем будильнике, который я завела на три недели?
Б. Первая наша наставница театрального дела говорила, что все ее родственники уходили из жизни двадцать шестого числа. Как вы думаете, какого числа ушла она?
M-G. Хорошо, как выключить этот будильник?
Б. Вспоминается старый японский фильм «Красная борода». К врачу привели девочку — совершенно запущенную, больную. Он налил в ложечку соку или простой воды и протянул ей. Девочка выбила ложечку у него из рук. Врач спокойно, будто бы ничего и не произошло, взял другую ложечку, наполнил — она снова ударила по руке… Это повторялось раз двадцать. На двадцать первый раз девочка заплакала, выпила… Так вот, в процессе всей этой процедуры доктор ни разу не возмутился, не огорчился, никак не отреагировал. Ваше мнение — почему?
M-G. Это четвертая стадия. Он был упрям, хотел навязать девочке свою точку зрения…
Б. Если бы было так, он налил бы ей рекомендованное Минздравом лекарство. Нет, это был симоронист «в законе». Девочку должно было вылечить не лекарство, а предложение подняться над собой, расшириться. Для этого самому доктору нельзя было спускаться со своей верхотуры. Каждый раз, когда девочка выбивала ложку, он как бы досматривал на холм, где горел его маяк, и, поддержанный этим свечением, продолжал свое…
Пусть эта история будет для вас ориентиром. Если болезнь наша претендует на особое внимание, уважение к себе, поступаем, как этот врач. Спокойно выводим себя из игр, с улыбкой, знанием, что игрока в себе надо утолить. Одна ложечка лекарства по имени Симорон, другая, третья, десятая… рано или поздно игрок сдастся. На чаше весов перевесит опыт освобождения.
M-G. Рано или поздно… это сколько?
Б. По-разному бывает… Как-то учительница из школы, где мы когда-то арендовали зал, решила поработать со своей проблемой. У нее многое получалось, все шло очень здорово. Два месяца она терпеливо воплощалась в своего симпатягу, курсировала по трассе — стоило проблеме вернуться. Потом она куда-то пропала… Мы встретили ее, угрюмую. Говорит: «Надоело. Если я такая неумейка, значит, ничего у меня не получится…» А ей нужно было, может, год работать. Или три. Не проверяя, не просматривая — удачно выходит или нет. Просто наращивать по миллиметрам свое Я…
Когда мы с вами, приземляясь на эту планету, вознамерились вкусить здесь разные меню и блюда, предполагалось, что на это уйдет время… Куда спешить? Да, одним достаточно чуть пригубить — и они насладились. Другие занимаются основательной дегустацией…
ЛЯГУШКА-С-КОНФЕТАМИ. Меня волнует одна ситуация, с которой я не могу разобраться. Я работаю в торговом центре. На днях подходит покупательница, говорит: «У меня трагедия, ужас, меня обокрали». Я начала анализировать. Вторая это стадия или третья? Сначала решила отнести к третьей — ведь я стала сочувствовать, то есть въехала в чужую проблему… Потом передумала и отнесла ко второй стадии, потому что не очень въехала. Рассмотрела в женщине светлячка, думаю: «Ну все, поработала, она ушла, все в порядке». Можно, значит, об этом забыть. Но через некоторое время приходит охранник, показывает нам фотографии: «Вот женщина, которая жаловалась, мы ее на камере нашли». Думаю — раз напоминание, значит, я плохо поработала в первый раз. Начинаю высматривать симпатягу в охраннике уже… И по дороге опять рассуждаю: правильно ли я действую? Может, надо отнести его рассказ ко второй стадии, а не к третьей. Ладно, что-то там сделала, успокоилась. Хотя, уже после работы, охранники уже уходили, все закрыли, еще был клиент… Большой такой мужчина. Смотрю на него, боюсь, никого рядом нет, загребет кассу и… Ушел он, я на всякий случай все пересчитала пятьдесят раз. Через два дня пришла на работу и как бы невзначай спрашиваю охранника, как дела. «Да вот, тут у нас курточку украли», — говорит. В этот день я должна была кое-что купить для себя, у меня было мало денег, я на них сильно рассчитывала… И их не стало. Потеряла или вытащили… Где же была у меня ошибка?
Б. Серия приключений, которые идут по одному сценарию, конечно, свидетельствует, что вы себя в водоворот какой-то ввели, без конца крутитесь. Меняются только декорации, а суть игры та же… Ошибка же ваша в том, что вы рассуждаете. Анализом игровых стадий следует заниматься в учебном процессе. Представьте себе, что пилот изучает правила вождения самолета в воздухе, когда машина его уже на высоте пять тысяч метров. Обложил себя учебниками и конспектами: какую кнопку нажать в данном случае, какой руль повернуть сейчас… Далеко ли его самолет улетит? Если вы не до конца освоили правила выхода из житейских игр, берите на вооружение то из них, которое можете применить спонтанно, не задумываясь. Захотелось почему-то зеркалить обворованную женщину — зеркальте. Захотелось исполнить самообгон при помощи рядом находящегося предмета — вперед. Вспомнили своего давнего симпатягу — «лягушку с конфетами», приняли образ этой лягушки — ради бога… Все сгодится, все пойдет на пользу, потому что все эти вещи дублируют друг друга — разные способы симпатизации. И не было бы больше повторов криминального сюжета, и не закончилось бы потерей собственных денег…
Л-С-К. Меня приучили думать. По любому поводу. «Я мыслю — я существую…» Вот и начинается, скажем, если у меня что-то болит или какая-то тревога, я просто теряюсь, какой из симоронских способов использовать.
Б. Это история парня, которого мама спасла. Он был алкоголиком, жил в это время в Сибири. Чем он там занимался — бог знает. Спился, был уже бомжом… Его подобрала «скорая помощь». Умирающего, с отмороженными ногами. Словом, он лежал там в реанимации и мама, находясь здесь, в Киеве произвела все нужные симоронские операции… Она рассказывала: «Не один год я боролась с его алкоголизмом и вдруг почувствовала, что мой ребенок просто умирает там сейчас…» Дальше происходит нечто фантастическое. Представьте себе картину: человек, лежащий в коме, в бессознательном состоянии, приходит в себя, отсоединяет питательные трубки, которые прикреплены ко всем частям тела. И в одной рубашке, которая на нем была, в тапках, направляется из Сибири домой, к маме. Пешком, в Киев. «И такое было впечатление, — рассказывал он потом, — что весь СССР договорился меня к маме привезти: водители останавливались, подсаживали меня к себе, все меня кормили… Ни разу в пути никто не отказал мне, ни разу никто не пнул». А вид у человека был — можете представить себе…
АУДИТОРИЯ. Что же конкретно сделала его мама?
Б. За многие годы разрушенной жизни этого парня она ничем не смогла его убедить, чтобы он бросил пить. То есть пыталась воздействовать на него, взывала к его разуму, достоинству… На основе, конечно, своего опыта, своего понимания, что такое хорошо и что плохо. А понимание это было, как вы знаете, воспринято, заимствовано у окружения. Потому и не помогало… И вот мать, связанная со своим ребенком, пусть и великовозрастным, пуповиной, слышит на расстоянии, что он гибнет… сама чуть ли не гибнет от этого ощущения. И начинает работу, но — не с ним, а со своими ощущениями, по третьей стадии. Обгоняется, лепит симпатягу… И человек там, в Сибири, принимает протянутую руку, опирается на нее, идет по дороге жизни… По сей день идет: недавно мать его, закончившая нашу школу, рассказывала, что сын — не пьет, завел семью, трудится.
ПАУТИНА-В-САХАРНОЙ-ПУДРЕ. В прошлое воскресенье подруга пригласила меня на день рождения в Белую Церковь. Честно, не очень хотелось ехать: далеко, непогода… Пересилила себя. Поехала маршруткой, чтобы скорее добраться… И — пожалела: на дорогах пробки, плетемся, никак не доедем… Чувствую, начинаю злиться. Ага, думаю, знакомая история: раздражение, потом буду бросаться на кого-нибудь, потом валидол глотать… Не дождетесь! — говорю непонятно кому. Себе, наверное… Открываю сумочку у себя на коленях, роюсь в ней — устраиваю самообгон с находящимися там вещами, то есть с зеркалами. Трясу кошельком — это нервы мои так трясутся, платком помахиваю — бросаюсь, значит, на других, пузырек с розочкой из косметички вытаскиваю — это сердечко мое бедное, стучу по нему ключами, инфаркт устраиваю… Успокоилась, представила себе кучу этих вещей в сумочке в виде «паутины в сахарной пудре». В это самое время дорога расчистилась, транспорт двинулся с места, мы доехали до Белой в считанные минуты… Собрались гости, все уже сели за стол. Вдруг звонят в двери, приходит знакомая моей подруги, как потом выяснилось — врач. У нее подарок в руках — хрустальная ваза с белыми цветами… ну точно мой симпатяга, которого я в дороге нарисовала! Мы с ней позже разговорились, выяснилось, что она на известном курорте работает, куда я хотела попасть. У меня как раз отпуск намечается… Но — путевки очень дорогие. Она говорит: «Я поговорю с главврачом, и вам будет бесплатно. Мне положена такая путевка раз в году для своих…» Между прочим, если бы я не увидела в руках ее своего светлячка — вряд ли заговорила бы с ней.
