Читаем без скачивания Программа - Грегг Гервиц

23

Джени трясла ее за плечо:

— Эй, слушай! Проснись же!

Ли села в кровати. По давней привычке, от которой девушка так и не избавилась, она сонно взглянула на тумбочку в поисках часов. Но их там, естественно, не было. Судя по сероватому свету за окном, было около шести утра. Хотя сам ТД редко появлялся на завтраке, он считал, что завтрак должен быть ранним. Как Про должны были успевать поспать между этим ранним завтраком и ночной работой над собственным ростом, оставалось за пределами понимания Ли. У нее было столько дел и она так уставала, что времени подумать о столкновении с Томом Альтманом, или кем бы он там ни был, совсем не было.

— Ну-ка угадай! А, ладно, сама скажу. — Джени прижала руки к груди. — ТД дал мне назначение в Скоттсдейл. Я попросила, чтобы со мной поехали Лорейн и Чед. Здорово, да?

Ли почувствовала укол зависти. Ее голос все еще был хриплым со сна:

— Просто потрясающе.

— Я буду первым послом. Ну, конечно, после Стэнли Джона, но это уже само собой разумеется. Он едет в Кембридж. ТД говорит, что Бостон почти такой же богатый возможностями город, как и Лос-Анджелес. И знаешь что?

Ли спустила ноги с кровати и часто заморгала, стараясь сосредоточиться. Она еле-еле открыла ящик шкафа, от которого давно отвалились обе ручки.

— Мы надеемся набрать тысячу Нео для семинара следующего поколения. — Джени стояла за спиной у Ли, приглаживая ей волосы. — Я переезжаю в Третий домик. Я дала о тебе очень хороший отзыв за эту неделю. Даже не упомянула, что у тебя так и не прошла сыпь.

— Слушай, Джени, я кое-что хотела у тебя спросить. — От прямого немигающего взгляда Джени Ли стало неловко, но она продолжила: — Тебе не кажется, что некоторые методы, которые мы используем на семинарах, — не знаю, как сказать, — неправильные, что ли? Так же, как и то, каким образом мы приводим Нео?

Джени рассмеялась и взъерошила Ли волосы:

— Конечно, нет, дорогая. Ты ведь не стала бы кормить грудного малыша стейками, правда? Ты кормила бы его специальным детским питанием, которое он в состоянии переварить. Нео еще новички в истинном росте. Последнее, что мы хотим сделать, — и это ради их же собственной безопасности — это дать им больше, чем они смогут проглотить. Поняла?

— Кажется. Спасибо, Джени.

Джени обняла Ли. В ее объятиях было тепло и спокойно.

— Ты всегда должна спрашивать меня обо всех своих сомнениях. Это моя работа.

Дверная ручка со скрипом повернулась, и в комнату вошел Рэндел:

— ТД хочет тебя видеть.

— Сейчас, только свитер надену, — ответила Джени.

— Нет, тебя.

Джени застыла на секунду, потом с вымученной улыбкой сказала:

— Я ее приготовлю.

Пока Джени выбирала для нее свитер, Ли зажала в ладони ложку, которую прятала в глубине ящика, и сунула себе за пояс:

— Мне нужно в ванную.

— Поторопись, — сказал Рэндел.

Ли быстро прошла в ванную. Она почистила зубы, побрызгала водой на волосы и постаралась их пригладить. Дрожа, опустилась на холодный круг унитаза и достала ложку. Ли сидела и вглядывалась в свое смутное отражение в ложке — отражение, которое не видела неделями, если не считать украдкой брошенного взгляда в зеркало, висевшее на стене гостиницы «Рэдиссон». Низкое качество отражения, которое обеспечивала ложка, помогло Ли оправдать свое желание посмотреть на него.

Ее мысли снова обратились к Тому Альтману. Она вспомнила его рукопожатие — прохладное и уверенное. Какую ложь скрывала его привлекательная внешность? Его предательство. Продюсер Хеннинг, продолжающий свою деятельность исподтишка.

Но в голове Ли была и еще одна мысль: то, что за ней пришел такой человек, как Том, означало, что она сделала что-то такое, что вызывало тревогу и беспокойство. Он казался честным человеком. Как же мог он так ошибаться в Программе, что пришел похитить ее?

То, что Ли сохранила воспоминание о нем в этом месте, где даже думать было запрещено, придавало всей этой ситуации характер интимности.

Она подпрыгнула, когда дверь с грохотом открылась и под перегородкой появились ботинки Рэндела:

— Что ты там делаешь так долго?

Ли положила ложку за трубы и спустила воду в унитазе:

— Я готова.

Рэндел окинул Ли тяжелым взглядом, когда она вышла. Он смотрел на ее соски, просвечивающие сквозь тонкий хлопок футболки, потом резко сунул ей свитер в руки:

— Пошли.

— А как же завтрак?

— Ты сегодня не будешь завтракать.

Снаружи возле домиков все было тихо. В небе над головой кружил ястреб. Рэндел, как обычно, вышагивал по тропе впереди Ли.

ТД сидел на корточках возле одной из шин, которыми были утыканы края дорожки, ведущей к его коттеджу. При приближении Ли он выпрямился и стоял неподвижно, в ожидании:

— А ты любишь поспать. Лорейн поднялась уже два часа назад и убралась в коттедже.

Ли почувствовала, как футболка неприятно елозит по ее сыпи:

— Простите. Я…

— Ты что? Устала? — ТД был одет в один из своих темно-синих блейзеров на пуговицах, на манжете желтыми нитками были вышиты его инициалы. Расстегнутую рубашку трепал ветер, демонстрируя его мускулистый живот.

Ли покраснела до ушей и кивнула.

В руке у ТД мелькнуло что-то темное и блестящее. Он неотрывно смотрел на Ли:

— Ты приближаешься к жизни и уходишь от слабости, Ли. Но Программа не может сделать для тебя многого, если ты не хочешь стараться.

— Я очень стараюсь. Я так поздно ложусь и так рано встаю, но все равно нисколько не продвигаюсь. Мое тело все еще слабое.

— Эта хроническая усталость… — ТД махнул сжатой рукой. — Похоже, ты подцепила ее в Пеппердине. Это из-за ограничений, которые ты видела в других и подсознательно переносила на себя. — Из сжатой руки ТД выполз скорпион. ТД разжал руку так спокойно, словно показывал ей майского жука, и Ли инстинктивно подалась назад.

ТД рассмеялся:

— Осязаемый мир — это всего лишь иллюзия. Феномен, осознаваемый твоими жалкими пятью чувствами. Настоящий мир ты не смогла бы познать, даже если бы у тебя было двадцать чувств. Или пятьдесят. Если ты думаешь, что знаешь, как чувствует себя твое тело; если ты думаешь, что знаешь, устала ли ты; если ты думаешь, что знаешь хоть что-то, это говорит в тебе твое эго, поддавшееся обману общества. Ты не можешь что-то знать. Что такое что-то? Его не существует. Ты то, что ты думаешь. Ты боишься того, чего решаешь бояться.

Он резко повернул руку и сжал ее. Выражение его лица не изменилось. В глазах не мелькнуло ни тени тревоги.

Ли отвела взгляд. Она старалась понять то, что он говорил ей.

— Наверное, я все еще не обрела контроль над собой, к которому стремлюсь.

— Эти твои постоянные раздумья о себе, должно быть, очень утомительны. Может, если ты будешь меньше думать о себе и сосредоточишься на своих заданиях, твое старое программирование быстрее сотрется. Другим это помогает.

Лицо Ли горело от стыда. Она просиживала долгие часы каждый день, трудясь над своим ростом, за старыми компьютерами, оставшимися от исправительно-подросткового центра. На ней держалась вся компьютерная сеть, которая позволяла их команде составлять бизнес-планы, документы, анкеты, оценочные тесты. То, что с большим объемом работы она бы не справилась, являлось явным доказательством ее несоответствия требованиям.

— Я дам тебе возможность избавиться от этого недуга, — продолжал ТД. — Теперь, когда Криса больше нет с нами, ты будешь заниматься разработкой сайта. Будешь работать на моем компьютере.

Ли не верила своим ушам:

— У тебя в офисе?

— Мне нужно, чтобы сайт был готов к тому времени, как мы начнем проводить семинары нового поколения. — Ли хотела что-то ответить, но он остановил ее, подняв руку. — Никаких отговорок, просто сделай это. И помни: модуль — это личное пространство ТД. Ты там всего лишь гость. Прояви вежливость в своем поведении.

— Конечно, — отвечала она, но ТД уже скрылся в коттедже.

Рэндел и Ли пошли к офису ТД. Когда они проходили мимо хижины, Ли услышала звук скребущих когтей, потом голос Скейта, который успокаивал собак. Дверь распахнулась от порыва ветра. Скейт сидел голый на койке, собаки лизали ему пальцы ног. Рэндел возился с кучей замков на двери офиса. Наконец он открыл дверь и пропустил Ли внутрь. Ли вошла в пыльную комнату и ахнула. Она увидела ТД, он стоял в костюме, скрестив на груди руки. Через секунду она поняла, что это плакат с его фотографией в полный рост. В этот момент дверь за ней захлопнулась и ключ в замке повернулся — Рэндел запер ее снаружи.

Ли обвела взглядом помещение, заметила крошечные двери кухни и ванной. Всю дальнюю стену занимали пять стеллажей, в каждом из них было по пять ящиков с блестящими замками.

На стикере, приклеенном к стопке бумаг, было написано: «Рэндел. Отчет. Понедельник». Карта на стене была утыкана разноцветными булавками. На широком столе у окна стояла компьютерная техника, на мониторе — вэб-камера. Рядом с мышкой возвышалась гора документов с надписью: «Отсканировать и уничтожить». Воздух в комнате был затхлым. Из окна лился солнечный свет. Весь пол был заставлен коробками со справочной литературой и материалами семинаров: книги «Включись в Программу», статьи «Жизнь в Настоящем», анкеты для участников семинаров. Толстые папки, на которых значилось: «Справочник посланника». Ли видела, как некоторые из этих материалов готовились в компьютерной лаборатории, но ее просто поразило, насколько профессионально все это выглядело в готовом виде.