— Просто так от мужика женщина босиком сбегать не станет… — Усмехнулся собеседник. — Даже если ты и не сказал ей уходи, то ты все равно чем-то вынудил ее это сделать…
— Ты не понимаешь…
— Да понимаю я все! Ты, наверное, думаешь, я слепой или дурак да? Я вижу , что ты локти от досады кусать готов, что она не желает больше быть с тобой… Я прав?
— И как же ты терпишь меня в своем доме? — Усмехнулся Павел. — Если видишь, что я домогаюсь женщины, которую, как ты говоришь, любишь.
— Не говорю, а люблю. Запомни. А насчет тебя… Мне не на что жаловаться. Ведь из нас двоих она все-таки выбрала меня!
— Ты уверен в этом? — Тихо , как бы между прочим, спросил Паша.
— На все сто. — Твердо ответил Василий. — Она очень необычная женщина, я не встречал таких раньше ни разу.
— Я тоже… Хоть, казалось бы, кому как не мне знать их натуру вдоль и поперек…
— В ней есть душа. И стержень есть. Если уж она решила, что ты не для нее, значит, не позволит себя унижать…
— Ей проще унизить меня, чем рискнуть довериться любимому человеку. Она готова отказаться от всего, только из опасения, что кто то может сделать ей больно… Унизить, как ты выразился. — От всей души искренне согласился Павел. — Уже за одно это я отвинтил бы голову ее придурку мужу. Я хоть и оказался в полном дерьме, но рад, что все произошло именно так. Как ни крути, а Женька до сих пор бы стирала этому ублюдку трусы и носки, супчики готовила …
— Ну и что? Ты считаешь, она не счастлива была? Все женщины мечтают готовить суп для любимого человека.
— Не пори ерунды, — отмахнулся Паша. — Нет в этом никакого счастья. Просто она не догадывалась, что бывает и по-другому. Супчики это необходимо, это здорово даже! Но это всего лишь сотая… тысячная часть отношений с любимым человеком. Без них запросто можно обойтись, а вот без любви и уважения вряд ли…
— Я не совсем понимаю, к чему ты все это говоришь… Ее муж, надеюсь, уже в глубоком прошлом. Или ты сомневаешься?
— Он то в прошлом. А комплексы, которые он ей оставил, перед нами. Она не верит людям. Чем лучше они к ней относятся, тем больше ее это настораживает… Она не верит в себя и в свои силы. — Я почувствовала, что по моим щекам побежали мокрые дорожки слез. Неужели Паша все это искренне говорит? Он, правда, считает меня необыкновенной? Но я же самая обычная, средняя женщина, каких вокруг сотни…
— А вот мне она поверила. — Хвастливо заметил Вася. — И решилась вручить в мои руки свою жизнь…
— Ты имеешь в виду, она согласилась выйти за тебя замуж…
— И не только. Она ведь уже моя. Моя целиком. Там, в ванне… — Мне стало тошно. Господи, неужели все мужики такие? За что тогда их любить?
— Зачем ты мне все это говоришь? — Хмуро перебил его Павел. — Хочешь поделиться интимными подробностями, как там у вас все было? Я в курсе, что и как делают мужчина и женщина, оставаясь наедине… Особенно в ванне.
— Вот и отлично. Я хочу, чтобы ты понял, тебе тут больше ловить нечего. Тебе не удастся затащить ее в постель. Я. слава богу, могу отличить порядочную женщину от шлюхи. Такая, как Женя, если уж решилась на близость с мужчиной, значит, и правда, испытывает к нему любовь. Поэтому я в ней уверен. Для меня это главное.
Я с замиранием сердца ждала, что же ответит на это Павел. У него сейчас появилась реальная возможность избавиться от соперника. Сможет ли он промолчать? Вернее, сочтет ли нужным…
— Я рад, что у вас все получилось. — После некоторой заминки вполне спокойно отозвался он. — Я понимаю тебя. Доверие, это, пожалуй, самое главное в отношениях между людьми… Хочешь знать правду? — Я замерла. — Я ведь тоже влюбился в эту женщину с первого взгляда. Вернее в то, что сам себе напридумывал. Нельзя понять человека с первого взгляда, запомни. Чем сильнее заносишься, тем больнее падать вниз. Я даже рад, что не успел с ней стать ближе… Я ведь тоже верю, как мальчишка, что остались еще женщины, для которых это по настоящему важно. Только рядом с ними мы мужики начинаем ощущать близость, как занятие любовью, а не просто, как половой акт…
— Согласен. В этом деле физиология не главное. Чем больше чувства, тем приятнее процесс. — Последние слова в стельку пьяный Вася выговорил с трудом. — Значит, с Женькой ты не переспал?
— Если бы она, и правда, хоть немного побыла моей, я бы счел ее отношения с тобой предательством. — Скорее себе, чем Василию ответил он. Я до боли закусила губу. Господи, сколько глупостей я сегодня наворотила, а ведь мне казалось, что я поступаю правильно.
— Выпьем за женщин? — Предложил Вася, едва ворочая языком.
— Давай. — Вздохнул Павел, разливая самогон. — И пойдем спать.
Глава 18
Я немного поплакала, когда мужчины покинули кухню, потом задремала. Сквозь сон я почувствовала, как чьи то сильные руки подняли меня и понесли наверх. Мне не нужно было открывать глаза, чтобы понять, это Паша. Я просто почувствовала это и все. Доверчиво прижавшись к его груди, я чувствовала себя почти счастливой. Он думает обо мне, он хочет меня… Слава богу, он оказался настоящим мужчиной, не поверил в Васино вранье и сам решил покончить со всеми сомнениями . Он не стал спрашивать моего мнения, а уж тем более разрешения, просто взял на руки и понес к себе в постель. Я даже и подумать раньше не могла, как это здорово, когда и решение, и ответственность за них берет на себя твой любимый мужчина.
Паша осторожно положил меня на кровать, развязал поясок , приподнял мои плечи и снял халат . Я специально не помогла ему ни одним движением, пусть делает все, что только подскажет ему фантазия. Он между тем снял с моих ног сиреневые шлепанцы, расправил на коленях сорочку и покрыл меня одеялом. Немного постоял молча, потом погас свет, и его удаляющиеся шаги прозвучали где то в глубине дома. Я изумленно распахнула глаза. Так все это опять оказалось фарсом? Дешевым спектаклем, рассчитанным на доверчивую публику? Он с таким пылом изображал пусть не любовь, но уж желание и страсть точно, а как только подумал, что зрители спят и представление оценивать некому, снова превратился в холодного безразличного эгоиста? Он даже не дотронулся до меня! Не поцеловал … А ведь он мог делать все, что захочет… Я закрыла лицо руками и замерла. Я была так разочарована, что даже слезы застыли в моей груди. Меня слегка трясло от бессилия и ярости, но глаза оставались совершенно сухими.
* * *
Когда Павел снова вернулся к моей кровати, уже светало. Он осторожно присел в ногах и тихонько позвал.
— Жень… — Только один раз. Почувствовав, что он поднимается, чтобы уйти, я отозвалась.
— Я не сплю. Чего ты хочешь?
— Я пришел тебе сказать, теперь ты совершенно свободна…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
