Читаем без скачивания Исповедь Цирцеи (СИ) - Дарья Кожевникова

— Нет, не ОМОН, — шеф как будто немного успокоился. — Так, мелкие пакости. Да, хотел тебя спросить про хозяина Пастены, раз уж разговорились. Что за шутки ты с ним вздумала шутить, кидая ему на стол свой ошейник?

— А что такого-то? После предыдущего боя, когда Пастена победил, этот Кирилл меня так премировал, что захотелось его как-то отблагодарить. Кидают же наши девчонки из стриптиза детали одежды завсегдатаем на стол! И клиентам это, похоже, нравится!

— А сразу, как премировал, просто спасибо ему почему не сказала?

— Сразу посчитать не догадалась, сколько он мне отвалил. А вот когда пересчитала, то бежать следом было уже поздно. Да к этим господам просто так ведь и не приблизишься.

— Ну, ты-то как раз можешь, используя свое женское обаяние.

— Обаяние? После боя? Шутить изволите? Я еле жива была. А он что, какие-то претензии вам после этого предъявлял? Когда ко мне в раздевалку забегал, вроде был всем доволен.

— А после вы с ним больше не виделись?

— Виделись, — кивнула Аглая, помня про работников. — Но это, простите, уже совсем другая история, так что спросите обо всем у него самого, если это вас интересует. Я же могу только сказать, что на мой поступок он мне не жаловался.

Пару минут шеф, больше ни о чем не спрашивая, сверлил Аглаю взглядом. Но сверлилась Аглая плохо. Не для того она пришла сейчас в клуб, настроившись на решительный бой, чтобы проиграть этот поединок взглядов.

— Ладно, можешь идти, вопросов к тебе больше нет, — сказал наконец шеф. — Кстати, и своего дружка забирай.

— Генка у вас?! Ну, слава Богу. А то я уж подумала…

— Что?

— Да так, ничего.

— А как насчет того, что сама с другими мужиками встречаешься?

— Но вы ему об этом, надеюсь, не скажете?

— Не знаю. Посмотрим на твое поведение, — заявил шеф, рукой указывая ей на дверь.

Аглая вышла. Более чем уверенная в том, что во время разговора у них были благодарные слушатели. Оглядела зал в поисках Гены. Не нашла его и направилась к выходу из клуба. Там он ее и нагнал.

— Айка…

В этом тихо произнесенном слове прозвучало все. Весь страх, который он испытал за нее, пока его вынуждали оставаться в клубе. О том, что именно вынуждали, красноречиво говорила свежая ссадина на скуле. Аглая нарочито громко воскликнула:

— Вот ты где, голубчик! А позвонить не судьба была? Или трубку взять? Я тебе, между прочим, несколько раз звонила!

— Ладно, ты меня не купила, чтобы я перед тобой отчитывался, — включаясь в игру, ворчливо ответил ей Гена.

От клуба они шли неторопясь, несмотря на то, что Аглае очень хотелось припустить бегом. Но расслабляться было рано. Она прямо-таки чувствовала чей-то взгляд, упирающийся в спину. Поэтому, пройдя пару метров, тихо скомандовала Гене:

— Схвати-ка меня по-хозяйски за задницу.

— Что?! — опешил он.

— Давай! Ты — мой любовник, удобно пристроившийся подлец, а идем мы с тобой, как влюбленные мальчик и девочка. Так что не спорь! Кажется, мне сегодня поверили, иначе живыми мы бы не ушли. Не будем выходить из роли, пока нас могут видеть из клуба.

Подходя к дому, они увидели в окне Ромку: как-то он смог подтянуться до подоконника, и теперь высматривал их. А увидев, покачал головой, схватившись за нее рукой.

— Да, натерпелся Ромыч сегодня страху, — с пониманием заметил Гена.

— Ничего. Главное, все обошлось, — ответила Аглая. — Думаю, теперь нам спокойно дадут дожить до «дня икс». Скорей бы уж! А то это ожидание просто нервы сжирает.

27

И вот, «день икс», как окрестила его Аглая, наконец-то настал! Как она и рассчитывала, в день передачи денег были назначены и очередные бои. Все остальное тоже было подготовлено — раздобы три подержанных мобильных телефона с «левыми» сим-картами, каждому по штуке. Аглая подменилась с Зиной, сославшись на недомогание. А главное, накануне качественно и на совесть был взломан гараж, из которого якобы угнали стоявший там в гордом одиночестве Ромкин мотоцикл. И взламывал, и угонял его среди ночи, естественно, Гена. Он же больше всех возмущался на следующее утро, изливая душу участковому, осматривающему место преступления:

— Сколько лет байк стоял — никому не нужен был! И вот, только его решили продать, только привели в порядок, как какая-то сволочь его угоняет! Спрашивается, чего ради я на него столько сил и времени тратил?! Теперь у меня единственное желание: не байк найти, а морду набить тому, кто это сделал!

— Не советую, — одернул его участковый. — Ну, а мотоцикл, конечно, будем искать. Только, сам понимаешь, больших надежд питать не стоит.

Гена в ответ лишь тихо зарычал:

— Хорошо еще, что я и свой мотоцикл в эту ночь здесь не оставил! А то бы, начальник, точно было бы на твоем участке убийство! Ты ж понимаешь, что для байкера значит мотоцикл! Ну, сволочи!

Судя по виду участкового, Генины чувства он разделся. Но на успех дела особо не надеялся — зачастую угонщиков не удавалось поймать даже тогда, когда угоняли навороченные иномарки со спутниковой системой навигации. А уж мотоцикл…

— Будем искать, — снова пообещал он, но вышло как-то не слишком убедительно.

Вернувшись из гаража домой, Гена сказал во всеуслышание Ромке:

— Поеду к себе! Не хочу в таком состоянии у вас оставаться, а то я бешеный, если мне что под руку попадет. Не успокоиться никак! А вечером надо на работу! Обойдетесь сегодня без меня? Не расстраивайся, брат. Может, еще и найдут байк! Сейчас Айка из магазина придет, принесет тебе успокоительное.

— Да. Надо бы, — согласился Ромка.

Потом, в расчете на возможный микрофон — все надо учитывать! — парни устроили целую радиопостановку: между ними состоялся разговор, содержание которого спланировали заранее. Гена обмолвился, что вечер Ромке придется провести в одиночестве, потому что Аглае вечером нужно в клуб. А «заведенный» кражей Ромка принялся выпытывать, что за клуб. И Гена, якобы под давлением, признался, что это стриптиз-клуб «Золотая тайна». После чего принялся убеждать Ромку, что ничем, выходящим за рамки приличия, его сестра там не занимается. Ромка не верил, требовал выложить ему все, как есть…

Их спор прервало возвращение Аглаи из магазина. Брат перекинулся на нее, с негодованием все отрицающую. Скандал утих лишь тогда, когда Аглая выставила на стол бутылку. Ромка вроде отвлекся, пригласил Гену к столу.

— Нет, брат, я сегодня пас, — отказался тот. — Что-то у меня нелады с животом…

— И у меня сегодня с утра крутит желудок, — смущенно призналась Аглая. — Я думала, это нервное. Но, похоже, что-то мы сжевали с тобой на пару не то…

На том и расстались. Гена уехал. Вначале к себе за мотоциклом. Потом, уже на мотоцикле, поехал на горное озеро, где они недавно были с Аглаей. Устроил там себе лежанку под плакучей ивой, рассчитывая отдохнуть в спокойной обстановке до вечера. Однако, согласно плану, часа в четыре пополудни прервал свой отдых и позвонил в клуб:

— Шеф! Я, конечно, все понимаю, но, может справитесь сегодня без меня? Мне нужен отгул, с желудком совсем паршиво.

— Да ты что, офонарел? — взвился шеф. — Или не понимаешь, что будешь вечером нужен?

— Ты это моему организму объясни, — предложил Гена. — Ну, худо мне, понимаешь? Траванулся я чем-то вчера! Пусть уж парни сегодня поднапрягутся. В конце концов, когда Эдька заявился однажды с бодунища, и мог только блевать над горшком, мы с Русиком справились, и ничего.

— Так может, мне есть смысли вообще отказаться от услуг одного из вас?! — взвился шеф. И, понизив голос, поинтересовался с подозрением: — Или ты для себя уже какой-то другой источник заработка нашел?

— Да ну тебя, шеф! — огрызнулся Гена. — Мне хреново, а ты ерунду какую-то городишь! Скажи Эдьке с Русланом, что я им должен буду за смену, и прекращай уже на меня наезжать, а то в конце концов я обижусь.

— На усмотрение парней! И чтоб в первый и последний раз! — рявкнул шеф в отключаемую трубку.

Гена вытянулся на расстеленном одеяле, скрестив руки под головой и глядя, как сквозь шатер из тонких веток густым золотом просачиваются солнечные лучи.

Примерно в это же время Аглая входила к «клубному» врачу:

— Здравствуйте, док! У меня проблема! Простите, что обращаюсь к вам с этим, но надо что-то срочно делать с животом. Иначе на ринг я точно не выйду!

— Ты хоть накануне таких мероприятий следила бы за тем, что ешь! — проворчал доктор, отсыпая ей таблеток.

— Можно подумать, что в другие дни я бегаю по улицам и падаль на них подбираю, — вяло огрызнулась Аглая.

В клуб она пришла сегодня раньше обычного. Шеф как-то многозначительно ухмыльнулся, встретив ее в коридорчике:

— А я уж думал, что и ты не явишься…

Но тут из своей каморки выглянул успевший прийти врач:

— Айка, ну как самочувствие? Получше?